Ольга Обская – Как я стала королевой, или Ты об этом пожалеешь, мой король! (СИ) (страница 5)

— Наконец-то, — навстречу Алисе вышли нескольких людей в музейной одежде, и она сразу догадалась, что это начался театрализованный эпизод квеста, о котором предупреждал Марк.

Вернее, это она тогда так подумала, а сейчас пришло осознание, что жгучий красавчик-брюнет, которого она приняла за главного актёра постановки, был не актёром. Это тот самый король, которого впоследствии Алиса положила на лопатки.

Воспоминания снова понеслись ускоренно. Люди в музейных костюмах разыграли целое представление. Она поняла, что её собираются посвятить в королевы. Алиса улыбалась и подыгрывала им, потому что считала это частью квеста. В зал внесли ажурную арку, увитую цветами. Красавец-брюнет подвёл к ней Алису.

— Перед тем, как мы встанем под своды арки, ты должна произнести клятву.

"Нет, Алиса, нет!!! Ничего не произноси!" — сейчасная Алиса попыталась остановить Алису из воспоминаний. Но на воспоминания, понятное дело, повлиять нельзя. Алиса из воспоминаний беспечно повторяла за южным красавцем слова клятвы, считая всё происходящее частью игры.

— С этой минуты и до конца своих дней клянусь хранить верность великому Парлеанскому королевству и его королю.

Глава 6. Два-ноль

Алиса ещё не успела в полной мере насладиться абсурдностью своих воспоминаний, как к ней в комнату пожаловал гость. Всё тот же обладатель южных горячих кровей, всё так же без стука.

И пока бесцеремонный гость приближался к креслу, с прищуром сканируя новый наряд Алисы, сварганенный из покрывала, у неё в голове успел прокрутиться следующий фрагмент воспоминаний. Красавец-итальянец, оказывается, тоже давал ей клятву верности, а потом завёл под своды арки. Вся эта процедура очень сильно напоминала какой-то средневековый брачный обряд.

Их что, поженили??!!!

Вот это Алиса влипла! Захотелось выругаться. Какое-то полное хансоку-макэ, как говорил тренер (этот термин обозначает худшее, что бывает в дзюдо — десять штрафных очков и дисквалификацию), говоря по-русски полный швах и кирдык. Или кирдык тоже не по-русски?

Алиса, разумеется, не воспринимала всё произошедшее всерьёз, чего не скажешь об итальянском величестве. В его жгучем взгляде ей с самого начала мерещились собственнические нотки, будто он имеет на неё какие -то права.

— Вижу, что ты приняла эликсир, — кивнул он на пустой флакон в её руках, — а значит, всё вспомнила.

Ещё не всё. Кое-кто пришёл и прервал воспоминания.

— Пока я не буду спрашивать, кто ты и почему оказалась на месте Мелиссы. У нас мало времени, — он сел в кресло напротив Алисы. — Под балконом уже собрался народ, который ждёт приветственной речи новоявленной королевы. Три дня мы переносили это событие, но дальше тянуть нельзя.

А ничего, что у Алисы масса вопросов? Начиная с самого простого:

— Где всё-таки я?

— Вопросы потом, — величество глянул грозно. — Нас ждёт долгий разговор, но повремени с ним до вечера.

В этот раз он, вообще, выглядел зловеще, оправдывая свою тиранскую сущность. Но у Алисы не получалось хоть капельку его боятся, потому что он продолжал быть до жути привлекательным даже в образе кровожадного деспота.

— Ты дала клятву верой и правдой служить Парлеанскому королевству. Пришло время выполнить долг — зачитать перед верноподданными речь.

Ещё час назад Алиса находилась во власти какого -то дурмана и воспринимала происходящее как красочный исторический фильм, но теперь голова почти прояснилась и Алиса не могла не замечать, что попала в абсолютно сюрреалистичную ситуацию. Король, королевство, дворец. Откуда они взялись? Разыгравшаяся фантазия подсказала странную гипотезу: что если Алиса попала в прошлое? То зеркало в подвале музея могло оказаться порталом: с одной стороны зеркала — современность и прогресс, с другой — средневековье, а может, и того хуже — параллельная реальность.

Наверное, нормальный человек не стал бы всерьёз рассматривать абсурдную идею с попаданием в прошлое, но Алисе ничего другого не оставалось. Других идей просто не было. Она решила, что на первое время, пока не придумается что -то более правдоподобное, будет считать эту версию рабочей. У её имени, наверное, карма такая. Из её друзей только ленивый не пошутил об «Алисе в стране чудес» и «Алисе в зазеркалье». Ну вот и допрыгалась. Вот оно — твоё королевство чудес.

В дверь постучали, что стало полной неожиданностью. Неужели хоть кто -то тут всё же знает о правилах приличия?

— Речь готова, мой король, — в комнату вошёл Жанкарло с глазами, как всегда полными лукавства.

А он, выходит, не просто лекарь, а ещё и правая рука короля — речи пишет.

Передав величеству лист, пресс-секретарь и доктор в одном флаконе с поклоном направился к двери.

— Буду слушать выступление королевы вместе с верноподданными — под балконом, — посчитал нужным сообщить он, будто вопрос о том, что Алиса будет произносить речь, уже решён.

Как только Жанкарло исчез в дверном проёме, король тоже поднялся с кресла.

— Я пришлю камеристок, чтобы помогли тебе одеться к выступлению. Поторопись, моя королева, ты должна зачитать речь до захода солнца.

Командуют тут. У Алисы было несколько вариантов, как отреагировать на попытку манипулировать собою: от истерики до демонстрации ещё одного приёма дзюдо. Больше душа лежала, конечно, ко второму. Сколько себя помнила, Алиса никогда не истерила, она даже не знала толком, как это делается. Хотя и приёмы дзюдо лучше приберечь для более подходящего случая. Она почему-то не сомневалась, что такой случай вскорости подвернётся, а пока решила всё же сделать то, что от неё хотят — разово выполнить обязанности королевы: зачитать речь. Это будет тактически верным решением в поединке, который ей навязали. Дзюдоисты знают, что выбор правильной тактики — половина успеха.

Судя по тому, что весь текст речи уместился на одном небольшом листе — там делов-то на пару минут. Вот только нужно воспользоваться ситуацией и выбить себе какие -нибудь преференции. Видно, что для короля очень важно, чтобы выступление королевы состоялось. Г лупо было бы не сыграть на этом.

— Ты хочешь, чтобы перед верноподданными выступила королева? — спросила Алиса бесстрастно.

— Да, — кивнул тиран, не догадываясь, куда она клонит.

— Боюсь, это невозможно. Тут нет королевы. Или ты называешь королевой ту, кто не имеет ровным счётом ничего? Даже личного пространства? В её покои входит любой, кто пожелает, без стука и предупреждения.

Его знойное величество, конечно, понял, что это камень в его огород и немножечко рассвирепел — примерно вполовину от того, как он рассвирепел, когда Алиса бросила его через плечо.

— Чего ты хочешь?

— В дверь этой комнаты должен быть врезан замок, ключ от которого будет только у меня.

Выражение лица его свирепости стало кровожадно-язвительным.

— Не понимаю, как ты могла не заметить в этой комнате королеву. Кто же тогда, по -твоему, так по-королевски ухищрённо шантажирует меня? — он посмотрел на часы. И, видимо, убедившись, что времени на торги не осталось, протянул Алисе листок с текстом.

— Если успеешь произнести речь до заката, замок будет.

Она торжествующе мысленно улыбнулась себе. Два -ноль в её пользу. В тот момент Алиса даже не представляла, как скоро и как сильно пригодится ей то, что она только что выторговала.

Глава 7. Чтобы произвести впечатление

Камеристки вплыли в комнату сплошной вереницей, поупражнялись в книксенах, и пространство вокруг Алисы забурлило. Казалось, что наряды прямо по воздуху перемещаются в шкаф. Шкаф, надо сказать, был размером с небольшую комнату. Он всё наполнялся и наполнялся бесчисленными платьями, юбками и блузами, накидками и манто, пеньюарами, шляпками, чулками, обувью.

Столько много женской одежды в одно время в одном месте Алиса даже в самом крупном бутике не видела. Аж в глазах пестрело, причём не только от нарядов, но и от камеристок. Сколько их положено королеве? Два десятка? Альба, Виттория, Элоиса, Лютиция... Стоит ли говорить, что запомнить имена было нереально.

Пока часть из девушек занимались наполнением шкафа, другие взяли в оборот саму Алису. Она оказалась окутана облаком повышенного внимания, услужливости и подобострастия. Дружный хор елейных голосов беспрестанно выражал восторги по поводу неописуемой красоты новоиспечённой королевы, её необыкновенно белой кожи и роскошных пшеничных волос.

Командовала расторопными действиями камеристок немолодая дама в бархатном фиолетовом платье с волосами в цвет платья — видимо, она у них старшая.

— Сегодня самый особенный день в вашей жизни, моя королева, — её мимические мышцы двигались настолько активно, что мушка на левой щеке так и подпрыгивала в такт словам. — Сегодня ваш первый выход перед верноподданными. Мы сделаем всё, чтобы вы выглядели безукоризненно, чтобы ваша красота ослепила всех и каждого.

Алиса не была уверена, что ей хочется ослеплять. В своё время она много экспериментировала с внешностью и пришла к выводу, что уютнее всего чувствует себя, когда выглядит естественно. Однако её уже затягивали в корсет, наряжали в парчу и бархат, оплетали кружевом, напомаживали и пудрили, опрыскивали благовониями и посыпали блёстками.

— Розабелла, займись, наконец, укладкой, — скомандовала старшая одной из девушек. — Нужно скрутить локоны в тугие букли.