Ольга Назарова – Ветер перемен (страница 14)

– Думаю, что да… – рассмеялась Ульяна. – Позвони ему. Попытка – не пытка.

Марина не любила откладывать в дальний ящик то, что можно было догнать и поймать сейчас, поэтому, закончив разговор с подругой, тут же позвонила Ивану.

Он так изумился, что чуть было не сказал, что вспоминал вот только что, но не о ней, а о её псе. Чуть успел рот закрыть.

– Иван, а можно я вас в кафе приглашу? Или в ресторан? – Марина рассматривала «рыцаря» как человека серьёзного, надёжного и очень нужного. Никакого романтического смысла в приглашение она не вкладывала.

– Эээээ, а зачем? – Иван полагал, что если уж вляпываться в какие-то проблемы, то хорошо бы точно знать в какие, а то, что ему предлагают именно проблемы на десерт, он ни разу не сомневался!

– Вопрос жизни и смерти… здравого смысла!

– О как! А чьего именно здравого смысла? – уточнил Иван, покосившись на свою собаку. У него в голове начала вырисовываться некая смутная идея. – Да, кстати, а как ваш Тёмочка поживает?

– Отлично поживает! Как раз мы с ним сейчас гуляем! – отчиталась Марина. – А здравый смысл, о котором идёт речь, принадлежит моей племяннице. Она попалась некой психологически подкованной на отлов простаков замороченной дамочке, которая стрижет с неё деньги в обмен на навык обвинять всех поголовно.

– В чём обвинять? – не понял Иван, которому характеристика племянницы сходу не понравилась.

– Во всём! Как правило, в психологическом насилии, в давлении, в абьюзе всех сортов, в висхолдинге, гостинге, блайкинге, газлайтинге. Могу ещё припомнить, это так, навскидку.

– Не-не, не надо! Мне вполне достаточно! И, если честно, то вышеперечисленного мне вполне достаточно, чтобы понять – здравый смысл вашей племянницы спасать уже поздно.

– Ну, вот! Только я порадовалась, что нашла рыцаря, а вы меня взяли и разочаровали! – вздохнула Марина, подозревающая, что это собеседник ещё корректно выразился.

– Я не рыцарь! Более того, у меня самого имеется соседский дракон, который уже почти докопался до меня и моей собаки, а мне пока остаётся только прятаться и увиливать… Хотя… Если бы она увидела Тёмочку, то некоторая часть моих проблем исчезла бы! – Иван прямо-таки представил эту картину и невольно расплылся в улыбке.

– Идея! Меняю мой визит с Тёмочкой к вашему дракону, на ваш визит в любой ресторан по выбору для оценки жизнеспособности здравого смысла моей племянницы.

– Ээээ, прямо и не знаю. Ну, только разве что с условием! В ресторан я вас приглашаю сам, а если вы берёте свою племянницу – это уже ваше дело, может, вам компаньонка нужна… А вот Тёмочку хотелось бы увидеть как можно скорее, иначе, у нас с собакой могут быть проблемы.

Отсутствием любопытства Марина никогда не страдала, так что загрузила в машину Тёму с Фуфиком и отправилась на смотр возможных Ивановских проблем.

Олимпиада Мироновна восседала на лавочке на окраине детской площадки и дышала воздухом, бдительно сканируя окрестности.

– О! Ванька приехал! Ой, кажется не один! А с кем? Парень, девушка? А! Двое. Только тот, который на заднем сидении сидит, какой-то странный. Нос такой… Кто такие фонари слабые повесил? Ничего толком не видать! Ну, я завтра доберусь до ЖЭКа!

– Дракон на месте! – Иван кивнул в сторону детской площадки и опасливо покосился на Тёмочку.

Впрочем, пёс и не думал на него рычать, кидаться или лопать. Тёма был занят общением с Танютой. Фуфик, который резонно полагал, что эта неописуемая красавица больше заинтересуется им, а не собакопереростком, тоже изо всех сил пытался привлечь её внимание, так что на Ивана у честной компании времени попросту не было.

– Вы частично реабилитированы, как хозяин собакодевочки, пусть и изящного размера! – грамотно сформулировала Марина. – Ндаааа, пожалуй, за общение с таким драконом вы мне две встречи должны! Тётя-то как из кошмарных снов интроверта!

– Ещё и торгуетесь… – укоризненно протянул Иван, – О! Заметила машину и пошла кустами… С ума сойти, а не женщина. Танюта, место! Враг на подходе!

Сокровище Ивановой жизни крайне укоризненно смерило его взором, и очень неохотно отправилось в укрытие, зато Тёмочка невольно закрутил головой, ища «враганаподходе». Кусты сбоку зашуршали, Олимпиада Мироновна выступила из них, как Афродита из пены морской, изо всех сил делая вид, что это она так ПРОГУЛИВАЕТСЯ.

– Ой, Ванечка, а что ты тут сидишь, домой не идёшь? – широкая улыбка приклеилась к физиономии намертво и не смогла вовремя покинуть достойную Олимпиаду Мироновну, когда из открытого окна машины на неё глянуло что-то огромное, сверкнувшее глазами и сказало что-то вроде: «ГАВРРРР»!

Глава 10. Олимпиада на благо общества

Куда там монахам – воинам Шаолиня до кульбита, который осуществила Олимпиада Мироновна! Её словно звуковой волной снесло от машины Ивана!

Застряв в кустах на противоположной стороне двора, она издавала какие-то странные звуки, невольно наводящие на мысль о курятнике.

– Хорошо пошла, однако! – деловито одобрила Марина. – Что вы замерли, как суслик? Всё нормально. Тётушка жива-здорова, просто от Тёмочкиного «здрасте» так прыгнула…

– Нифффига ж себе прыгнула! Ещё пару таких прыжков, и она летать у нас научится! – потрясенно ответил Иван.

– А вам нужна летучая тётушка? Тогда мы идём к вам! – радостно потёрла ладони Марина. – А вообще у меня идея. Давайте сюда вашу красавицу!

– Зачем? – насторожился Иван.

– Как зачем? Тётку дрессировать будем! – Марина поманила к себе Танюту и очень серьёзно ей сказала: – Иди ко мне, моя хорошая! Нам твоего хозяина обезопасить от всяких разных надо!

Иван не верил своим глазам – его капризная и своевольная Танюта, покрутив носом для порядка, оглянулась на него и решительно шагнула к протянутой руке.

Марина вышла из машины с Танютой под мышкой, в сопровождении Фуфика и Тёмочки и направилась к притихшей в кустах Олимпиаде.

Иван торопливо последовал за ней, с ужасом думая о том, что вредная тётка сейчас опознает его драгоценную собаку!

– Ванечка, ты нас не представишь, это же твоя знакомая? – приглушённым голосом, который было слышно даже в отдалённых уголках двора, уточнила Марина.

– Это Олимпиада Мироновна! – обречённо пробубнил Иван, сознавая, что надо было ему с этой опасной девицей не связываться…

– Ой, это же такое редкое имя! Я его от тебя уже слышала! – «осенило» Марину. – А, это же та соседка, которую ты так ценишь и уважаешь! Верно?

– Ээээ? Даааа! – Иван осознал, что иного ответа на данный вопрос и быть не может, ну, если он, конечно, жить хочет…

– Так что же ты стоишь? Скорее помоги! Ты же видишь, что Олимпиада Мироновна в кустиках запуталась! Вы не ушиблись? Что взять с этих мужчин! – Марина сияла улыбкой, стоя под самым ярким фонарём и жестикулируя свободной рукой. – Видишь, Танюта, как наш Ваня растерялся…

Олимпиада обладала значительной жизненной стойкостью, иначе просто не выжила бы от многочисленных последствий своего неистощимого любопытства… Вот и сейчас она приходила в себя после потрясения не в пример быстрее, чем любая другая дама её возраста и телосложения…

– Ой, а чёй-то было? – осведомилась она у мрачного Ивана.

– Собачка, – лаконично ответил он.

– Собачка? Да какая ж это собачка! – начала было возмущаться Олимпиада, но была моментально перебита и даже несколько морально притоптана:

– И ведь ваша правда, Олимпиада Мироновна! Как вы сразу увидели самую суть! Вот что значит опытная и умная женщина. И то верно – какая же это собачка? Это ж почти человек! Тёма вот сразу понял, что вы – очень достойная женщина и поздоровался почти по всем правилам!

Ну, как на такое ответить? Сказать, что собак не переносишь, а вот этого конкретного пса и вовсе в глаза бы не видела? Тогда получается, что ты не очень-то достойная… Абидна, да?

А тут ещё эта девица продолжает:

– Тёмочка, зайчик мой, поди поздоровайся как следует! Олимпиада Мироновна как раз тот человек, который это поймёт!

Олимпиада было рванула обратно в кусты, но запуталась в Иване, отдавив ему разом обе ноги. Пока он что-то сдавленно шипел, Тёма шагом, от которого содрогалась земля под туфлями Олимпиады, степенно приблизился, показавшись ей страшнее чудовищного пса Баскервилей из фильма, ииии… совершенно недвусмысленным жестом протянул ей лапу!

– Чегой-то? А? – поразилась она, озадаченно глядя на здоровенную лапищу, в запястье толще мужской руки.

– Извиняется и здоровается! – перевела Марина. – Фуфик, а ты что же застеснялся?

Под здоровенным псом произошло какое-то мельтешение и из-под этой туши выскочило что-то очень похожее на детскую игрушку-собачку. Это что-то водрузило себя на задние лапы и замахало передними в воздухе, явно приветствуя Олимпиаду. На руках Марины затявкала умная Танюта, осознавшая, что именно делает эта самая знакомая её Вани.

– Приём «умиляем и побеждаем»! – понимающе обменялись взглядами крошечная чишка и Марина.

– Ой, это он так умеет? Ну, надо же ж, как в цирке прям! Ой, а с лапой мне чего делать? Надо взять? – прорезался голос у потрясённой Олимпиады. Она, неизбалованная комплиментами и вниманием, ещё не полностью отошедшая после первого шока, пала жертвой натуральной хитрости и подхалимажа, щедро приправленных лестью.

Иван изумлённо смотрел, как вредная, невозможно любопытная и приставучая соседка сдаёт одну за другой свои непримиримые позиции под напором Марины, которая времени зря не теряла, а представила ей Танюту, как СВОЮ собаку, которую хотела бы оставить на время у Ивана, но вот не уверена, а справится ли он…