Ольга Олие – Ошибка богов. Вырастить зверя (страница 14)

– Надо было специально на тебя указать, чтобы мозги вправили, – недовольно буркнула подруга.

– Спасибо, дорогая сестренка. Смерти моей захотела? Они бы сначала убили, лишь потом стали бы разбираться, но ты уже осталась бы без брата, – с прискорбием простонал юноша, еще и несуществующую слезу демонстративно смахнул.

Пикировка немного разрядила атмосферу, на меня уже никто не смотрел. Многие вообще забыли, с чего все началось. Я же, пока от меня отвлеклись, успела съесть еще парочку пирожных, любезно принесенных дорлагами. Малыши умилялись и подсовывали очередную вкусняшку. Остановилась, когда друзья наконец успокоились и перестали осыпать друг друга шуточками.

Когда уже пили чай, подруга не удержалась от вопроса, заданного ранее, желая подтвердить наши с ней мысли или опровергнуть их. Потому, понизив голос до едва слышного шепота, она уточнила:

– Ксьер, а почему нужно идти ночью? Сейчас мы не можем попасть в библиотеку? Не пришлось бы мучиться с особой секретностью.

– Можем, но за нами потянутся любопытные. А входить при них в закрытую секцию мне не хочется. Возникнет слишком много вопросов. Вам это надо? – прищурился ледяной принц.

– Нет, не надо, нам и так внимания хватает, – ответила за всех, украдкой проверяя, наблюдают ли еще за нашим столом.

В основном вроде отвлеклись, но некоторые время от времени поглядывали, надеясь увидеть еще что-нибудь интересное. Что ж, разочаруем их.

– В таком случае, как я понимаю, на ночную вылазку все согласны? – уточнил Ксьер.

Отвечать не требовалось, выражение на лицах говорило лучше любых слов.

Мы никуда не торопились, продолжая потягивать кто чай, кто кофе. Только когда моя чашка опустела, к нам за стол подсел Лигаш. Ловко выставив невидимый барьер от подслушивания, заговорил:

– Ребята, что происходит в академии? Многие студенты какие-то странные, будто невыспавшиеся или зачарованные. Я пытался расспросить парочку, но меня едва не закопали живьем. А ведь вопрос был невинным. И с чего они так разозлились? Куда демон смотрит?

– Он перед нами не отчитывается, – отозвалась Райэра, с прищуром глянув на парня.

Прозвучало грубовато. Но юноша мне импонировал, и я решила сгладить отповедь подруги.

– Мы не знаем, что происходит, но ситуация напрягает. У нас ощущение, что кто-то усиленно пытается отыскать принца. Правда, я слабо представляю себе, как можно этого добиться, если тот под клятвой. А со студентами под чарами стоит быть осторожнее.

– А зачем принц кому-то понадобился? И кто их очаровал? Это же невозможно, на многих такая защита, которую практически невозможно обойти, – удивился парень вполне искренне.

Я же про себя вздохнула. Лигаш не может быть высочеством, иначе бы знал о покушениях. Но эта информация не распространилась, значит, о ней почти никто не знает.

– Мы понятия не имеем. Заметили в «Солнцеликом» одну странность, на ее основании и сделали выводы, – в своей равнодушной манере ответил Ксьер, при этом бросив на меня настороженный взгляд, ясно указывающий помолчать.

Надо бы попридержать язык. Но однокурсник уже ощутил охотничий азарт и вознамерился все у нас выпытать. Особенно хищно он поглядывал на меня.

– Вы о том первокурснике? – показательно вяло спросил товарищ, и мы сразу подобрались: он никак не мог его помнить. Заметив нашу реакцию, Лигаш усмехнулся. – На мне мощный щит от любого воздействия, потому его затея не подействовала, и я прекрасно запомнил того типа. А вот как вы его не забыли? – На этот раз подозрительность проскользнула в интонации юноши. – И что за чары, о которых вы говорили?

– На нас такие же щиты, – бросил Лефи. – Ты нашел первокурсника? Не спрашивал у него, кто надоумил его на провокацию?

Друг усиленно уводил от темы чар, при этом с легким осуждением поглядывал на меня. Я уже поняла, что сглупила, но из песни слов не выкинуть. Теперь приходилось по большей части молчать и наблюдать, как друзья пытаются выкрутиться и не наговорить лишнего.

– Не нашел. Или он умело скрывается, или его уже нет в академии. – Лигаш скривился как от зубной боли и снова напомнил: – О каких чарах вы говорили?

Вот упертый, никак не уймется.

Ледышка вздохнул и постарался не обратить внимания на вторую часть вопроса.

– Или он сменил личину, на всякий случай, чтобы гарантировать себе безопасность, – предположил Ксьер. Потом все же поведал: – Мы обнаружили несколько некромантов под воздействием. Сами снять не смогли, даже принципа не поняли, к сожалению. Как и кто мог его навесить. А Савразар ничего не знает, это тайна императорского уровня. Сам понимаешь, перед студентами отчитываться никто не станет.

– Да уж, тут вы правы. Если честно, я и сам пытался понять, что не так с ребятами, но не смог. У меня достаточно высокий уровень силы, но я даже направление не определил. Так вы правда больше ничего не знаете? – еще раз уточнил однокурсник после непродолжительной, но угнетающей паузы – просто встать из-за стола и покинуть столовую было бы невежливо.

– Увы! Самим интересно, что происходит, – Лефи настолько искренне сокрушался, что даже имеющий дар распознавать ложь не придрался бы.

Лигаш покивал и, пожелав хорошего вечера, наконец ушел. Признаться, мы вздохнули с облегчением, все же тем, кто врать не привык, ложь дается сложно.

– Он не принц! – вырвалось у подруги с долей сожаления.

Так как мыслили мы в последнее время в одном направлении, то и вопросов задавать не стали – сами пришли к такому же мнению.

Хотя я не могла понять, почему меня настолько заинтересовала идея вычислить его высочество. Помощь от нас он вряд ли примет, небось сам силен и в состоянии защититься от любого посягательства. Но мне было бы спокойнее, находись он под нашим наблюдением. Правда, сам наследник вряд ли придерживается такого же мнения, наверняка самоуверенный сноб, каких поискать. Все власть имущие такие, взять хотя бы моего отца, каким я его впервые увидела. Тот еще самовлюбленный гад был, а потом ничего, нормальным человеком стал, видимо, из-за того, что гадкий утенок в моем лице стал лебедем. Пусть и не прекрасным, но уже и не позором рода.

– А мы что, тоже будем искать высочество? – скептически приподнял бровь ледышка, словно прочитав мои мысли.

– Нет, мы будем искать Лешу. Но надо подумать о безопасности, чтобы из нас не сделали зомби, как недавно из некромантки, – заявила Райэра. – А за принцем я бы приглядела на всякий случай, во избежание, так сказать.

– Вряд ли он сам считает, что ему нужен пригляд, – досадливо бросил Ксьер, но тут же принял обычное бесстрастное состояние. – Да и сомневаюсь, что нам под силу его вычислить, если он того не желает. Лучше подумаем в другом направлении – как избавиться от чар на других студентах.

– А сначала понять, как их зачаровали. Вряд ли им тоже дарили перстни. Да, мы же собирались нацепить на них следилки! Когда и как провернем это? – Наш весельчак едва ли не потирал руки от предвкушения.

– Побеседуем завтра с Галиной. Может, она сможет помочь. Вряд ли нам удастся приблизиться к парням без подозрений, – задумчиво протянул ледяной принц. – И опять-таки, если сама некромантка успела прийти в себя настолько, чтобы ввязываться в аферы. Не хотелось бы, чтобы она снова пострадала.

В запасе у нас была еще как минимум пара часов. Чтобы бездарно их не тратить, решили отправиться в наше тайное место и потренироваться с учетом обновленных расчетов. Но не успели мы встать из-за стола, как к нам приблизилась однокурсница парней, та самая девушка, которую я встретила в первый день прибытия в академию. Странно, что до сего дня мы больше не пересекались, я думала, она покинула учебное заведение. Оказывается, просто перестала слепо следовать за предметом своих грез.

– Ксьер, ты не забыл, что магистр Дарвиаль задал нам курсовую по способам ментального воздействия на разные типы личности? – излишне спокойно спросила подошедшая.

Но я не поверила в равнодушие девчонки. Глаза сверкали, хотя она и старалась смотреть куда угодно, только не на парня.

– Она уже написана, – коротко бросил Ксьер и вытащил несколько листов. – Это копия, можешь забрать себе и вставить дополнения. Они появятся и у меня. Но предупреждаю, я вправе аннулировать изменения, если они мне не понравятся. А сейчас нам пора.

Столовую мы покидали неспешно, обходя застывшую статуей третьекурсницу, чтобы не создалось ощущения побега. Она прижимала бумаги к себе, как великое сокровище, и смотрела вслед парню взглядом побитой собаки. А ведь я хотела уже зауважать девчонку, что смогла справиться с чувствами и почти не выдала интереса. Но равнодушие ледышки заставило маску разбиться на сотни осколков.

«Влюбленная и отвергнутая девица – бомба замедленного действия. Она в любую минуту может взорваться и хорошо, если навредить только себе, но ведь с нее станется захватить с собой за Грань и своих обидчиков», – протянула у меня в голове Айша.

Я была с ней полностью согласна. Особенно когда поставила себя на ее место. Стоит другу узнать, какие на самом деле чувства меня обуревают, как меня постигнет та же участь, как и остальных девчонок, влюбленных в нашего ледяного принца. И тогда я даже издалека не смогу на него смотреть, гордость не позволит, хоть и будет ломать, как при наркотической зависимости.