Ольга Осипова – Книга 1 "Привет сосед!" Елина и Левик — дети Большого Мира (страница 2)
— Он волшебный? — спросила Елина.
— Не знаю, — честно ответил Левик. — Просто он такой. Сам поймёшь.
И они вместе пошли по улице: девочка с компасом в ладони и мальчик с вихром, который всё время норовил взлететь.
Заречная улица впервые увидела их вместе. И будто бы даже ветви берёз по дороге наклонились чуть ниже — посмотреть, что же из этого выйдет.
Теперь дом уже не казался таким огромным. Он стал чуть ближе. Каждая комната за ночь как будто шепнула ей своё «доброе утро». Но что-то всё равно тревожило — будто какая-то важная мысль всё время вертелась где-то рядом, не успевая оформиться.
Ах да. Левик.
Она вспомнила его вихор, его уверенное «я здесь живу всегда» и особенно — слова о мостике, который «звенит, если правильно себя вести». Сказано это было не хвастливо, не выдумано, а буднично — будто у всех в мире есть такой мостик.
Это было интересно. Очень интересно.
Елина поставила тарелку в раковину, попрощалась с мамой — та как раз сортировала вещи на кухне — и вышла во двор. Голубые ставни слегка дрожали от ветра, а солнечные зайчики танцевали прямо на крыльце.
Она только подошла к калитке, как откуда-то сбоку раздался громкий вскрик:
— ЕЛИНА!
Из-за штакетника вынырнул Левик, словно упругий мячик. В руках он держал что-то круглое, блестящее. Елина пригляделась — старый крышечный компас, поцарапанный, но важный.
— Это тебе! — гордо сказал он. — Подарок.
Елина растерялась. — Но за что?
— Просто так! — ответил Левик, немного покраснев. — Ты же теперь тоже на Заречной живёшь.
Он протянул компас, и Елина осторожно взяла его в ладони. Стрелка внутри дрожала, будто сама волновалась при знакомстве. Компас пах солнцем и старым деревом — может, он долго лежал у Левика в кармане.
— Спасибо очень, — тихо сказала она.
Левик потер ухо, будто ему стало неудобно от собственных чувств. — Да ладно, чего там. Пойдём?
И только он сделал шаг в сторону тропинки, как позади донёсся голос:
— Левииик! Иди домой, немедленно!
Соседская дверь распахнулась, и на крыльцо вышла женщина в фартуке. На вид — строгая, но глаза добрые. — Ты зачем убежал? Я тебя попросила подмести крыльцо!
Левик сжался и прошептал Елине: — Она считает, что я всё время отвлекаюсь. А я просто живу!
Елина с трудом удержала улыбку.
— Левик, — сказала мама уже мягче. — Поздоровайся с девочкой.
Он уставился на неё — на маму, а затем на Елину. — Так я же поздоровался вчера
— Сегодня новый день, — строго сказала мама. — И новые приветствия.
Левик застонал, как будто ему предложили вымыть все подъезды в городе.
— Левик, — подсказала Елина очень тихо, так, чтобы слышал только он. — Приветствие — это подарок. Как компас. Его приятно дарить.
Мальчик моргнул. Потом расправил плечи и сказал уверенно: — Доброе утро, Елина!
Её улыбка была самой настоящей. — Доброе утро, Левик.
Мама Левика одобрительно кивнула и ушла в дом.
Когда дверь закрылась, Левик фыркнул: — Ну вот. Всё, теперь ты видела, как меня ругают.
— Тебя не ругали, — сказала Елина мягко. — Тебе напомнили. Это разные вещи.
Левик задумался. — А и правда разные.
Он поднял рогатку с земли, проверил резинку, потом спрятал её в карман. — Ну что пойдём? Я покажу тебе наш мостик. Он правда иногда звенит.
— Он волшебный? — спросила Елина.
— Не знаю, — честно ответил Левик. — Просто он такой. Сам поймёшь.
И они вместе пошли по улице: девочка с компасом в ладони и мальчик с вихром, который всё время норовил взлететь.
Заречная улица впервые увидела их вместе. И будто бы даже ветви берёз по дороге наклонились чуть ниже — посмотреть, что же из этого выйдет.
Теперь дом уже не казался таким огромным. Он стал чуть ближе. Каждая комната за ночь как будто шепнула ей своё «доброе утро». Но что-то всё равно тревожило — будто какая-то важная мысль всё время вертелась где-то рядом, не успевая оформиться.
Ах да. Левик.
Она вспомнила его вихор, его уверенное «я здесь живу всегда» и особенно — слова о мостике, который «звенит, если правильно себя вести». Сказано это было не хвастливо, не выдумано, а буднично — будто у всех в мире есть такой мостик.
Это было интересно. Очень интересно.
Елина поставила тарелку в раковину, попрощалась с мамой — та как раз сортировала вещи на кухне — и вышла во двор. Голубые ставни слегка дрожали от ветра, а солнечные зайчики танцевали прямо на крыльце.
Она только подошла к калитке, как откуда-то сбоку раздался громкий вскрик:
— ЕЛИНА!
Из-за штакетника вынырнул Левик, словно упругий мячик. В руках он держал что-то круглое, блестящее. Елина пригляделась — старый крышечный компас, поцарапанный, но важный.
— Это тебе! — гордо сказал он. — Подарок.
Елина растерялась. — Но за что?
— Просто так! — ответил Левик, немного покраснев. — Ты же теперь тоже на Заречной живёшь.
Он протянул компас, и Елина осторожно взяла его в ладони. Стрелка внутри дрожала, будто сама волновалась при знакомстве. Компас пах солнцем и старым деревом — может, он долго лежал у Левика в кармане.
— Спасибо очень, — тихо сказала она.
Левик потер ухо, будто ему стало неудобно от собственных чувств. — Да ладно, чего там. Пойдём?
И только он сделал шаг в сторону тропинки, как позади донёсся голос:
— Левииик! Иди домой, немедленно!
Соседская дверь распахнулась, и на крыльцо вышла женщина в фартуке. На вид — строгая, но глаза добрые. — Ты зачем убежал? Я тебя попросила подмести крыльцо!
Левик сжался и прошептал Елине: — Она считает, что я всё время отвлекаюсь. А я просто живу!
Елина с трудом удержала улыбку.
— Левик, — сказала мама уже мягче. — Поздоровайся с девочкой.
Он уставился на неё — на маму, а затем на Елину. — Так я же поздоровался вчера
— Сегодня новый день, — строго сказала мама. — И новые приветствия.
Левик застонал, как будто ему предложили вымыть все подъезды в городе.
— Левик, — подсказала Елина очень тихо, так, чтобы слышал только он. — Приветствие — это подарок. Как компас. Его приятно дарить.
Мальчик моргнул. Потом расправил плечи и сказал уверенно: — Доброе утро, Елина!
Её улыбка была самой настоящей. — Доброе утро, Левик.