Ольга Панова – Вельмы и хранитель печатей (страница 4)

Мокрые плащи и мелкие брызги воды от асфальта сделали мою одежду никуда не годной. Я поняла, что теряю время. Черт с ней, с одеждой, лишь бы добежать до остановки и сесть в автобус.

Конечно, моя дочь сказала бы, что на моем месте она воспользовалась бы магией и велела дождю прекратиться. Все верно, наверное, именно так и надо было поступить, но мне не хватало энергии и сил. Простое заклинание подействовало, правда, ненадолго. Дождь продолжал моросить.

Укутавшись поплотнее в свой свитер, я все-таки решилась и вышла на мокрый тротуар. Вцепилась в сумку, как в спасательный круг, и пошла быстрым шагом вдоль дороги.

Проезжавший автомобиль обрызгал меня грязью с головы до ног. От досады я едва не заревела, но сдержалась. Стоило огромных усилий, чтобы не впасть в отчаяние. Дрожащими руками достала из кармана носовой платок. Нужно было постараться, чтобы стереть липкую грязь. Но все было тщетно, вода быстро впиталась в одежду.

День не задался. В полном отчаянии я облокотилась о каменную стену и подставила лицо каплям дождя. Пошло все к черту.

– Вижу, что вы, как и я, не любите мелкий дождь.

Открыв глаза, я увидела перед собой его. Высокий, широкоплечий, с белокурыми длинными прядями волос, голубыми глазами, мягкими губами и волевым подбородком. Дорогой черный зонт в руках, плащ из кожи в тон, который подчеркивал его стать. Такой красивый и холеный…

Первая мысль, которая возникла у меня в голове, была о том, ко мне ли он обращается. Ведь в отличие от него, я выглядела весьма плачевно, если не сказать ужасно.

– Да, я не люблю дождь, – рассеянно отозвалась я, убирая испачканный платок назад в карман.

– Ты его не любишь, но не останавливаешь…

Его глаза из небесно-голубых превратились в почти прозрачные. Глядя на меня, он прошептал заклинание на французском языке, после чего хлопнул в ладоши. Мелкий дождь разом прекратился, а через минуту выглянуло солнце.

– Все не так уж и плохо, верно?

Прозрачные глаза с нескрываемым весельем смотрели на меня. Признаться честно, ко мне не каждый день на улице подходят маги и демонстрируют свои способности.

В том, что он маг, я нисколько не сомневалась. Та легкость, с которой ему удалось остановить непогоду, подвластна только им.

Внутри меня зазвенел тревожный колокольчик.

– Прошу меня извинить, но я должна идти…

– Мари, ведь именно так тебя зовут, – загораживая проход, он встал на моем пути. – Вижу, что ты промокла и чувствуешь себя отвратительно, но позволь мне предложить тебе свой автомобиль. Водитель довезет тебя куда угодно. Прошу, не отказывай мне в такой маленькой просьбе.

Его улыбка была дьявольски красивой. Обычно такие мужчины соблазняют и очаровывают женщин.

Не знаю, что на меня больше подействовало, то ли обреченность, то ли его взгляд и умелые манеры, но я быстро согласилась.

Захлопнув за мной дверцу, он сел с другой стороны и велел водителю ехать. Я быстро прошептала свой адрес и отвернулась к окну.

Признаться честно, мне было немного неудобно, что он застал меня в подобном виде. Такую промокшую и растрепанную. Обычно я выгляжу намного лучше. В привычных обстоятельствах кто-то даже назвал меня красавицей.

Часть пути ехали молча. У меня не было ни сил, ни настроения разговаривать, поэтому мужчина первым прервал затянувшееся молчание:

– По всей видимости, Мари, вы чувствуете себя не очень комфортно. Возможно, мое приглашение на чашечку горячего шоколада поднимет вам настроение.

Его бархатный голос заставил меня обернуться и посмотреть в голубые глаза. Было что-то в них завораживающее и пьяняще привлекательное.

– Мне весьма неудобно, я в таком виде…

– Мы заедем к вам домой. Я подожду в машине, пока вы переоденетесь.

– Признаться честно, все это несколько пугает меня. Сначала это отчаяние, затем вы и эта роскошная машина. Теперь вы приглашаете меня на свидание…

– Это не свидание, а всего лишь маленькое уютное кафе в центре города. Чашка шоколада с корицей и не более, – произнес он и, лукаво улыбнувшись, продолжил: – Не более того, чего вы сами захотите.

– Не знаю, – честно призналась я, внимательно рассматривая серебряную пуговицу на его плаще. – Я даже не знаю вашего имени.

– О, простите, я не представился. Меня зовут Филипп де Шандивер, но в более узком круге я известен как Принц.

– Ого, да вы скромняга!

Отчего-то мне стало весело. Имя Принц звучало слишком напыщенно и громко.

– Вы удивлены?

– Подобные имена редки, да и не каждый отважится называть себя подобным образом. Мне кажется, чтобы иметь подобный псевдоним, нужны весомые аргументы.

– Все дело в том, что эти аргументы присутствуют и они неоспоримы.

Было в его глазах что-то такое, что я безоговорочно поверила ему. Возможно, уверенность, а, возможно, и твердость.

К тому моменту, когда наш автомобиль остановился у моего подъезда, я уже дала согласие на его приглашение.

Словно на крыльях, взлетела на этаж, распахнула дверь и стала быстро собираться. Разбрасывая вещи по всем углам, я бегала из ванной в комнату и обратно. Приведя себя в божеский вид, заколола волосы в элегантную прическу, надела изысканное кремовое платье, а на ноги – туфли на высоких шпильках.

Едва не забыв крошечную сумочку, наконец выскочила за дверь. Он стоял у машины и поджидал меня. Глядя на него, мое сердце громко забилось внутри. Филипп был потрясающе красив.

В ответ он восхищенно оглядел мою фигуру в соблазнительном платье и стройные ноги, а затем, улыбаясь, распахнул дверцу черного авто.

Через несколько секунд наш автомобиль направился в сторону проспекта. В теплом салоне играла тихая музыка, от чего я быстро расслабилась.

Филипп смотрел в мои глаза, и от его взгляда у меня побежали мурашки по коже. Я знала, о чем именно он думает, и это не пугало, а скорей будоражило.

– Ты француз?

– Да.

– И давно в России?

– Давно.

– И как тебе здесь?

– Холодно.

На каждый мой вопрос Филипп отвечал однозначно, не развивая заданную тему. Возможно, ему не очень хотелось об этом говорить, поэтому он вдруг спросил совершенно о другом:

– По твоей внешности очень сложно сказать, что ты русская. Твоя кожа от природы смуглая, а волосы смоляные как ночь.

– Да, это так. Моя прапрабабка была цыганкой.

– Люди боятся тебя?

– Бывает, – накручивая на палец выбившийся локон, я поймала себя на мысли, что хочу безумно ему нравиться. – Они считают, что у меня «дурной глаз».

Следя за его реакцией, вдруг я заметила, что ему интересно общаться со мной, узнавать меня. Вероятно, я действительно ему понравилась.

Воодушевленная таким поворотом событий, я продолжила:

– Особо впечатлительные крестятся при одном моем взгляде. Это ужасно раздражает.

– Неудивительно, ведь ты потомственная ведьма.

Его слова ударили током. Как он смог понять, что это действительно так? Я ему об этом не говорила и даже не давала не единого намека. Об этом никто не знал.

Чтобы не выдать своего изумления, я уставилась в окно. Видимо, он понял, что его слова сильно задели, поэтому его следующая фраза заставила меня обернуться:

– Такие люди, как ты, излучают определенную эфирную энергию. Я ее чувствую и хорошо вижу сквозь остальные. Тебе не надо меня бояться.

– Ты хочешь сказать, что просто проезжал мимо, почувствовал мою энергию и вдруг остановился? Чтобы спросить, как я себя ощущаю и не нужна ли мне твоя помощь? Извини, но мне кажется, что ты чего-то не договариваешь.

Его широкая ладонь легла на мою руку. Алмазный перстень обжег кожу, и от этого мне стало не по себе.

– Считай, что я увидел прекрасную женщину и не смог пройти мимо. Возможно, здесь больше эмоций, чем холодной логики.

Он смотрел на меня, а я на его кольцо. Блеск алмаза каким-то гипнотическим образом привлек все мое внимание. На короткий миг я увидела образы мертвых лиц, корчащихся от невыносимой боли. Все они были связаны с этим кольцом. Глубокое чувство страха закралось мне в душу.

– Мари, ты слышишь меня? – словно придя в себя от глубокого сна, я посмотрела в его глаза. – Что с тобой?