Ольга Островская – Всё равно растаешь, принцесса (страница 46)

А ещё мне нравится лежать вот так, в его объятиях, ощущая во всём теле какую-то невероятно приятную усталость и пресыщенность, которая даже лёгкое саднящее чувство между ног делает незаметным и неважным. Особенно, когда по спине неспешно скользит широкая ладонь, поглаживая и успокаивая мои взбудораженные нервы.

− М-гм, − касается Янгмар губами моего виска. — Говорил.

− А почему ты так думаешь?

Пару минут он молчит. То ли слова подбирая, то ли раздумывая, как увильнуть ответа. Хотя зачем ему это? В конце концов он же сам начал когда-то эту тему.

− Помнишь, я рассказывал тебе, как во мне пробудилась сила? — наконец всё-таки произносит. — Корабль на котором я плыл, потерпел крушение. Нас разбило о прибрежные скалы. Я оказался в воде, была ранняя весна… − рука Янгмара на моей спине застывает на месте и как-то даже тяжелеет. Да и сам он становится напряжённым. — До сих пор помню этот дикий холод. Казалось, что он пробрался в каждую мою клеточку, тяжёлой горечью наполнил лёгкие, сковал кости и мышцы, превратил кровь в ледяную жижу. Я тонул. Понимал это, пытался барахтаться, но ледяная бездна затягивала меня в свои объятия, обещая навечно избавить от всех моих метаний.

От его рассказа меня саму пробирает ознобом. И я неосознанно прижимаюсь к Яну теснее не только в поисках тепла, но в попытке поделиться с ним своим. В надежде стереть эти жуткие воспоминания.

− И когда я окончательно обессилел, когда тело окончательно сдалось, моё сознание погрузилось в какое-то подобие транса. И я услышал её, − отсутствующим голосом продолжает говорить мой колдун, заставляя ощутить, как по спине бегут колючие мурашки. — Богиню. Она сказала мне то, что я совершенно не ожидал услышать. Что я нужен этому миру. Что моя жизнь небесполезна, а судьба не ничтожна. Что в моих жилах течёт кровь древних заклинателей и теперь Совванир готов снова открыть свои источники для таких, как я. А ещё, − теперь на его губах появляется улыбка, которую я чувствую кожей, − она показала мне видение о прекрасной девушке. Взгляд её прекрасных золотистых глаз, ошеломлённый и даже почему-то испуганный, буквально отпечатался в моём сознании, навсегда и в мельчайших деталях запечатлелся в памяти. Я долгие годы везде искал твой облик, поскольку знал, что только ты можешь стать моей единственной и истинной судьбой. Искал тебя, желая защитить от того, кто посмел испугать. И даже подумать не мог, что испугаешься ты меня самого.

Я даже не знаю, что сказать. Его рассказ пробирает меня до самого сердца, потрясая своей глубиной и значимостью. Теперь и мне наша встреча начинает казаться судьбоносной. И моя острая реакция на Янгмара тоже теперь кажется чем-то обоснованным и неизбежным. Словно Богиня таким радикальным образом буквально заставила меня обратить внимание на этого мужчину.

− Я тебя снова испугал? — хмыкает Янгмар спустя довольно продолжительную паузу, потребовавшуюся мне, чтобы собраться с мыслями. Зарывшись рукой в мои волосы, массажирует затылок и напряжённую шею.

− Нет… я просто… ошеломлена, − признаюсь, блаженно прикрывая глаза. — Не думала, что всё так серьёзно.

− Ну, ты хотя бы не рассмеялась мне в лицо, заявляя, что это полный бред.

− Ну, от меня ты этого точно не дождёшься, − улыбаюсь смущённо. − У моей семьи с Богиней вообще, можно сказать, особенные отношения. Она не единожды вмешивалась в судьбы моих родных. И свела вместе не одну пару. Так что… я вполне могу допустить, что и нас она посчитала нужным соединить с какими-то своими целями. Но мне не нравится воспринимать её желание, как неоспоримую неизбежность. Хочется верить, что она всё-таки оставляет за нами право выбора. Иначе это как-то… угнетает немного.

− Уверен, что оставляет. Я бы предпочёл, чтобы ты сама меня выбрала, а не приняла по чьей-то воле, − бормочет Ян.

− Говорит человек, который меня похитил, − фыркаю невольно. И смеюсь, когда он, умолкнув, досадливо хмурится. Подняв руку, разглаживаю складку на мужской переносице. И тянусь к его губам, целую в уголочек: — Я шучу. На самом деле для меня очень ценно всё то, что ты сказал утром. Я боялась… что ты так и не изменишь своего мнения. Тогда и мне бы пришлось стоять на своём. И между нами не произошло бы то, что произошло.

− Значит… ты не жалеешь, − делает очевидный вывод Янгмар, довольно улыбаясь.

− Нет. Нисколечко.

− Это хорошо. Потому что я больше не собираюсь ночевать с тобой порознь.

− Почему-то я в этом даже не сомневалась.

27.3

Ответом мне служит тихий смех.

− Ты себе даже не представляешь, как я благодарен богам за встречу с тобой, − в который раз полностью оглушает меня своей откровенностью Янгмар. — Мне безумно хочется остаться здесь в этой комнате, в кровати с тобой, на весь день, а ещё лучше на несколько. Но, увы, я обязан идти и заниматься своими обязанностями.

Запечатлев на моих губах ещё один поцелуй, Янгмар выпускает меня из своих объятий и выбирается из кровати.

− Будешь искать Ульфрика? — я тоже сажусь, заворачиваясь в простыню.

− Не только. Нужно найти замену ходо Хайкону. Хоть он и утверждает, что не ведал ничего о деяниях жены и сына − и даже не врёт при этом − но доверия к нему у меня больше нет.

− Ты выселишь их из замка?

− У меня нет другого выхода, − роняет колдун, собирая с кресла свои вещи и принимаясь одеваться.

Понимаю. Рагна уже один раз пыталась его убить, значит, вполне может попытаться сделать это ещё раз. Да и Ульфрик наверняка способен создать проблемы. Оставлять ходо Хайкона с дочерью в замке значит оставлять преступникам лазейку.

Интересно, может хоть ходо Хайкон сможет объяснить, почему его жена так ненавидит Янгмара? Или дочь? Хоть какой-то намёк, чтобы пролить свет на причины происходящего.

− Могу я с ними поговорить? — задумчиво хмурюсь.

− Зачем? — смотрит на меня Янгмар.

− Не знаю… просто… я могу попытаться выспросить у них, почему Рагна пошла на такое. Мне хочется понять. Читая эмоции, есть вероятность наткнуться на что-то… необычное и надавить на это.

− Хм. Интересная идея, − щурится он. — Мы сделаем так. Я буду с ними говорить, а ты поприсутствуешь. И, если почувствуешь что-то интересное, вмешаешься.

− Хорошо. Мне твой вариант нравится. Не придётся выдавать, что я уже немного понимаю ваш язык, − киваю довольно. И тоже сползаю с кровати, усердно стараясь не потерять по дороге простыню. — А ещё, думаю, нам всё-таки нужно навестить Юфу. Как бы с ней теперь чего не приключилось.

− Хорошо. Поедем, как только пообщаемся с моим бывшим кастеляном, − соглашается мой колдун.

Как же это приятно, когда к тебе прислушиваются и доверяют твоим суждениям. Янгмар в моих глазах с каждой секундой всё больше становится тем, кого я действительно хотела бы видеть своим супругом.

Прошмыгнув к гардеробу, я принимаюсь рыться там в поиске подходящего наряда. Поскольку у нас намечается поездка, беру бельё, рубашку, штаны и тёплый камзол. И со стопкой одежды прячусь за ширмой.

Вскоре мы уже вдвоём спускаемся на первый этаж.

Сразу за дверью Янгмар взял меня за руку, а я снова не стала ничего менять, чувствуя себя удивительно правильно рядом с ним.

Чтобы позавтракать, мы отправляемся сразу на кухню, где Ян знакомит меня с добродушным здоровяком, ходо Барношем, главным поваром в замке. Тот с радостью воспринимает возможность нас не только накормить, но и попотчевать свежими сплетнями, гуляющими в замковых стенах. Точнее Янгмара попотчевать, так как говорит ходо только по-нагардски и мне приходится старательно притворяться, что я ничего не понимаю. Лишь иногда для вида спрашивая Янгмара, о чём идёт речь.

Со слов повара мы узнаём, что многих очень сильно испугали вчерашние события и среди слуг теперь ходит слушок, что эта чокнутая парочка, Ульфрик и его мамаша, теперь будут мстить всем, кто имел хоть какое-то отношение к аресту этого подонка. Особенно боятся расправы девушки, а Джодис так и вовсе ходит бледная как смерть, прощаясь с жизнью.

От таких новостей у Янгмара сразу портится настроение.

— В замке Ульфрика и Рагны нет. Ворота закрыты, никто этих дурочек тут не тронет, — рычит он, отодвигая пустую тарелку. — А если так боятся, какого беса тогда они все молчали и покрывали его? Почему никто не рассказал о том, что Рагна держит весь замок в страхе? Я отвечаю за своих людей, их безопасность и благополучие. И давно бы уже выгнал эту семейку, если бы знал правду.

Я замечаю осторожные взгляды, которые бросают на нас помощники ходо Барноша. Да и сам повар тоже как-то напрягается, делая вид, что проверяет на соль суп в огромной кастрюле. Приоткрыв немного своё чутьё, едва не морщусь от кислого привкуса страха, царящего на кухне.

Это вообще уже ни в какие ворота не лезет. Чем эта парочка умудрилась так запугать всех?

— Спроси у ходо Барноша, − прошу я у колдуна на деларонском. − Неужели такой большой и сильный мужчина, как он, тоже боится какую-то беглую травницу и её гадкого сынка?

Бросив на меня внимательный взгляд, Янгмар переводит мой вопрос. Здоровяк повар аж краснеет от возмущения.

− Никого я не боюсь, − громко плюхает он крышку на кастрюлю. — И ещё вашему отцу, ярг, говорил, что нельзя этой коварной ведьме верить. Тот только отмахнулся. Ещё и нарычал меня, велев рот закрыть, если я хочу здесь и дальше работать. Брат ваш тоже ничего не слушал. Говорил, что всё это пустые наветы. Но уж вы-то видите, что она собой представляет?