Ольга Обская – Возмутительно желанна, или соблазн Его Величества (страница 54)

Полина заставила себя перестать глупо трепетать и с ледяным спокойствием взглянуть на Рональда. Серые внимательные глаза. Как же она соскучилась по ним… Нет, не поддаваться глупым мыслям!

— Ваше Величество, — присела Поля в легком реверансе, — прибыла по вашему приказанию.

— Это был не приказ — приглашение, — ответил он невозмутимо.

Хорошенькое приглашение. Будто Полина могла отказаться. Послал за ней пять гвардейцев-церберов.

— Прошу, госпожа Пьелина, садитесь, — он легонько коснулся ее локтя и подтолкнул к стулу. — У нас с вами будет долгий разговор.

Холодок прошел по спине. Слова были произнесены совершенно спокойно, но почему-то Полина услышала в них особую изощренную угрозу. Она опустилась на краешек стула. А Рональд, обогнув стол, сел напротив.

— Знаете, что это за бумаги? — кивнул он на раскрытую папку.

Откуда бы Полине знать?

— Это досье на вас. Его собрал один из лучших моих ищеек, — глаза Рональда пристально изучали реакцию Полины.

Досье. Значит, она правильно догадалась, что ее в чем-то собираются обвинить.

— Хотел уточнить несколько моментов из вашего прошлого, — спокойно пояснил Рональд. Доводя своим жутким спокойствием до дрожи.

— Но сначала вы должны пройти проверку на Сфере Гольца, — он звякнул колокольчиком, и в кабинет тут же, будто дежурил под дверью, вошел Фермиль с округлым предметом, прикрытым тканью. Полина догадалась, что скрывается под платком — уже хорошо знакомый ей артефакт, который она однажды раскрошила в пыль одним прикосновением.

Фермиль поставил Сферу на стол Его Величества и с поклоном удалился, плотно закрыв за собой дверь. Вот теперь Поля окончательно ощутила себя мышкой, попавшей в мышеловку. Эххх, Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу.

— Вы побледнели, — пронзительные глаза уставились испытующе. — Совершенно зря. Проверка на Сфере Гольца — стандартная процедура. Совершенно безболезненная.

Да будь проклята эта их дурацкая Сфера Гольца! Из-за нее у Полины одни проблемы. Она чувствовала, что в этот раз ей не выпутаться. Все, Поля, ты спалилась…

Будь Полина сама по себе, голова бы уже наверно совсем перестала работать от панических мыслей. Но Полина была не одна. Там, в гостевом зале, ее дожидается Одуванчик. Нежный преданный друг, сестра, за которую Поля несет ответственность. И пусть с самой Полиной делают, что хотят, но сначала она позаботится о Глори.

— Ваше Величество, я уже поняла, что наша беседа обещает быть долгой, — Поля сама удивилась, как уверенно и ровно звучит ее голос. — Для меня большая честь быть удостоенной вашим столь пристальным вниманием. Однако вынуждена настаивать временно прервать наш разговор.

Рональд, конечно, филигранно умел прятать эмоции, но по оживлению в его глазах, Поля поняла, что он удивлен ее дерзостью. Надо было действовать быстро, пока удивление не переросло в гнев, и он не распорядился насчет гильотины для особо наглой особы.

— Судьбе было угодно, чтобы я взяла на себя ответственность за сироту — Глариетту из рода Дюрей-ла-Пласи, — продолжила Полина все с тем же холодным напором. — Она тяжело болела последнее время и до сих пор очень слаба. Сейчас девочка находится здесь, во дворце. Она утомлена после долгой дороги и нуждается в отдыхе. Я прошу вас перенести нашу беседу, чтобы я могла позаботиться о ночлеге для малышки…

— Вам не о чем беспокоиться, — перебил Рональд. — Я отдам распоряжение, чтобы ей отвели комнату во дворце.

Он снова звякнул в колокольчик.

— Фермиль, — обратился король к материализовавшемуся на пороге секретарю. — Позаботься, чтобы нашей юной гостье госпоже Глариетте выделили комнату и личную служанку.

— Будет исполнено, — поклонился Фермиль и испарился.

Рональд встал из-за стола и сам тщательно прикрыл за секретарем дверь. Почему Полине кажется, что на этот раз Фермиль покинул не только кабинет, но и приемную, и в ближайшее время возвращаться не собирается?

Бум… бум… бум… сердце пробивало грудную клетку. Рональд приближался к Полине, не сводя с нее пронизывающего взгляда. Почему ей кажется, что он замышляет что-то изощренное?

— Что ж, приступим, — коротким движением Его Величество сдернул ткань со Сферы Гольца.

Глава 77. Злосчастный артефакт

Полина глянула на злосчастный артефакт и поначалу даже не поняла, что с ним. Он выглядел тусклым, безжизненным, как перегоревшая лампочка. Сфера Гольца, вообще-то, должна переливаться перламутром, от нее должна исходить почти физически ощутимая энергия, а тут какой-то «дохлый» шар.

Рональд тоже внимательно глядел на артефакт, но по выражению его непробиваемого лица Полина не смогла понять, удивлен ли он тому, как ведет себя Сфера. Поля-то уже догадалась в чем дело. Она вспомнила, что этот местный детектор лжи — одноразовый.

Рональд перевел испытующий взгляд со Сферы на Полину, заставив почувствовать себя неуютно. Это, вообще, выбивает из равновесия, когда ты сидишь на стуле, а эта гора стоит рядом. Поля чувствовала бы себя уверенней, будь она тоже в вертикальном положении. Но без позволения короля подняться не решилась.

— Когда артефакт готов к работе, он переливается перламутром, — посчитал нужным объяснить Рональд. — А он каждый раз готов к работе, когда рядом оказывается человек, который еще не проходил проверку. Но в этот раз Сфера не подает сигнала готовности. Что это означает?

Полина чувствовала себя загнанной в угол. Но сдаваться без боя не собиралась. Серые глаза требовали немедленного чистосердечного признания во всех совершенных и несовершенных грехах. Там, на дне омутов, плескалось что-то до жути пугающее. Полина не могла разобрать что. Какие желания сжигают Его Величество изнутри? Но она стойкий партизан. Никакая психологическая атака взглядом не заставит ее сменить выбранную тактику глухой обороны.

— Что это означает? — переспросила Поля самым невозмутимым образом и возвела на Рональда непонимающие чистые очи: мол, артефакт ваш — вам виднее.

— Это означает, что вы уже проходили проверку на Сфере Гольца, не так ли?

И что ответить?

— Может и проходила. Всего не упомнишь.

— Нет. Не проходили, — отчеканил Рональд. — В архиве Фермиля хранятся записи о всех господах, кого когда-либо испытывали Сферой Гольца. И имени Пьелина там нет.

— Значит, все-таки не проходила, — послушно согласилась Полина.

Ох, играешь с огнем, Полинка. Рональд — не тот мужчина, кто потерпит подобные игры. Она ощущала, как от гнева вскипает кровь в его жилах. Где-то в глубине души она даже немного сочувствовала ему. Представить сложно, какая путаница творится в его голове. Откуда ему знать, что Полина действительно уже проходила проверку, только была тогда в образе Элайзы. Вот Сфера теперь и не срабатывает.

— Встаньте, — скомандовал Рональд. Взял за руку и потянул на себя.

Движение было требовательным, но не резким. Он будто давал шанс к отступлению. Но Полина была только рада подняться

— умирать лучше стоя. Правда, она не ожидала, насколько близко они окажутся друг к другу. Ее обволокло знакомым запахом терпкой мужской свежести и еще чем-то едва уловимым, пугающим и манящим одновременно. Как же тут, рядом с ним, горячо… и опасно… Кажется, у Полины тоже начинает закипать кровь в жилах. Она тоже заводится, злится, сама не зная почему.

— Вы немедленно расскажете мне кто вы, — Рональд сократил расстояние до нескольких мучительных миллиметров. — Всю правду от начала до конца. Я больше не потерплю ни слова лжи.

Лгать ему вот так глаза в глаза, когда их рваное напряженное дыхание смешивается, когда пространство вокруг раскалено так — что вот-вот взорвется сверхновой? Сможет ли Полина? Ох, похоже, пора сдаваться? Нет, Поля не имеет на это право. Свою жизнь она может пустить под откос. Но как же Глори?

— Вы хотите знать о моих прегрешениях?! — заговорила Полина горячо и отчаянно. — Прежде чем я начну вам отвечать, хочу, чтобы вы дали обещание, — она понимала, что это высшая степень дерзости — требовать что-то от короля. Но Поля была в лютой власти адреналина. Страх отключился полностью. — Вы должны пообещать, что лично позаботитесь о Глариетте, если я в силу каких-либо обстоятельств не смогу этого сделать, — Полина подразумевала свой арест и отправку в каталажку, которые явственно нависли над ней. — Этот чистой души ребенок успел столько настрадаться за свою короткую жизнь. Поклянитесь, что возьмите ее под свою опеку!

Рональд, похоже, совершенно не ожидал такого напора. Полина чувствовала его недоумение.

— У девочки есть сестра и опекун, — напомнил он.

— Тайлер?! Это страшный человек. Его на пушечный выстрел нельзя подпускать к Глори. Разве не долг главы королевства оберегать и защищать беззащитных?! Обещайте, что не оставите малышку!

— Почему вас так волнует судьба девочки, которую практически не знаете?

Полина не собиралась отвечать на этот вопрос.

— Обещаете?! — продолжила свое наступление.

Она понимала, что перешла все границы. Что это было дикое отчаяние — грудью на амбразуру. И Рональд ей голову открутит. Его руки уже легли ей на плечи, а там и до шеи недалеко.

— Обещаю, — произнес он опасно медленно и замолчал.

Сделалось так тихо, что бьющий в висок пульс оглушал, словно работающий отбойный молоток. И только теперь, в этой зловещей тишине, снова проснулся страх. Чего Полина боялась? Этого мужчину, в полной власти которого была? А он все молчал, будто раздумывал, что с ней делать дальше — изобретал изощренные наказания для дерзкой лгуньи, посмевшей с ним играть. Его горячие ладони жгли кожу даже через слои одежды. Жар растекался по всему телу. Между ними шла безмолвная борьба. Какая это сладкая пытка — душить свой страх и с вызовом смотреть в его серые полные гнева глаза.