Ольга Пашнина – Ангел шторма (страница 65)

– Хочешь, настроение испорчу? У тебя неуд по предсказаниям. А в конце года экзамен. Как ты планируешь его сдавать?

Да. Если весь семестр видела в книге фигу, увиденная в зеркале темная богиня и злобный смех на всю аудиторию не спасут от средней арифметической двойки. Я провалила почти все практические работы, а те, что не провалила, в основном придумала. В конце первого семестра официально выставлялся только один зачет, но в конце года придется сдать экзамены. И что я буду делать с предсказаниями? Потру хрустальный шар и предреку себе жизнь на свалке без образования и работы?

– Может, во мне откроется талант после занятия с зеркалами? И я увижу что-нибудь и на дне кофейной чашки.

Или, что вероятнее, снова навыдумываю какой-то фигни, а добрый магистр сжалится и поставит трояк.

– Зато у меня пятерка по артефакторике и четверка по зельеведению!

– Ага. И по физре. Иди в душ, героиня. Или надевай ботинки – и вперед, экипаж уже ждет.

Ехать без утреннего душа и нормальной прически я категорически отказывалась, так что шустро проскользнула в ванную. А когда вернулась, Кеймана уже не было. Только экипаж у ворот никуда не делся, и черный призрачный конь нетерпеливо бил копытом. Я была безумно голодна, но оставалось лишь надеяться, что в пути удастся хотя бы выпить кофе.

«С апельсином», – вдруг подумала.

Тряхнула головой, выбрасывая непрошенные воспоминания, и принялась одеваться. Вперед, к самому зрелищному шоу Рианнон Найтингрин. Вряд ли в ближайшее время эту фразу кто-то посмеет оспорить.

Я думала, мы прилетим в дом Кеймана и остановимся, как обычно, там, тем более что после показа еще почти две недели каникул. Но, к моему изумлению, экипаж остановился у одной из центральных гостиниц. Скоро я, наверное, поживу в каждой из них.

– А почему не домой? – спросила я, ступая на припорошенную снегом улочку.

– Рианнон настояла, чтобы все участницы показа жили рядом с театром. И в нужный день никого в пути не настигли метель, пробка, авария, расстройство желудка и прочие беды. Так что еще три дня нашей бесцельно проходящей жизни пройдут здесь.

– Нашей? Ты что, собираешься жить со мной в одном отеле?

– Хуже, Шторм. В одних апартаментах.

– Что?!

Какой-то мужчина, окруженный стайкой огненных бабочек, возмущенно на меня посмотрел. Как будто я мешаю ему прохаживаться по улице с важным видом!

– Спокойно, в этих апартаментах можно половину школы поселить. Что ты взъерошилась? Других вариантов не было. Нельзя же поселить главную звезду шоу в номер в цоколе без окон?

– Почему? – вполне серьезно поинтересовалась я.

– Фундамент слишком близко. Сломаешь! – огрызнулся Кейман, подхватил мою сумку, и мы вошли в гостиницу.

После строгих и темных интерьеров школы огромный холл с композицией из фонтанов, серебристым лифтом-клеткой и стайкой весело щебечущих под прозрачным куполом птиц показался мне другим миром. Я и забыла об этой черте Флеймгорда: его любви к роскоши. Центр столицы был нарядный, как рождественская елка.

Пока Кейман получал ключи, я заинтересовалась небольшой лавочкой, работавшей прямо здесь, в холле. Милые безделушки так и кричали о приближающемся празднике. Я не удержалась и купила заколку с милой хрустальной голубкой. Присматривалась к зеркальцу, но с ключами вернулся Кейман, и пришлось оставить шопинг на свободное время.

– Тратишь заработанное? – усмехнулся директор, когда лифт, ведомый потоками воздушной магии, поднимал нас на самый верх.

– Оказывается, домашний арест неплохо экономит средства, – пожала я плечами. – Если нас и дальше не будут выпускать из школы, к диплому буду состоятельной леди.

– Я не могу держать вас взаперти вечно. Родители взбунтуются и устроят пикет напротив моих окон, а шум, знаешь ли, очень мешает. Со следующего семестра сможете ходить в город при наличии разрешения от родителей. Запретим только пронос в школу посторонних предметов.

– Разрешения от родителей? Мы же совершеннолетние!

– Вы – адепты высшего магического учебного заведения. Вы еще не самостоятельные люди.

– А как быть мне?

– Я – твой опекун. Будешь себя хорошо вести, черкну пару слов твоему директору. Будешь плохо – черкну пару матерных слов.

– А Бастиан? Он король! У него в подчинении миллионы, а ты хочешь взять с его матери расписку?

– Именно так. Пусть сами несут ответственность за то, что детишки делают на воле. Если боятся – не выпускают их на выходных и каникулах дальше ворот.

– Сурово, – хмыкнула я.

Кейман оказался прав: в апартаментах можно было разместить целую толпу народа! Гигантская гостиная с диваном, креслами и небольшим столиком, совмещенная с ней столовая на восьмерых, две спальни в разных концах гостиной, и у каждой своя ванная, большой балкон, выходящий прямо на оживленную флеймгордскую улочку. А гардеробная была вообще размером с мою комнату в школе!

– Красиво. И дорого. Я помню, когда впервые оказалась в гостинице, в самую первую ночь в Штормхолде, все казалось таким… странным.

– А сейчас?

– А сейчас странно то, что раньше было иначе.

В дверь постучали. Молчаливый служащий отеля принес вместе с приветственным напитком письмо от Рианнон с инструкциями на ближайшие дни. Согласно им у меня была тренировка с Клиффордом вечером, генеральная репетиция утром и начало подготовки к шоу в три. Также леди Найтингрин любезно сообщила, что не против, если Кейман посетит репетицию.

Но он вежливо отказался.

– У меня встреча. Поэтому давай-ка обсудим сейчас вопросы безопасности.

А совмещу-ка я полезное с полезным и позавтракаю прямо в процессе инструктажа. Тем более что к кофе нам принесли по кусочку фирменного шоколадного торта. Наверное, неправильно лопать торт за сутки до того, как парень должен будет раскручивать тебя в воздухе, но первый же всплеск магии сожжет калории и потребует новых.

– На шоу будет весь бомонд, списки гостей мне уже передали. Ди Файр – две персоны, Уотерторн, Эрстенни, фон Эйр, его величество и ее высочество, несколько членов Совета Магов, пара министров, мэр Флеймгорда, представители делегации Фригхейма. В общем, куча важных персон. Плюс репортеры, гости рангом пониже, но обладающие пухлыми кошельками, и так далее. Охраны будет едва ли не больше, чем гостей, но не стоит переоценивать силы стражей. Впрочем, вряд ли Акорион рискнет заявиться в открытую. Он не хочет форсировать свое возвращение, по крайней мере не хочет открытой стычки со мной. Я полагаю, что его не будет, и считаю, что он попробует встретиться с тобой до или после шоу.

Кусок торта попал не в то горло.

– До – вряд ли. Наш темный друг очень зависим от эмоций и… мм-м… влечения, так что шанс увидеть тебя в пижамке он не упустит. Поэтому правила лично для тебя такие: ни до, ни после шоу не оставаться одной. Я провожаю тебя на репетицию и встречаю с нее. Да, Деллин, даже несмотря на то, что до театра – один перекресток. На самом шоу не выходи за пределы театра. Все поняла?

– Да, – поспешно кивнула.

– Точно? – Кейман с подозрением прищурился.

– Не оставаться одной, не выходить без тебя на улицу.

– И за пределы апартаментов.

– Арест продолжается? – Я состроила кислую мину.

– Хочешь провести вечер в компании Акориона?

– Нет.

– Тогда вперед. Провожу тебя на репетицию и отправлюсь на встречу.

– Но тренировка вечером!

– Вечером у меня не будет времени, – отрезал Кейман. – Послоняешься за Рианнон. Она предупреждена о моих мерах и не будет против.

Снег все валил и валил. Когда мы вышли из отеля, я задумалась: а если попробовать вызвать грозу сейчас, получится? Я до сих пор так и не додумалась ни до одной внятной причины того, что моя сила как-то связана с грозой. Ее толком и изучать-то не было времени. Столько способностей, а развивать их никак не выходит!

Театр виднелся издалека. Массивное здание на четырех толстенных колоннах. Золотые буквы сверкали так, словно совсем недавно их с усердием отполировали. Ступеньки, ведущие к дверям, были застелены странной темно-красной тканью. Странной она была потому, что снег словно испарялся в нескольких сантиметрах от поверхности. Кроваво-красное яркое полотно на фоне белоснежного города – жутковатая картина.

В голову пришла тревожная мысль, что хлопья снега похожи на пепел. Я поежилась и в этот же миг заметила на противоположной стороне улицы мужчину.

Совершенно незнакомого темноволосого мужчину лет тридцати, одетого в длинный темно-синий плащ. Он стоял, прислонившись к стене дома, не отрываясь смотрел на нас, а когда встретился со мной взглядом, поспешно отвернулся. Хлынула толпа: из лавочки неподалеку вывалилась шумная компания. На несколько секунд они закрыли незнакомца собой, а потом он исчез.

– Там был мужчина, – сказала я.

– Что? – Кейман обернулся.

– Там стоял какой-то мужчина и смотрел на меня.

– Ты видела, куда он пошел?

– Нет, он как будто растворился в толпе. Но он точно смотрел на меня!

– Успокойся. Я его поищу и расспрошу владельцев лавочек рядом. Но это может быть всего лишь мужчина. Причина его взгляда необязательно жуткая и таинственная.

– А какая, например?

– Деллин, – Кейман посмотрел на меня странно, как будто объяснял затупившему ребенку, почему нужно чистить на ночь зубы, – ты красивая. На тебя постоянно смотрят.

Ну вот. Теперь нас было двое одинакового цвета: я и ковер.