Ольга Пантелеева – Путь Души (страница 2)

И вот она стоит перед подъездом. Набирает код домофона. Поднимается по лестнице. Открывает дверь. На пороге ее встретил муж – симпатичный молодой блондин с голубыми глазами. Он тихонько подбежал к Ире.

– Тс-с-с… Я только уложил. Как же она орала! Я так вымотался…

– И тебе привет!

– Отдохнула?

– Да, немного. Как день прошел?

– Нормально. Я тебе кофе сделал с малиновым сиропом. Куда поставить?

– На туалетный столик.

Ира заглянула в комнату. Дочка уже спала: сладкий комочек счастья лежал в кроватке, обнимая любимую игрушку и тихонечко сопя. Умилительное зрелище!

Ира сняла верхнюю одежду, прошла в комнату. Сев возле туалетного столика, она медленно пила любимый кофе. Хорошо…

– Я соскучилась, – сказала она, нежно глядя на мужа. – И я. Может быть, сходим куда-нибудь? Я маму твою позову посидеть с доченькой. Думаю, она согласится: они давно не виделись.

– Супер! Я давно ждала этого, – обрадовалась Ира.

– А почему не сказала? – спросил Леша.

– Думала, ты устаешь и хочешь отдохнуть, вот и ждала, – тихо объяснила она.

– Ну, в общем, договорились.

Леша сел за ноутбук и стал смотреть видео, а Ира прошла в комнату, легла в постель, взяла книгу и погрузилась в сюжет.

Глава 3

Убедившись, что Ира ушла, гуру медленно повернулась к Антону и посмотрела своим тяжелым взглядом сверху вниз. После долгого молчания она спросила:

– Что это за девушка?

Антон, недолго думая, рассказал историю их знакомства и о том, что Иру заинтересовал их центр. Мадам Берже ухмыльнулась. Ей не очень понравилось то, как оценивающе посмотрела на нее эта девчонка. Неплохая идея завлечь Иру к себе! Обычно мадам Берже никого не принуждала, но ее харизма и тяжелый пугающий взгляд не оставляли людей равнодушными. Антон подчинялся ей беспрекословно. Наверное, он был благодарен, ведь она подобрала его на улице, как котенка.

Антон рано остался без родителей, его воспитанием занималась бабушка. Она была достаточно властной женщиной: все ее указания должны были выполняться беспрекословно. Ее не сильно волновала его учеба, но вот помогать ей он был обязан. Только если все поручения были выполнены и соответствовали бабушкиным ожиданиям, маленький Антон получал одобрительный кивок. Если же что-то было не так, она нещадно унижала его и тыкала в ошибки. В следующий раз Антон старался еще усерднее, лишь бы не пережить подобный опыт снова. Антон неплохо рисовал, но все его рисунки бабушка высмеивала. К счастью, его талант к рисованию заметили в школе и перевели в художественный класс. Антон окончил школу и после очередного беспричинного унижения со стороны бабушки собрал свои вещи и поехал из Новосибирска автостопом до Москвы – не было денег, ну, и вообще автостопом ему показалось интереснее.

В Москве он познакомился с ребятами. Вместе они собирались на Арбате, танцевали, пели, рисовали и за это получали небольшие деньги. Затем вечером проматывали эти деньги в клубах. Однажды старый друг позвонил ему и предложил работать барменом на Бали в его кафе на пляже. Антон, недолго думая, согласился и вылетел первым же рейсом. Балийская жизнь затянула его на несколько лет. Он разливал коктейли, серфил, посещал ночные тусы, иногда занимался творчеством.

Как-то на пляже он услышал чарующие звуки. Обернувшись, Антон увидел парня, который играл на музыкальном инструменте. Вибрация от этих звуков проходила по всему телу. Этим инструментом оказался ханг. Парню было очень лестно, что его трели заинтересовали белого парня, и он обучил Антона играть на ханге.

Спустя несколько лет друг разорился и не смог заплатить Антону за работу, так что пришлось на последние деньги возвращаться в Москву. После череды ночевок у знакомых однажды на улице он встретил мадам Берже. В то время Антон рисовал скетчи людей за небольшие деньги. Он заметил интересную женщину и, поглядывая на нее, нарисовал портрет. Она увидела. Это и оказалась мадам Берже. Женщина подошла к нему и предложила ночлег у нее в центре. Они договорились, что взамен он будет выполнять ее поручения. Он, недолго думая, согласился.

С тех пор прошло немного времени, но Антон успел зарекомендовать себя как ответственный, добрый и живой парень. В его обязанности входило подбирать музыку для церемоний, делать аранжировку, заваривать особые чаи. Параллельно он изучал индийскую культуру, рисовал, наконец-то применяя свои таланты для дела. За работу получал одобрение и привилегии.

Так он и вел свою беззаботную жизнь до встречи с Ирой. Раньше он был уверен, что спасает заблудшие души. Адепты их центра обычно были людьми, у которых нет семьи, или же они совсем потеряли смысл жизни, или просто губили себя. А здесь он увидел девушку, которая была вполне довольна своей жизнью. А взгляд мадам Берже навел его на мысль, что она хочет заполучить Иру любой ценой просто так. Это противоречило его принципам. Но как быть? Антон был доверенным мадам Берже, и ее практики не распространялись на него, чего нельзя сказать про других жителей индийского центра…

Глава 4

Ира проснулась от того, что сквозь рейки кроватки на нее смотрела дочь. Афина – так звали малышку – рассматривала маму и вообще все, что происходит вокруг. Когда она открыла глаза, дочка радостно вскрикнула, потому что это означало – теперь мама включит музыку и, танцуя, они пойдут умываться, делать массаж, переодеваться, есть и играть. Афина любила просыпаться с мамой, а вот к трем часам дня она требовала папу. Обычно он в это время приходил с работы и занимался ребенком, пока Ира пыталась отдохнуть.

Ира обожала проводить время с дочкой. Они вместе играли, смеялись, гуляли, прикалывались. Афине было всего девять месяцев, но с ней было интересно. Она уже могла поцеловать, обнять. Они играли в «ку-ку»: Ира пряталась за дверью и выглядывая из-за нее, говорила «ку-ку». Дочка так заливисто смеялась, что Ира тоже не могла сдержать смех. Афина идеально говорила слово «да» или «дай» – кто их поймет? – и когда Ира говорила «нет», Афина кивала и говорила «да» – и наоборот. «Издевательство какое!» – возмущалась на это мама.

Ира брала дочку на руки, и они ходили по квартире и обнимались в ожидании папы. Когда Ира целовала доченьку, на лице ребенка расцветало неподдельное счастье, а в душе, как надеется любая мама, – чувство крепкой опоры и уверенность, что она в этом мире ценна.

Папа обожал дочку. Когда он приходил, Афина улыбалась и смотрела на него влюбленными глазами, а у него при виде доченьки уходила вся усталость. Он хватал ее, и они шли играть и обниматься. Ире было очень приятно это видеть. «Дети – это классно, – думала она. – Улыбнутся, и сразу силы прибавляются». Но, конечно, не всегда было достаточно одной улыбки.

Однажды они пошли гулять в парк. Афина была одета в прелестное платьице и панамку, делавшие ее похожей на ромашку. У нее были пухленькие щечки и красивые голубые глаза, а волосики светлые. Куколка! Ира села на качели с видом на канал, взяла дочку на руки. Афина прилегла на маму, прильнула к ней, какое-то время пристально рассматривала прохожих, а потом, положив голову ей на грудь, тихонько уснула. Это был такой классный момент единения и счастья для Иры, пока рука не затекла. Но покалывание в руке было в разы приятнее оттого, что такое чудо пригрелось и с удовольствием заснуло на ней. И вообще она была невероятно благодарна, что именно эта Душа выбрала ее. Какое же счастье, когда берешь малышку на руки, целуешь в пузико, а она закрывается руками, смеясь, дотрагивается своими крохотными ладошками до твоего лица и прикасается к щеке мокрыми губками! А главное – видеть радость этого маленького ребенка, который пришел в наш мир и благодаря тебе понимает, что все не так плохо и можно доверять миру и самому себе, смотрясь в тебя, как в зеркало.

Но, как говорит Ира, «счастливая мама – залог счастья и здоровья всей семьи», поэтому вечером она старалась отправиться на йогу или танцы. Однако иногда выйти куда-то было сложно, потому что кажется, что никто без тебя и лучше тебя не справится. Муж ласково называл ее электровеником, но такова ее натура: Ира суетилась, бегала по квартире и постоянно что-то делала.

Глава 5

Субботнее утро. Афина проснулась раньше всех и начала капризничать, что означало: пора вставать. Ира проснулась, поцеловала мужа и пошла готовить завтрак еще с полузакрытыми глазами, но крепко держала в голове мысль, что в рутине главное – не опоздать на йогу. Эта мысль ее немного пробудила.

– Леша, я сегодня на йогу. Помнишь?

– Хорошо. Когда вернешься?

– Часов в двенадцать.

В выходные они наконец-то собирались вместе за столом за завтраком. Ира сидела рядом с Афиной и кормила ее творожком, а Леша рассказывал о делах на работе, политике, экономике, рассуждал об истории. Ира же по утрам любила послушать спокойную музыку или побыть в тишине. Вот такой диссонанс.

– Ира, что ты думаешь по этому поводу? – А? Не знаю, я ребенка кормлю.

– А кому я все это вообще рассказываю?

– Не знаю. Мог бы сначала спросить, интересно ли мне.

– Тебе интересно? – Нет.

– Хорошо, а что тебе интересно? Предлагай. – Я не очень хочу разговаривать, если честно. – Понятно… – громко выдохнул он.

Ира докормила ребенка и поспешила в коридор, схватила сумку и выбежала на улицу. «Фу-у-ух!»