Ольга Пашнина – Игры огня. Пламя (страница 11)

— Из маленькой искры разгорается пламя, — донесся его голос уже откуда-то издалека, — но после пламени всегда остается пепел.

Затем раздался негромкий щелчок, и темнота вновь погрузилась во тьму. Прижав окровавленную руку к груди, я, пошатываясь, поднялась. Было очевидно, что Дашков затеял это испытание лишь чтобы поговорить напоследок со мной. И теперь предстояло понять, таятся здесь еще опасности, или остается лишь дождаться конца испытания — и весь кошмар с играми будет завершен.

Самое мерзкое, что я понятия не имела, что буду делать дальше. Учиться? Чему? Как махать янтарной палочкой и зажигать свечки? Работать? Всю жизнь скрывая силу, пытаться не выделяться, пристроиться куда-то, куда готовы взять мага огня?

Начинаю понимать Дмитрия. Идея сидеть на Кубе, наслаждаясь пляжем, морем и теплом, подальше от безумного мира, уже не выглядит странной.

Тишина длилась долго. Я успела перевязать ладонь обрывком подола рубашки и немного успокоиться. Кровь больше не текла, боль чуть притупилась. Я сидела, прижавшись спиной к стене, и прислушивалась к темноте, размышляя, как быть дальше. Дашков ушел, но оставалась еще тьма — густая, вязкая, почти живая. Из нее нужно было выбираться, причем быстро, мы и так много времени потеряли на проверке Вишневских и перепалках. И надо бы найти остальных, если они в этом же доме.

Я закрыла глаза. Разницы не было.

И вдруг тишину разорвал крик. Пронзительный, испуганный, полный ужаса, вопль Кейт.

Я вскочила и бросилась на звук. Руки выставила вперед, чтобы не наткнуться ни на какое препятствие, но приходилось то и дело останавливаться, чтобы убедиться в отсутствии препятствий под ногами. Я понятия не имела, куда несусь, ориентировалась только на затихающее эхо.

— Кейт! — закричала я. — Ты меня слышишь?!

Пол вдруг ушел из-под ног.

Я рухнула в пустоту и пролетела, наверное, метра два — сердце ушло в пятки. Приземлилась на что-то мягкое. В спину впились острые пружины. Я попыталась подняться и ударилась лбом о низкую крышку прямо над лицом. На ощупь — дерево, гладкое, обитое изнутри тканью.

Гроб.

Меня замуровали в гробу.

Паника накатила мгновенно. Я заколотила руками и ногами, забилась, пытаясь вытолкнуть крышку. Та не поддавалась. Воздуха не хватало. Я закричала, но крик сорвался на хрип, в горле пересохло.

— Так, спокойно. — Я заставила себя несколько раз глубоко вдохнуть. — В случае чего ты просто сожжешь ко всем чертям этот гроб вместе с домом. Тебе огонь не причинит вреда, а ребят ты вытащишь, у тебя же отец пожарный… был.

— Ярина? — услышала я чей-то приглушенный голос. — Это ты? Ты где?

Александр. Я еще никогда не была так рада его слышать!

— В гробу! — заорала я. — Вытащи меня отсюда!

Через несколько секунд я услышала где-то рядом шаги. Потом скрип. Потом ругань — Вишневский пытался найти гроб. А потом крышка поддалась, и в лицо ударил свежий воздух. Я села, жадно хватая его ртом. Вокруг была та же кромешная тьма, но теперь я хотя бы не задыхалась. Впрочем, едва ли я провела в гробу дольше пяти минут, так что нехватка воздуха была продиктована лишь паникой.

— Ты как? — спросил Александр.

— Жива. Спасибо. Где Кейт?

— Не знаю. Я тоже слышал крик и побежал, а потом услышал тебя. Мы на втором этаже, здесь балкон или что-то вроде. Я чуть сам не свалился.

— Кейт кричала где-то выше, мне показалось, на другом этаже.

Я выбралась из гроба, едва не свалившись мешком на пол, и встала на ноги. Коленки дрожали, но я заставила себя идти вперед, нащупывая путь рукой. Александр схватил меня за плечо.

— Стой, здесь ступеньки. Узкие.

— Уверен?

— Уже прошелся по ним лицом.

Я действительно нащупала носком ботинка первую ступень. Лестница, как и говорил Александр, оказалась узкой. Нам пришлось идти друг за другом. И удивительным образом теперь, когда тишина не была звенящей, когда я слышала шаги Вишневского, его тяжелое дыхание, было не так тревожно.

Ступеньки скрипели, и я зачем-то начала их считать. Десять. Двенадцать. Пятнадцать. Мы вдруг оказались в таком же узком коридоре, я коснулась обеих стен сразу, расставив в стороны руки.

— Кейт! — позвал Александр.

Ответом была тишина.

Я начинала нервничать. Что могло случиться с Вишневской здесь? От банального неожиданного испуга — как мое падение в гроб, так и нечто более серьезное, что могло скрываться во тьме и подстерегать жертв до поры до времени.

Да к черту!

Я решила побыть ответственной позже, а пока как можно скорее отсюда выбраться, желательно не потеряв никого из команды. Хватит с меня Светлова.

Закрыв глаза (хотя в этом не было никакого смысла), я сосредоточилась. Представила, как внутри зарождается пламя, как огонь течет по венам и поднимается к кончикам пальцев. Магия сопротивлялась, отзывалась слабо, с неохотой. Как будто затаила обиду за попытку избавиться от нее. Но все же поддалась.

— Давай же!

С ладони сорвался огненный шар. Он поднялся к потолку и завис там, разгоняя тьму. Я увидела старый коридор с облезлыми обоями и деревянными панелями. Увидела лестницу за спиной и гроб на втором этаже — он стоял прямо у перил, как будто его поставили там специально. Увидела Александра, бледного, со ссадиной на лбу.

— Как ты это сделала?

— Потом, — отмахнулась я. — Идем!

Я гнала огненный шар перед собой, он освещал дорогу, но оставлял за спиной темноту. Это было неприятно — все время казалось, что из этой темноты кто-то смотрит. Дышит в затылок. Я убеждала себя, что это лишь игра воображения. Но на самом деле была готова ко всему.

Наконец мы уперлись в тупик. Похоже, это было нечто вроде чердака, куда вела единственная на этаже с низким потолком и прогнившими балками дверь. Александр без раздумий схватился за ручку и дернул. В нос ударил сильный запах пыли, я не удержалась и чихнула.

Чердак оказался захламленным. Повсюду стояли старые шкафы и сундуки, громоздились коробки и сломанная мебель. Кейт стояла в дальнем углу, спиной к нам, и смотрела куда-то вниз, словно и не слышав, что мы вошли.

— Кейт!

Александр подскочил к сестре.

— Что случилось?

Она не ответила. Я подошла ближе и увидела, что Кейт держит в руках хрустальный шар. Такой же, какие выдали капитанам — шар с предсказанием. В котором я увидела смерть Светлова.

— Кейт… — осторожно позвала я. — Что ты там видишь?

Она подняла голову. Ее глаза были красными, но сухими.

— Он умрет, — прошептала она. — Саша умрет.

— Что за чушь! — Александр попытался выхватить шар, но Кейт вцепилась в него мертвой хваткой.

— Я видела. Там было пламя. И ты внутри него. Я не успела.

— Это просто игра, — сказала я. — Тьма пытается нас напугать. Ты же сама говорила — она реагирует на страх. Дашков расставил ловушки, чтобы мы не дошли до финала.

— Это не тьма, — Кейт покачала головой. — Это предсказание. Шар всегда показывает правду. Ты знаешь это лучше всех. Ты ведь тоже такой получила! Скажи?! Скажи, предсказание в нем оказалось ложью?!

Я вспомнила свой шар. Вспомнила, как стекленел взгляд Светлова, как его кожа покрывалась инеем.

— Ты смогла? — Кейт подняла на меня глаза. — Твое предсказание сбылось?

Пауза затянулась. Александр смотрел на меня с надеждой, причем вызванной не столько страхом за себя, сколько надеждой, что я успокою сестру. Кейт — с отчаянием. Я могла сказать правду. Могла рассказать, как все было. Но тогда у них не осталось бы ничего, кроме страха. И они совершили бы ту же ошибку: попытались предотвратить пророчество, в итоге сделав лишь хуже.

— Нет. Мое предсказание не сбылось. И уже точно не сбудется.

Кейт выдохнула и медленно разжала пальцы. Шар ударился с глухим стуком, покатился по полу, натолкнулся о ножку стула и замер. Я старательно отводила взгляд, боялась, что кто-то увидит в моих глазах правду.

— Как ты вообще его нашла? — спросила я.

— Просто услышала какой-то звук, пошла на него, и прямо к ногам выкатился шар. Я его взяла, а в нем вдруг вспыхнула картинка. Я испугалась. Извините, что кричала. Обычно я сдержаннее.

С огненным шаром стало проще ориентироваться, тьма перестала пугать. Я старалась не думать о том, что если как и на первом испытании, за нами сейчас наблюдают, то игры мы уже проиграли. Да и ко мне появятся вопросы, магию-то мы вроде как сдали. Но выбраться и уже закончить этот страшный сон хотелось сильнее, чем играть по правилам.

Мы спустились на второй этаж и продолжили поиски. Сергея нашли на лестнице — он сидел на ступеньках и держался за голову. На лбу наливалась здоровенная шишка.

— Ты как? — спросила я.

— Нормально. Шел на крик и налетел на балку. Темнота чертова. Еще за балку счет выставят — я ее, кажется, сломал.

— Ничего, я угощаю. Вставай. Надо найти Воронцова и искать уже выход. Я ужасно проголодалась.