Ольга Обская – Жена с условиями, или Три наволочки из свадебного платья (страница 30)

У Натали поднялось настроение. Как же всё-таки ловко они смогли перехитрить Поля и не испортить сюрприз. И это не считая того, что побочным эффектом их авантюры стал запущенный в работу камин.

Оставался один вопрос: что будет на фотографии? Натали полагала, что что-то связанное с Вальмонтом. Не зря же Эмиль намекнул, что снимок долгие годы будет пробуждать приятные воспоминания. Это либо какой-нибудь красивый пейзаж в парке Вальмонта, либо цветочная композиция на фоне обветшалого, но всё равно очаровательного особняка. Любопытство разгоралось. Жаль, оно не могло быть удовлетворено немедленно. Но в любом случае ждать осталось недолго. Вечером Натали увидит фотографию собственными глазами.

ГЛАВА 42. Почтовый устав и немного абсурда

Завершив работу, “подмастерья” и месье Бельфуа ушли. Теперь камин радостно потрескивал, выпуская в гостиную мягкие языки янтарного пламени. Комната сразу преобразилась: на старинных панелях стен заиграли тёплые отсветы, потолок наполнился уютными бликами, а воздух словно стал плотнее, теплее, живее. Натали невольно задержала взгляд на танце огня. Впрочем, её безмятежное любование продлилось недолго — в гостиную робко заглянула Колетт.

Странно, но от её утренней лёгкости и живости не осталось и следа. Буквально час назад она порхала по дому, полная энергии, а теперь казалась напряжённой и бледной. На её лице отображалась смесь волнения, смущения и скрытого огорчения.

— Сударыня, сударь... — она слегка поклонилась, — прибыл почтальон.

Натали заметила, как её голос дрогнул. Нетрудно было догадаться, в чём причина. Почтальон... Видимо, Жерар. Тот самый, который когда-то был её женихом, а потом, поверив грязным слухам, разорвал помолвку.

Бедная Колетт. В первый же рабочий день здесь, в Вальмонте, прошлое настигло её. Натали искала какие-то тёплые слова, чтобы поддержать, но тут Колетт сказала нечто, что окончательно сбило с толку:

— Он… он просил передать, что хочет говорить с мадам Валери ван-Эльст. По очень важному вопросу.

Натали не сразу поверила, что правильно услышала.

— С кем? — переспросила Поль, который, видимо, тоже пришёл в полное недоумение.

— С вашей тётушкой мадам Валери ван-Эльст, — повторила Колетт чуть тише. — Он сказал, что это крайне важно.

— Но... — осторожно начала Натали, — мадам Валери ван-Эльст ведь уже много лет как… — она подняла взгляд в потолок, — …отправилась на небеса.

Всем жителям окрестных деревень прекрасно об этом известно, а уж почтальону и подавно.

— Да, — кивнула Колетт, заметно смущаясь. — И я ему об этом сказала. Но он всё равно настаивает.

— Хм... — задумчиво произнёс Поль. — Любопытно. Что ж, пригласи его сюда.

— Сию минуту, сударь, — Колетт поспешно вышла, оставив хозяев мучиться в догадках.

Натали подумалось: может, и хорошо, что у Колетт не сложилось с этим Жераром. Не известно, как он объяснит свои мотивы, но пока его поведение выглядело весьма странным.

Почтальон вошёл в гостиную с той горделивой осанкой, какую имеют люди, считающие свою работу чрезвычайно важной. Его тёмно-синий мундир с начищенными латунными пуговицами был тщательно выглажен, а форменная фуражка сверкала образцовым лакированным козырьком.

Он был недурен собой. Особенно обращали на себя внимание его аккуратно подстриженные усики-”ниточки”, какие были модны среди провинциальных чиновников и выдавали в нём человека, тщательно следящего за своей внешностью.

— Почтальон Жерар Шалюмо, — представился он, приподняв фуражку. — Могу я видеть мадам Валери ван-Эльст? У меня бандероль на её имя.

Вот оно в чём дело. Ситуация казалась Натали всё более загадочной.

— Боюсь, вам должно быть известно, что моя тётушка уже несколько лет как… не может принимать ни посетителей, ни бандероли, — Поль бросил на почтальона недоумённый взгляд.

— Мне прекрасно это известно, месье, — с достоинством ответил Жерар. — Но согласно почтовым инструкциям, я обязан доставить бандероль по адресу, указанному на ней.

— Превосходно, — кивнул Поль. — В таком случае — вы вполне можете оставить посылку здесь. Давайте её сюда.

Однако Жерар, будто заранее готовый к такому повороту событий, заявил:

— Увы, месье, я не могу передать бандероль вам, поскольку она адресована не вам. Более того, на ней имеется отметка: "Вручить лично в руки".

Натали ощущала, как с каждой новой фразой почтальона, Поль становился всё более заинтригованным, и его желание заполучить бандероль только возрастало. Тем более, справедливости ради, он как наследник имел на это полное моральное право.

— Но... — начал Поль, — если вам известно, что получателя нет, а в адресной строке написано: Вальмонт, разве не должны вы оставить бандероль здесь?

— К сожалению, инструкции предусматривают, — с почти торжественной скорбью перебил Жерар, — что бандероль доставляется по указанному адресу, но в случае невозможности личного вручения, она подлежит возвращению в почтовое отделение для дальнейшего хранения, пока не будут получены новые распоряжения.

— Но какое же это имеет практическое значение? — почти философски изумился Поль. — Мадам Валери не сможет получить бандероль ни здесь, ни в вашем отделении.

— Инструкция не обсуждает философских вопросов, — вежливо пояснил Жерар. — Я действую согласно правилам. К тому же, — вдруг добавил он, — на упаковке есть красная отметка: “Осторожно! Вскрывать опасно!” А такие отметки, смею заметить, просто так не ставят, — добавил он с благоговейным ужасом и приподнял свою фирменную фуражку в знак прощания.

Лучше бы он не говорил этой последней фразы. Она подстегнула и без того разогретое любопытство Поля. Натали уже успела немного его изучить и знала, какой азарт вызывают в нём неразгаданные тайны.

Они переглянулись. Она без труда прочитала в его взгляде недвусмысленное послание: “Задержите его. Я сейчас вернусь — с Антуаном”.

Натали едва заметно кивнула. Идея была великолепна. Если кто-то и может спасти положение, так это юрист от бога.

— Месье Шалюмо, — остановила она собравшегося уходить почтальона, — могу я попросить у вас совета, как у специалиста в почтовых вопросах?

Жерар, польщённый признанием его профессионализма, приосанился и произнёс:

— К вашим услугам, мадам.

— Хочу отправить кое-какие документы в столицу, как будет надёжней: рекомендованным или заказным письмом?

— В таком случае всё зависит от… — важно начал он.

А Поль, не теряя ни секунды, вышел из гостиной на поиски Антуана.

ГЛАВА 43. Красная пометка, свидетель и юридические манёвры

Натали уже выслушала подробные и обстоятельные советы Жерара по поводу отправки писем и прикидывала, какими ещё вопросами его озадачить, когда в гостиную вернулся Поль. Он был не один, а в компании Антуана, который, как всегда выглядел безупречно, и Виолы, которая как всегда выглядела мило и романтично. Хотя нет, что-то в облике Виолы поменялось. Натали заметила совсем не свойственную ей важность и солидность. Видимо, неспроста команда была усилена тётушкой — похоже, какой-то план у Антуана уже был, и Виоле в нём отводилась особая роль. Как вскоре выяснилось, Натали в своих предположениях не ошиблась.

— Позвольте представиться, — вежливо начал Антуан, слегка кивнув, — Антуан Марлоу, юрист. Среди прочего специализируюсь на почтовых проблемах и особенно компетентен… — он сделал многозначительную паузу, — …в вопросах красных пометок на почтовых отправлениях.

Лицо Жерара приобрело выражение смеси тревоги и почтительного ужаса.

— Красных пометок? — переспросил он с опаской.

— Именно, — подтвердил Антуан, понижая голос почти до таинственного шёпота. — Тех, что означают: “Опасно!” Мы ведь все понимаем, что такие предупреждающие пометки ставятся далеко не просто так.

Натали ощутила, что юридическое представление начинается.

Антуан жестом указал на Виолу:

— Позвольте также представить мадмуазель Виолу Дюваль. Она выступит в роли независимого свидетеля — что крайне важно в подобного рода делах, и засвидетельствует протокол.

— Протокол?.. — пробормотал Жерар, бросив косой взгляд на Виолу, которая к этому моменту приобрела ещё более деловой и бескомпромиссный вид.

— Конечно же, — с лёгкой укоризной сказал Антуан. — Всё, что касается отправлений с красными пометками, должно тщательно протоколироваться, согласно пункту четыре приложения семь дробь два к почтовому кодексу. Разве вы не знали? Наверное, вам не доводилось раньше сталкиваться с бандеролями, имеющими особую красную пометку?

— Э… нет, месье, — честно признался Жерар, будто боялся, что сейчас его лишат почтовой лицензии.

— Не страшно, — великодушно кивнул Антуан. — Вам повезло: здесь присутствует специалист, который оформит всё как положено, строго по инструкции, — сказал он, подразумевая, естественно, себя.

Поль стоял, скрестив руки на груди, и наблюдал за происходящим с абсолютной невозмутимостью, но по блеску его глаз, нетрудно было догадаться, какое удовольствие доставляет ему юридический спектакль его преданного изощрённого юриста.

— Итак, — продолжил Антуан с видом человека, от которого зависит порядок во Вселенной. — Суть ясна: адресат — мадам Валери ван-Эльст — по объективным причинам не может получить бандероль. Как вы сами правильно заметили, согласно почтовому кодексу, в таком случае бандероль переходит на ответственное хранение, пока адресат за ней не обратится. Верно?