Ольга Обская – Возмутительно желанна, или соблазн Его Величества (страница 57)

Когда панические мысли чуть отхлынули, Полина начала думать, что ей делать в сложившейся ситуации. Сбежать? Бесполезно — поймают. Да ей, в общем-то, и бежать-то некуда. Попробовать воспользоваться шкатулкой? Пробраться с помощью нее к Рональду, как хотела перед тем, как получила записку от Пьелины? Но теперь эта идея казалась еще более рискованной. Узнает ли Полина, благодаря вылазке, что-то полезное — большой вопрос, а вот выдать себя и вызвать еще больший гнев короля у нее запросто получится. Поля забылась тревожным сном, так и не придумав беспроигрышного решения.

Проснулась она очень рано. Край неба еще даже не начал алеть. Полина прекрасно помнила, что ей велено быть у короля с рассветом. Привела себя в порядок и облачилась в простое удобное платье. Уже собиралась выходить из покоев, как пожаловала прислуга.

— Я Карли. Меня приставили прислуживать вам, — объяснила молоденькая опрятная девушка и, густо порозовев, передала Полине большую картонную коробку. — Его Величество отдал распоряжение, чтобы вы надели вот это.

Поля раскрывала коробку с опаской. Что там? Честно говоря, промелькнули самые невероятные мысли. Содержимое и в правду оказалось неожиданным, но, к счастью, не таким, как подумалось Полине. В коробке обнаружился элегантный утепленный костюм для верховой езды — из благородного бархата шоколадного оттенка, с богатой меховой оторочкой.

Карли бросилась помогать переодеваться. Полина приняла ее помощь безропотно, потому как голова была занята разгадыванием головоломки. Почему костюм для верховой езды? Что задумал Рональд? Тревога и волнение, которые и без того держали в плотных тисках со вчерашнего вечера, усилились еще больше.

На выходе из покоев Полину поджидали двое гвардейцев. Наверное, всю ночь тут дежурили — сторожат.

— Госпожа Пьелина, Его Величество просил проводить вас к нему.

Полина последовала за офицерами. А что ей оставалось? Она даже не удивилась, что ведут ее не в кабинет короля, а к выходу из дворца. Ну, в самом деле, если бы Рональд собирался беседовать с ней в помещении, зачем бы настаивал на этом почти зимнем наряде?

Спускаясь по ступеням в один из внутренних двориков королевского дворца, Полина заметила невдалеке Рональда, который держал под уздцы двух скакунов. Черт! Ну, что же он все-таки задумал? Чем дальше, тем страшнее. Сердце замирало в груди от дикого уже неконтролируемого волнения.

Гвардейцы подвели к королю и испарились. Эх, Полька, помирать, так с музыкой. Чего ты тупишься, изучая носки своих сапожек? Она подняла на Рональда глаза. Наверно, сильно резко вздернула голову. Та, бедная, аж закружилась.

Он смотрел на Полину, как всегда — невозмутимо. И от его невозмутимости у нее привычно мурашки побежали по телу. А еще сегодня он почему-то был дьявольски красив. Мужественный, благородный, уверенный. Ох, что же задумал этот дьявол? Какую страшную казнь?

— Вы умеете ездить верхом?

Полина не знала. Подозревала, что умеет. Ведь должна же быть какая-то память тела. Пьелина-то наверняка вполне хорошо держалась в седле. Здесь принято учить верховой езде девочек-аристократок.

— Если нет, поедем на моей лошади вдвоем.

Ой, нет, Ваше Величество, уж лучше Полина сама.

— Умею, — произнесла она, как можно уверенней. — А куда мы едем?

— Не скажу.

Полина не поняла, чего в его голосе было больше: то ли насмешки, то ли угрозы. И это ее слегка возмутило. Она, конечно, заслужила наказание, но имеет же хотя бы право на то, чтобы знать какое.

— Почему не скажете?

— А почему я должен отвечать на ваши вопросы? — опять эта странная интонация в голосе — Вы же не считаете нужным правдиво отвечать на мои.

Он приблизился к ней вплотную. Пришлось запрокинуть голову еще выше, чтобы не терять контакт с его глазами. Полине, конечно, грозила страшная кара, но когда она смотрела в эти серые невозмутимые внимательные глаза, ей начинало казаться, что этот мужчина никогда не причинит ей вреда. Страх утихал… правда, другое, не менее опасное чувство, набирало обороты.

Он обхватил за талию и легко, словно пушинку, подсадил в седло. Полина ощутила себя верхом на скакуне достаточно уютно. Видимо, права оказалась насчет памяти тела.

Рональд тут же вскочил на другую лошадь и направил ее к воротам. Полина последовала за ним. Руки и ноги знали, что делать — скакун послушно выполнял команды. Рональд выбрал неспешный ритм, и у Полины с легкостью получилось подстроиться. Вот так плавно и спокойно они и спустились с холма, на котором возвышался королевский дворец.

Оказывается, конные прогулки имеют терапевтический эффект. Полина ощутила, как постепенно отступает волнение. Сердце все равно, конечно, отстукивало неровный ритм и щеки пылали румянцем, но на душе стало спокойнее. Казалось, ничего плохого таким замечательным утром произойти не может. С покрытого рваными сиреневыми рассветными облаками неба слетали редкие удивительно симметричные снежинки. Опускались на землю плавно и безмятежно. Ветра практически не было, чтобы гнать их и сбивать в стайки.

Рональд молчал. Но Полина видела боковым зрением, что он постоянно наблюдает за ней. И щеки под его взглядом разгорались еще сильнее.

Прогулка длилась уже достаточно долго, а Полина все никак не могла догадаться, куда же они направляются. Даже когда их небольшая процессия въехала в лес — старый дремучий таинственный ельник, она все равно не понимала цели их путешествия. И только когда заметила на пригорке небольшой аккуратный сруб — память подсказала, где они. Эту постройку она уже однажды видела. Охотничий домик Его Величества. Тот самый… Полина обомлела.

Рональд наблюдал за ее реакцией с наглым удовольствием.

— Ну вот, мы и приехали, — произнес он, явно наслаждаясь смущением, которое покрыло румянцем уже не только щеки Полины, а все лицо.

Воспоминания нахлынули сплошной волной. Его руки, губы, поцелуи, Его смелые дерзкие ласки. Зашкаливающие острые чувства, заставляющие тихо стонать…

Что Рональд задумал? Какую изощренную пытку? Снова дико закружилась голова. Но с лошади Полине не дали упасть. Рональд аккуратно снял из седла и поставил на землю, задержав в объятиях чуть дольше, чем того требовали обстоятельства. Буквально на мгновение, но и этого хватило, чтобы испугаться. Испугаться своих чувств, его намерений, испугаться того, что может произойти…

— Тебе нечего бояться, — произнес он мягко, подталкивая к двери. — Я не причиню вреда… Но и не выпущу отсюда, — добавил с угрозой, от которой волнением стянуло живот, — пока все не расскажешь.

В домике было тепло и чудесно пахло деревом. Полина скинула верхнюю накидку, боясь, что если не сделает этого сама, то раздевать ее начнет Рональд. А он ведь может одной накидкой не обойтись. Сердце разгоняло по жилам кровь с сумасшедшей скоростью. А голова уже практически ничего не соображала. Рональд наблюдал за ее нервными движениями с пристальным дразнящим вниманием. Кажется, это доставляло ему удовольствие.

— Идем, — повел он Полину вглубь домика.

В одной из комнат жарко пылал камин. Эта та самая комната. Полина сразу узнала ее. Напротив камина — низкая широкая софа, застеленная толстым пледом с длинным ворсом. Воспоминания обострились до предела. Господи, Поля помнила даже, каким этот ворс был на ощупь. Если в планах Рональда было пытать Полину, то он выбрал верный метод. Она вся горела от сложных противоречивых чувств.

Он усадил ее на эту злосчастную софу. И сам сел рядом. Очень-очень близко. Он не касался ее, но она ощущала тепло его тела.

— Рассказывай, — приказал мягко.

— Что?

— С начала.

Это страшно — будто зимой прыгнуть в полынью с ледяной водой. Сразу все тело обожжет холодом, выбьет из легких весь воздух, лишит возможности нормально дышать. Но Полина решилась:

— Да, Ваше Величество. Это была я… здесь… тогда… когда все произошло… — слова давались с трудом.

— Нет, — покачал головой Рональд. — С самого начала. Расскажи про него. Того, кто тебя предал. Это из-за него ты не доверяешь мужчинам? — его рука накрыла руку Полины. — Я не предам…

Глава 81. Откровения

— Никита. Его звали Никита… — Полина прикрыла глаза.

Господи! Как давно это было. Кажется, прошла вечность. Странно, но Рональд прав. До сих пор больно. Горькие воспоминания запрятаны глубоко, засунуты в самый дальний угол сознания, но не перестали отравлять жизнь. Полина разучилась доверять мужчинам. Ее правилом стало — бороться самой, рассчитывать только на себя… И она боролась. Судьба щедро отсыпала испытаний…

Поленья в камине потрескивали под напором пламени. Это был единственный звук, который нарушал тишину. Рональд молчал. Терпеливо ждал. И Полина продолжила. Нерешительно. Сбивчиво. Будто шла по тонкому льду.

— Я была бесплодна. Долго лечилась. Мне казалось, вместе мы справимся. Все преодолеем. Я заставляла себя быть сильной, не отчаиваться. Ради него. Я не хотела терять веры и не хотела, чтобы он потерял… Но он, оказывается, и не терял,

— горько усмехнулась Полина. — Он нашел способ решить проблему… с другой женщиной.

Господи, зачем она все это рассказывает Рональду? Но Полю было уже не остановить. Она так долго была одна. Никому не могла открыться. Ей нужен человек, который выслушает. Пропади пропадом опостылевшая самостоятельность! Это вечное противостояние один на один с целым миром. Возможно, потом она пожалеет о своей откровенности. Плевать!