Ольга Обская – Жена с условиями, или Три наволочки из свадебного платья (страница 4)

— Не настолько, чтобы принимать сомнительные предложения, — взглянула она на него с лёгким скепсисом.

Поль продолжил, пытаясь сохранить деловой стиль:

— Почему же сомнительные? Мой поверенный оформит контракт с соблюдением всех юридических тонкостей.

— О каком контракте речь?

— О брачном.

— Предлагаете фиктивный брак? — быстро сообразила она. Её упрямые губы едва заметно растянулись в саркастичной усмешке. — Вакансия: жена. Опыт необязателен. Зарплата — стабильна.

Поль посчитал хорошим знаком, что она не оскорбилась этому “недостойному” предложению, а восприняла с иронией. Ирония лучше, чем категорический отказ. Однако рано радовался.

— Почему вы решили, что мне будет интересно такое… сотрудничество? — покачала она головой. — Ни настоящий муж, ни, тем более, фиктивный в мои планы не входят. Вы зря потратили на меня своё время.

Это был более, чем однозначный отказ. Но Поль не собирался сдаваться.

— Чем же плох фиктивный муж? Он будет исправно платить и, в отличие от настоящего, ничем не побеспокоит, — усмехнулся он.

— Я не хочу иметь дело с мужчинами, — пояснила Натали категорично. Но добавила, смягчив голос: — Уверена, вам не составит труда найти ту, кто с превеликой радостью подпишет контракт.

— Вот этого-то мне и хотелось бы избежать.

— Чего? — не поняла она.

— “Превеликой радости”. Я ищу не ту, кто будет надеяться на продолжение, а ту, кто будет с таким же нетерпением ждать окончания контракта, как и я. Без лишних иллюзий. Мне показалось, что вы предпочитаете свободу брачным узам, как и я. Ведь так?

Натали задумчиво посмотрела на него, и в её глазах мелькнуло нечто, что заставило Поля почувствовать: возможно, он задел нужную струну.

— Но если вы так цените свободу, зачем вам вообще этот брак? — спросила она.

Поль решил не кривить душой, и выдал начистоту:

— Если я не женюсь до двадцати восьми лет, а до этого момента осталось меньше пяти дней, то поместье моей тётушки, согласно её завещанию, перейдёт Обществу Благовоспитанности и Устоев. Мне дорог Вальмонт. Я не хотел бы его потерять.

— Вальмонт? — переспросила Натали.

И вдруг выражение её лица изменилось.

На короткий миг — но заметно. Ирония исчезла. В глазах мелькнуло что-то вроде напряжённого интереса. Или воспоминания. Но это длилось так недолго, что Поль решил — ему только показалось.

— Да, Вальмонт — чудесное местечко, если забыть в какой глуши оно расположено. Слышали о нём?

— Нет, не приходилось, — пожала она плечами. — Но название звучит мило.

Наступила тишина. Натали смотрела в сторону, пальцы чуть-чуть сжались на перилах. Потом она перевела взгляд на Поля и спокойно, даже деловито, произнесла:

— Месье ван-Эльст, если вы нуждаетесь в фиктивной жене, на которую никогда не предъявите прав, как и она на вас — я готова обсудить детали.

ГЛАВА 5. Праведный гнев и немного романтики

Как только Натали закрыла дверь за ван-Эльстом, Виола, затаившая дыхание с тех пор, как он ступил на их мансарду, наконец, выдохнула — и тут же засыпала вопросами.

— Натали! Что он сказал? Милая, что он тебе сказал? — она буквально подскочила с дивана. — Я же видела, он был взволнован. Вы так долго разговаривали! А о чём можно разговаривать так долго на нашем крохотном балконе? Не томи меня в неизвестности — выкладывай!

Натали, опершись на дверь, смотрела в пол с лёгкой, почти лукавой улыбкой. Потом подняла взгляд:

— Он сделал предложение.

Виола хлопнула в ладони:

— Я знала! Я чувствовала! Я была уверена, что ты его сразишь наповал! Уж кому-кому, а тебе должен быть предназначен именно такой идеальный мужчина. Видный, состоятельный, утончённый. И если не он, то кто? Твоя необыкновенная красота, ангельский характер, ум — разве можно пройти мимо такой женщины?

— Речь о фиктивном браке, — прервала её Натали.

Виола замерла.

— О… о каком?

— Фиктивном. Деловом. Сроком на пару месяцев. Чисто формальный союз. Никаких чувств, обязательств или романтики. Только подписание бумаг. Ему нужно жениться, чтобы получить наследство. И срочно.

На лице Виолы отразилась буря эмоций. Сначала — потрясение. Потом — гнев.

— Да как он смеет! — воскликнула она. — Этот надменный, самодовольный, холодный как вчерашний омлет аристократ! Этот... этот парфюмеришка с духами, которые годятся только мух отпугивать! Этот высокородный истукан с каменным сердцем!

Лорд Мортимер, сидевший на спинке кресла, хмыкнул, едва слышно. Лотта, выскочившая в центр комнаты, с тревогой посмотрела на тётушку, ощутила бурю в атмосфере — и на всякий случай поспешно ретировалась обратно под комод.

Натали спокойно подошла к столику и как ни в чём не бывало налила себе чаю — примерно такой реакции она от тётушки и ожидала. А что ещё мечтательная романтичная натура могла сказать в адрес мужчины, способного на холодный расчёт?

Справедливости ради надо отметить, что насчёт его каменного сердца, Виола, конечно, права, а вот насчёт его духов — Натали поспорила бы. Не далее как неделю назад в парфюмерную лавку мадам дю-Сари, что находится напротив городской библиотеки, завезли свежую коллекцию с фабрики ван-Эльста. Поднялся страшный ажиотаж. Натали тоже не преминула зайти. Покупать ничего не собиралась — ей такие парфюмы не по карману, но почему бы не оценить аромат, когда это предлагалось любому желающему.

“Летние сумерки” — такое простое название носили духи, которые покорили Натали. Жидкость цвета закатного неба обладала настолько тонким чудным запахом, что вдыхать его нужно было полной грудью, чтобы оценить все оттенки. В “Летних сумерках” было нечто большее, чем просто удачная смесь цветочных ароматов. Натали даже засомневалась, что такую восхитительную гармонию мог создать мужчина, хотя слухи приписывали авторство именно самому ван-Эльсту.

Сегодня, пока разговор не зашёл о фиктивном браке, она с любопытством изучала гостя, пытаясь понять, способен ли он на то, что ему приписывают слухи. Его внешность производила приятное впечатление — красив и одет со вкусом. Если забыть на мгновение, насколько мужчины циничны и ненадёжны, можно было бы выделить его живые серо-голубые глаза. Но всего этого вряд ли достаточно для создания того незабываемого аромата. Впрочем, какое Натали, вообще, дело до его талантов?

— Если бы за надменность давали ордена, господину ван-Эльсту не хватило бы места на его вычурном сюртуке! — не унималась тётушка. — Ему показалось, что можно вот так зайти и деловито предложить тебе, моей племяннице, сомнительную сделку?! Никогда! Никогда моя Натали не согласится на такое!

— Виола, дорогая, ты, кажется, забыла, что в прошлом году всерьёз предлагала мне выйти замуж за аптекаря только потому, что у него три шкафа с ячейками для микстур, — усмехнулась Натали. — Три.

— Дело не в шкафах. Это был очень надёжный человек! — запротестовала Виола, но уже с меньшей страстью. — И вообще, ты не даёшь мне закончить мысль. Я… я подумала, — её голос стал тише, — может, в этом есть что-то... судьбоносное? Ты ведь не отвергла его предложение категорически?

— Не отвергла. Более того, я дала предварительное согласие. — Натали села в кресло. — Мы обсудим условия. Я сказала, что готова рассмотреть вариант. Но только потому, что уверена: он не отойдёт ни на шаг от деловых рамок. Обладатель каменного сердца, как ты верно его охарактеризовала, не станет нарушать условия фиктивного брака.

— Разумеется, — пробормотала Виола, с трудом скрывая мечтательное выражение. — А вдруг узнает тебя получше? Увидит, какая ты на самом деле? Умная, добрая, сильная, красивая… и воспылает истинными чувствами? Такое случается, ты знаешь. Фиктивные браки — это только начало! Я где-то читала…

— В романе. С оборотнем. И героиней, у которой хвост рос, когда она злилась.

— Детали не важны, — отмахнулась Виола. — Важно, что всё возможно!

— Только ты могла из праведного гнева за тридцать секунд перейти к мечтам о “жили долго и счастливо…”, — с улыбкой вздохнула Натали.

— Я практично-романтичная! — гордо парировала тётушка. — И, к слову, я настаиваю на присутствии при обсуждении условий. Чтобы никто не посмел ущемить твои права!

— Права на что? На фиктивность? — Натали снова улыбнулась.

У тётушки, наконец, тоже проснулся интерес к чаю. Она уселась за стол и принялась рассуждать о том, что должно быть учтено в договоре.

Натали всегда удивляло, откуда у Виолы её беспросветная романтичность и вера в мужчин, когда все женщины семейства Дюваль, напротив, считали представителей сильного пола созданиями исключительно циничными и не способными на искренние чувства и щедрость души. И не случайно! А как можно относиться к этим носителям брюк и раздутого тщеславия после того, что случилось с Жозефиной Дюваль?

Впрочем, никто достоверно не знал деталей тех событий. Но недавно Натали нащупала ниточку, которая вела прямиком в Вальмонт. Если и можно найти ответы на вопросы, то только там. Ради того, чтобы попасть в Вальмонт, Натали была готова на многое. И если для этого нужно сыграть в игру с человеком вроде Поля ван-Эльста — пусть так…

Лорд Мортимер, не сводя с неё взгляда, чуть наклонил голову. Как будто знал: всё только начинается.

ГЛАВА 6. Психологически насыщенные неудобства и цейтнот

Утро выдалось на удивление солнечным. В кабинете Поля пахло свежемолотым кофе и… бергамотом. Он сам выбрал этот новомодный фрукт для ароматизации бумаги, используемой для деловой корреспонденции. Аромат бергамота ассоциировался у Поля исключительно с чем-то позитивным. И настроение было соответствующим.