Ольга Обская – Возмутительно желанна, или соблазн Его Величества (страница 24)

— Сегодня утром мне в руки попал любопытный манускрипт с тайнописью. Мои толкователи не смогли его расшифровать. Но у меня есть основания полагать, что вы сможете прочитать надпись.

Король протянул Полине небольшой листок, и у нее похолодело внутри. Она узнала, что это, но не верила глазам. Из груди выбило весь воздух. Хотелось сделать вдох, но не получалось. Как это могло оказаться здесь???

Глава 38. Балансировать на краю пропасти

Чего Полине стоило унять дрожь, прежде чем взять в руки протянутый королем «манускрипт». Чего стоило смотреть на листок спокойно, будто в первый раз видит На самом деле волнение было таким, что темнело в глазах. Она сразу узнала эту тонкую сероватую бумагу, узнала размашистый почерк врача — это был рецепт на экспериментальный препарат который Полине прописали накануне ее попадания в этот мир. Тот самый препарат от бесплодия, на который она возлагала большие надежды.

Название лекарства, как и положено в медицинских рецептах, было написано на латыни. Если приплюсовать сюда неразборчивость почерка, которым страдают все врачи, то даже для среднестатистического жителя земного мира написанное выглядело как тарабарщина. Не удивительно, что в этом мире рецепт приняли за манускрипт с тайнописью.

Но откуда он здесь? Как попал к королю? Почему тот думает, что Полина может прочитать написанное? Сердце тревожно стучало в груди.

— Сегодня утром был взят под стражу известный в столице ювелир — Изиаль, — король пристально смотрел на Полину, изучая ее реакцию на свои слова. — Он обвиняется в проведении запрещенных ритуалов и использовании запретной магии. Этот манускрипт найден у него в архиве. Я думаю, вам под силу будет расшифровать его, ведь вы работали на Изиаля, не так ли?

Рецепт был у Изиаля??? Мысли замельтешили в голове мятежно, лихорадочно. Возможно, это он причастен к тому, что Полина оказалась здесь? Негодяй! Как же ей хотелось бы взглянуть на него и задать ему пару вопросов. Но сейчас не об этом надо думать. Сейчас над Полиной дамокловым мечом нависла другая проблема. Ее, по сути, только что обвинили в пособничестве подпольному магу. А значит, ей, как и ему, грозит немедленный арест.

Что собой представляют местные тюрьмы и методы воздействия на заключенных, страшно было даже представить. В голове всплыли леденящие душу картины средневековых казематов и замученных пытками узников. Но ведь Полина ни в чем не виновата. Почему она должна расплачиваться за чужие грехи? А Глори? Что будет с Одуванчиком, если Полину арестуют?

— Ваше Величество, я не работала на Изиаля, — произнесла она твердо и подняла на короля глаза.

Сейчас самое главное выдержать этот тяжелый взгляд. Он проникает в самую душу, больно терзает, испытывает, подавляет. Нет, Полина не отвернется. Она смотрела в его опасные омуты, не поддавалась скрытой в них угрозе, противостояла, боролось.

Сколько прошло времени? Они как будто остались одни в целом мире. Полину жгла изнутри странная интимность этого момента, скрытая чувственность их безмолвной борьбы. Наконец, король нарушил молчание.

— Вы утверждаете, что не работали на Изиаля и не знаете этой тайнописи?

— Да.

— Повторите это, положив руку на Сферу Гольца.

Полина коснулась ладонью гладкой поверхности кристалла. Первая часть фразы далась ей легко:

— Я не работала на Изиаля.

Сфера осталась холодной и не поменяла оттенок. Все правильно. В словах Полины не было лжи. Она не работала на Изиаля. Это делала Элайза. Но как произнести вторую часть фразы? Хоть Поля и не владела латынью, но ей ведь известно, что написано в рецепте. Давай, Полина, думай! Лингвист ты или не лингвист? Нужно перестроить фразу.

— Я не знаю языка, на котором сделана надпись на манускрипте.

Вот так. Годится! Молодец! В таком варианте не было неправды. И Сфера подтвердила Полинины слова, оставшись холодной.

Король, похоже, был сильно удивлен. Видимо, беспрекословно доверял своим ищейкам, которые разнюхали, что Элайза работала на Изиаля. Он выглядел задумчивым. Наверно, у него сейчас мозги взрываются от внутренних противоречий. Записал Полину в злостные преступницы, а тут, оказывается, она невиновна. Ничего, мучил Полину, теперь пусть сам помучается.

Поля сняла руку с кристалла. Уже и не верилось, что испытание закончено. По спине тек холодный пот. Может быть, король продолжил бы допрос, но удивительно — со Сферой начало что-то происходить. Она на глазах потускнела. Перламутровые переливы сошли на нет. Кристалл стал похож на неотшлифованный камень цвета асфальта.

Король будто бы и не удивился таким переменам. Позвал секретаря и велел забрать артефакт. У Полины не было ни единой мысли, что произошло со Сферой. Только странная ассоциация с перегоревшей лампочкой, которая не выдержала скачка напряжения в сети. Может, кристалл не рассчитан на большое количество вопросов? Может, одному человеку их можно задать, скажем, только три, а Полю сколько мучили?

Когда секретарь ушел, Рональд задал еще один вопрос:

— Если вы не работали на Изиаля, почему вы так заволновались, когда увидели манускрипт?

Без злосчастной Сферы отвечать было гораздо легче. Тут сойдет любая полуправда:

— Я всегда волнуюсь в вашем присутствии, Ваше Величество, — чуть потупилась Полина.

— Не заметно, — в серых глазах проскочило что-то едва уловимое, но настолько живое… неужели ирония? Неужели что-то может вызвать внутреннюю усмешку у грозного невозмутимого короля? — Вашему хладнокровию позавидовала бы королева.

Полина не знала, насколько серьезно были сказаны эти слова, но они ей неожиданно польстили. Оказывается, это дьявольски приятно услышать комплимент от такого мужчины, и даже неважно, комплимент ли это был. Но нельзя расслабляться.

— Я всегда волнуюсь, но, вы правы, сегодня особенно.

— Почему?

— Я хотела обратиться к вам с просьбой, но боюсь, не разгневаетесь ли вы, посчитав мое обращение неучтивым.

Король, конечно, мастерски умел прятать свои эмоции, но Полина готова была голову на отсечение отдать, что своей витиеватой фразой зародила в Рональде любопытство.

— Обещаю не гневаться. Рассказывайте.

— У меня с собой текст брачного договора, который я должна в ближайшее время подписать. Обычно такой документ составляют юристы жениха и юристы отца невесты. Будь жив мой отец, он бы поручил своим людям проверить договор на предмет юридических ошибок. Но так как я сирота, мне не к кому обратиться за подобной помощью.

Полина не смогла расшифровать эмоции, которые вызвала у короля ее короткая речь. Но он согласился помочь.

— Хорошо. Оставьте документ. Я попрошу своих юристов проверить, правильно ли составлен договор.

Полина выходила из кабинета короля выжатая как лимон — весь разговор с монархом она балансировала на краю пропасти. Ощущение — будто многокилометровый марафон пробежала. Но главное, она выдержала дистанцию. Не сошла, не сдалась. Теперь можно передохнуть — она смогла добиться небольшой отсрочки. Выцыганила время, чтобы продумать план дальнейших действий.

Секретарь проводил Полину через свой кабинет в коридор. А там уже аудиенции короля дожидалась другая посетительница. Высокая стройная темноглазая красавица. Кажется, Полина видела ее вчера на балу.

— Госпожа Алитайя, следуйте за мной, — вежливо обратился к ней Фермиль. — Его Величество готов вас принять.

Она скользнула по Полине холодным взглядом — будто наждачкой прошлась, и направилась за секретарем.

Глава 39. Начинается гроза

Тайлер нервно расхаживал по своему кабинету взад-вперед. События последнего дня его не просто раздражали — выводили из себя. Все складывалось не в его пользу. Изиаль взят под стражу. Он, конечно, не из тех, кто будет выдавать тайны своих клиентов, но, тем не менее, существовала вероятность, что опасная информация выплывет наружу. Нужно было спешить — поскорее закончить дела с девчонкой. Но она вдруг проявила непонятную блажь и спесь. Тянет с подписанием договора, торгуется.

— Не нервничай ты так, — не спешно цедя из бокала янтарный напиток, произнес Курье.

Юрист и лучший друг был в курсе всех дел, но, в отличие от Тайлера, выглядел абсолютно спокойным. Вальяжно раскинувшись в кресле, он взирал на сгущавшиеся за окном тучи с какой-то философской ухмылкой.

— Договор составлен филигранно. Королевским юристам не к чему будет придраться. Ты сомневаешься в моей компетенции?

— Не сомневаюсь, — Это было правдой. Своему юристу Тайлер доверял безоговорочно. — Но время играет против меня. Сколько продлится вся эта волокита? Я вообще не понимаю, какая шлея попала под хвост девчонке. С чего ей вдумалось торговаться и тянуть?

— А я тебе скажу с чего, — Курье взболтнул напиток в бокале и втянул в себя остатки. — Ты не знаешь женщин. С ним так нельзя. Слишком уж ты цацкаешься с Элайзой. Новый гардероб, педагоги… любой каприз. Сестру ее зачем-то сюда притащил, — Курье поставил пустой бокал на стол: — Будь добр плесни еще. И себе, — добавил с усмешкой, — хватит метаться маятником.

— Что же ты предлагаешь? Посадить ее на хлеб и воду? — Тайлер послушал друга — наполнил бокалы и сел в соседнее кресло.

— Тоже хороший способ сделать женщину покладистой, но не такой быстрый, какой могу предложить я. Тебе нужно, чтобы она как можно скорее подписала брачный договор? Проведи с ней ночь — и девчонка сама начнет умолять тебя не затягивать брачный процесс.