Ольга Пашнина – Драконы обожают принцесс. Книга 1 (страница 25)

– Согласен. Гораздо интереснее то, что мне удалось выжить. Многие мои коллеги были не столь удачливы.

Я поежилась. Постоянно забываю, что дракон, против которого мы выставляли десятки отрядов магов, и Линд – одна и та же морда. Должно быть, Лев ужасно зол на папу за то, что он так легко простил ящерицу, принесшую Дортору немало бед. Маги-охранники рисковали жизнями, защищая нас от дракона, а теперь вынуждены ему кланяться.

Зря я притащила сюда Линда.

– Что ж, значит, мой визит отлично подходит для извинений.

– Судя по тому, насколько близко вы пытаетесь подойти, вы либо только что предали принцессу ради чувств ко мне, либо тоже получаете газеты.

Я чуть было не ворвалась в кабинет и с криком «Валим!» не утащила Линда в замковое подземелье, подальше от раскусившего нас Рогонды. Но Линд обладал поистине драконьей невозмутимостью, потому что рассмеялся.

– Вы меня раскусили.

– Если вы действительно хотите принести извинения за все, что натворили, – я их приму. Однако не тратьте мое время на примитивные интриги.

– Значит, вы отрицаете все, что написано в газетах?

– Я отказываюсь обсуждать сплетни о членах королевской семьи. Не даю комментарии газетчикам, не дам и вам, господин дракон. Вы уж простите, что не называю герцогом, в наличие у вас каких-либо земель слабо верится.

Нет, все-таки у Линда стальные нервы! Я бы уже сбежала на другой конец страны, если бы Рогонда так холодно со мной говорил.

– Напрасно. Мир не ограничивается Дортором.

– Охотно верю, однако этого нельзя сказать о моих обязанностях.

– Вам не кажется, что, если моя будущая супруга не состоит в родстве с королем, я имею право об этом знать?

– Мне кажется, что если ваши мотивы так прозрачны, как вы их представляете, то вам должно быть плевать. А если же вы лжете, и от этого знания зависит ваше отношение к принцессе – то тем более к лучшему, что я отказываюсь вам помогать. Можете, конечно, вцепиться мне в шевелюру, но заверяю – драка будет знатной и придется объяснить королю, а вместе с ним и принцессе, из-за чего весь шум… Хотя погодите…

Раздались шаги, но я не успела отпрыгнуть от двери и вывалилась прямо на ковер в кабинете, когда Рогонда распахнул дверь.

– Ну, это упрощает дело, принцессе объяснять ничего не придется. Ну так что, будем драться?

– Вам что, волосок жалко? – буркнула я, недовольно потирая ушибленный зад.

Лев любезно помог мне подняться и даже отряхнул.

– Для вас, Корнеллия, мне ничего не жалко, даже жизни. Однако у меня в этом дворце есть четко оговоренные обязанности. Я отвечаю за охрану. Влезать во внутрисемейные разборки королевской семьи – совсем не то, что делает хороший маг-охранник. И нет, я не стану участвовать в разоблачении сплетен нечистых на перо репортеров.

– Или в подтверждении, – вырвалось у меня.

Лев со вздохом посмотрел мне в глаза. Даже показалось, будто там мелькнуло сочувствие.

– Когда я только поступил на службу во дворец, то меня приставили к вашей маме. Тогда она еще была лишь кандидаткой в невесты короля. Ни в коем случае не фавориткой, обычной знатной девушкой, подходящей по возрасту и воспитанию на роль королевы. Когда ваш отец принял решение жениться, меня повысили, сделав личным магом-охранником ее величества. И я не встречал более достойной, умной, доброй и красивой женщины, чем ваша мать. Его величество обожал ее, и до сих пор не пережил боль потери, а вы, принцесса, и ваша сестра – те ниточки, что связывают его с любимой женщиной. Им уже никогда не встретиться среди живых, но дети – наше продолжение, и только ради вас его величество справедливо правит Дортором. Как думаете, что он почувствует, узнав, что вы в нем сомневаетесь?

– И как же он узнает?

– Если не оставите попыток, я ему скажу, – усмехнулся Рогонда.

Я бы и ему язык показала, но побаивалась.

– Тогда просто скажите, что в газете написана неправда.

– Не скажу. Знаете, принцесса, почему? Я. Не. Обсуждаю. Бредовые. Сплетни.

Остался последний аргумент.

– А если я зареву?

– Тогда есть вероятность, что вас не возьмут замуж. Он-то, – Рогонда махнул в сторону Линда, – еще здесь. А вам, кстати, пора готовиться к приему.

– С вами невозможно договориться! – я в сердцах топнула ногой и обиделась.

– Да, потому что я очень хороший маг-охранник. И не зря занимаю свой пост.

– Ага, то-то вы Зомбуделя столько лет упокоить не можете.

Лев начал очень почтительно подталкивать меня к выходу.

– Я вам, Корнеллия, больше скажу. Я его иногда даже сам поднимаю.

– Зачем?! – обалдели мы с Линдом.

– Так, скучно становится.

И с этими словами Рогонда закрыл дверь перед нашими носами.

– А знаешь, – задумчиво протянул Линд, – что-то в нем эдакое есть…

Глава 8

– Тебе не нравится платье? – шепотом спросила Кристи, когда тетушка отвлеклась.

Я стояла на подиуме и рассматривала нежно-голубое пышное платье, в которое меня обрядили для помолвки. Нет, нельзя сказать, что платье было ужасным. Пожалуй, атлас несколько вышел из моды, однако не спешил покидать ряды классики. А кружево и банты традиционно украшали наряды принцесс с эдак… да с древних времен!

Подобными платьями были забиты несколько комнат, и мы с Кристи регулярно появлялись в них на публичных мероприятиях.

Волосы мне заплели в высокую прическу, а местами поцарапанные многочисленными приключениями руки закрыли перчатками до локтя. Из сокровищницы принесли бриллианты. И тетушка Мод умилялась, глядя на свое творение.

Проблема была не во мне, а в Кристи. Но я бы даже под пытками не призналась, что завидую сестре!

Ее нарядили в кремовое платье из тяжелой и плотной ткани. На плечи легла невесомая накидка из золотых нитей, а голову венчала тончайшая тиара с одним-единственным камнем. Кристи была настоящей принцессой, куколкой, нереальной красавицей.

А я так… нарядили чучело как смогли, чтобы не все гости в страхе разбежались.

Ладно, я преувеличиваю. Наверное, подействовали-таки все статьи: после каждого бала репортеры по ниточке разбирали наши с сестрой наряды, и она всегда была блистательна и элегантна, а я выходила из сравнения гадким утенком в старых лохмотьях. Вообще обычно мне было плевать, что взять с убогих? Но даже папа как-то раз не выдержал, и на карнавал мне сшили платье по индивидуальным эскизам лучшего модельера Дортора, а Кристи взяла одно из старых запасов. Ох, что было! Так какая разница?

Но сегодня мне почему-то было не все равно.

– Все хорошо, Крис, – улыбнулась я. – Не каждый день празднуешь помолвку.

– Знаешь, сниму-ка я украшения. Это твой день, и…

– Кристиана, не смей!

Тетя увидела, как Кристи потянулась к диадеме, и поспешила спасать прическу.

– Ты испортишь образ!

– Тетя, нельзя надевать бриллианты, если праздник принадлежит не тебе! Бриллианты, особенно такие большие, уместны только на своих торжествах. И праздниках детей и супруга. Сегодня день Корнеллии, внимание должно быть приковано к ней.

О, и оно будет, причем вне зависимости от того, какие украшения наденет сестра.

– А я осмелюсь тебе напомнить, Кристиана, – тетя поджала губы, – что по традициям замуж выходит сначала старшая сестра. И, раз уж ваш отец не счел нужным их соблюсти, то следует отвлечь внимание от этого недоразумения твоим блистательным выходом. Поняла?

– Да, тетя, поняла, – недовольно буркнула Кристи. – Тебе уже пора, ступай.

– Девочки, – тетя обвела нас взглядом, – пожалуйста, давайте обойдемся без шалостей, хорошо? Ведите себя, как подобает принцессам.

– Да, тетушка! – хором кивнули мы.

– Шиска, следи!

– Да, ваша светлость!

Едва тетя ушла, Кристи велела служанке:

– Убери диадему и поменяй сережки.