Ольга Назарова – Убежище. Книга восьмая (страница 6)

– Ага, и такой же безбашенный! Вот скажи мне, чего она у Гиря в пасти забыла, а? – хмыкнул Владимир. – Он же невинно зевал, потом, к счастью, заподозрил, что что-то не так, и пасть сразу не захлопнул, а теперь морду задрал и зевает к потолку, видимо, уже от нервов.

Гирь вскоре попросился на улицу – он, вообще, в доме не очень-то любил находиться.

«Не-не… в будке и удобнее и спокойнее! – думал пёс, спешно удаляющийся забавным шаркающим шагом за порог. – А то… хвост подними повыше, нос тоже, лапы, наоборот, не поднимай… уй, прямо блоха какая-то, а не щенок! Нет, даже хуже – не выкусишь, не вычешешь, а скачет даже быстрее!»

Ещё забавнее вышло, когда в гости пришли Крок и Дил.

Нина, решившая быть предусмотрительнее, встречала Лизу и собак, держа Улю на руках, поэтому крокодильчики и вовсе не сразу поняли, что новая собака, пытающаяся пролезть к ним в гости через подкоп под забором и оставившая клок рыжеватой шерстки, это вот та меховая штуковина, типа шапки, которую соседка держит на руках.

– Это оно? – осторожно уточнил Крок, принюхавшийся к «шапке».

– Нуууу! – более умный и опытный Дил, родившийся раньше брата аж на несколько минут, понимал, что для поддержания авторитета надо высказать что-то более определённое.

Нет, маленьких собак они с братом знали много, со многими дружили, но у всех собак вне зависимости от размера, имелись какие-никакие носы-глаза-уши-лапы… А тут что? Сплошной комок пуха с проплешинами.

Правда, этот комок зашевелился, развернулся, как колючие серые зверьки, которых люди звали «ёжиками», а Крок и Дил – «ифффжиками», и на булек глянули два ошеломлённых глаза.

– О! Глаза! – обрадовался Крок. – Точнее глааааазки!

– Да, Крок! И это оно самое! Собака такая! – наконец-то определившись и выручив свой авторитет от безнадёжного падения, уверенно заявил Дил.

Крок с уважением покосился на брата – умный он всё-таки – а потом потянулся было познакомиться с чудаковатым созданием, но оно почему-то полезло на Нину, как белка.

– Улечка, это тоже собаки. Как ты! – уговаривала её Нина, старательно снимая передние лапочки детёныша со своего уха.

– А чего они такие… нешерствяные? – переживала Уля. – И многомордные?

Крок и Дил переглянулись, осмотрев друг друга, как отражение в зеркале.

– Маленькая, а ваууууумная! – одобрил Крок.

– Наблюдательная, – сдержанно похвалил Дил.

Уже через несколько минут Уля освоилась и с нешерствянностью, и с многомордостью новых приятелей и носилась между их лапами, как в лесу.

Бульки, глубокомысленно опустив носы, следили за траекторией движения чепуховинки, периодически поднимая головы и переглядываясь.

– За ними тремя наблюдать – это же чистый и кристальный антистресс! – вздохнула Лиза. – Может, нам тоже такое завести? А то у нас Глашка всё больше поверху летает, а у булек от неё голова кружится. Она тут позавчера прыгала со шкафа на спинку дивана и обратно раз тридцать. Бульки контролировали, контролировали, контролировали, а потом прихожу – Глафира всё летает, а крокодильчики мои прислонились друг к другу, как два зайчика, и глаза прикрыли: видимо, укачало…

– Ага… заведи такое… а ну как Глашка научит дитё прыгать? – вздохнул Дил.

– Даааа, тогда наша висюльная светилка точно того… брякнется и звякнется! – покивал Крок. – Двух летучек ей не пережить!

Правда, выяснилось, что в отличие от Глашки, Уля всё-таки не была таким вечным двигателем и гораздо быстрее уставала.

– Всё, завод закончился! – прокомментировал Крок припавшего к его лапе щенка

– Ага, устатушки! – обнюхал дитятко Дил.

Нина забрала уже спящую от усталости, эмоций и свежего воздуха Улю в дом, где она через полчаса мирного отдыха на лежанке переползла к Владимиру и устроилась у него на тапочке. Ещё через час выяснилось, что эта самая мелочь упорно, вместе со своими полузакрытыми глазами и страшно сонным видом карабкается на руки к Владимиру, капризно что-то гудя.

– Володя, ну возьми ты ребёнка! – не выдержала Людмила Владимировна. – Ты же видишь, что ей с тобой спокойнее!

– Зато мне с ней не спокойнее – я её боюсь! – честно признался он. – Сломать боюсь!

– Ничего-ничего! Я в тебя верю! – Людмила подобрала сонное дитятко и вручила его сыну. – И ни в чём себе не отказывай.

– Мам, да я поработать хотел, документы просмотреть…

– И просматривай себе на здоровье! Кто же тебе мешает?

Через пять минут оба – и Владимир, и Уля крепко спали.

– Вот! Вот как надо срубать крепких мужчин – с помощью мааааленьких собачек! – вывела Нина формулу успеха.

– Именно! – весело согласилась с ней свекровь.

– А вы не знаете, куда это наши дети делись? – заинтересовалась Нина.

– Подозреваю, что замышляют что-то, – безмятежно откликнулась Людмила Владимировна. – Страшно-коварное!

– Аааа, ну, тогда я даже знаю, против кого! – покивала Нина.

Обе были правы.

ПП и Мишка разрабатывали и отвергали один за другим планы возмездия, которые усложнялись тем, что, во-первых, проучить надо было Дину, а во-вторых, научить тому, что животных им «лучше не надо», её родителей.

– Был бы это парень – всё было бы в сто одиннадцать раз проще! – вздыхал Пашка.

Поля про себя посмеивалась, понимая, что дело ещё в том, что Дина брату летом нравилась, а потом, когда он прекратил с ней общение, сильно пакостила весь сентябрь и октябрь, и теперь ему особенно неловко – вроде как он ей за это мстит.

Она наблюдала, как он ерошит волосы, раз за разом превращая себя в подобие дикобраза в момент защиты от врагов.

– Паш, ты бы причесался, что ли…– наконец-то не выдержала она. – Если войдёт Нина, сразу поймёт, что у тебя мозговой кризис жанра.

Брат машинально протянул руку за её щеткой для волос и безнадёжно увяз ею в шевелюре.

– Да что такое-то, а? Почему у тебя такая расчёска ненормально-заковыристая! – раздражённо попытался он освободиться от щётки.

– Тебе тысячу раз было сказано, чтобы ты мои расчёски не трогал! – вздохнула Поля. – Это ты у Динки заразился пакостной привычкой! Представь, Миш, вроде нормальный человек, а не понимает, что расчёска – это как зубная щётка – чужую брать нельзя!

Мишка, старавшийся не расхохотаться от того, как его друг отбивался от щётки, закивал головой на Полину тираду.

– Ну, чего, чего ты ей поддакиваешь?

– Да я вообще молчал!

– Молча поддакиваешь! Нет бы меня поддержать! И, вообще, не занудничай! Я чужое и не беру – я только твоими пользуюсь!

– Ага, я потом то паутину, то щепки, то куски проволоки со щёток снимаю – делать мне нечего! – Поля сама взялась за брата, быстро выпутав свою модную щётку из его волос и превратив Пашку в благопристойно причёсанного паренька.

– Ну, вот, хоть на выставку! Собачью! – фыркнула она ему на ухо и тут же застыла, изумлённо глядя на щетку.

– Вот, Мишка, ты даже не понимаешь, какой ты счастливый, что у тебя сестры нет! Особенно сестры-близнеца! Это же невыносимый человек! И даже толком сдачи не дашь, потому что, во-первых, это деффффчонка, а во-вторых, возникает постоянное ощущение, что я зеркалу собираюсь подзатыльник влепить!

Пашка шутливо махнул рукой и озадаченно остановил ладонь в паре миллиметров от Полины.

– Поооль, Поля! Ты чего?

Мишка вопросительно покосился на друга.

– Да она ж обычно меня даже за попытку замаха на пол роняет! – поделился Пашка. – Поль, случилось что-то?

– Идея у меня случилась! Не мешай, дай подумать! – Полина взвешивала на руке освобождённую от брата щётку, косилась на него, отчего Пашка ёжился, потом на их сумку с пронумерованными пакетами, потом на Мишкин ноутбук…

– Чего это она? – шёпотом осведомился Мишка.

– Ну, я кое-что понял, но не до конца… – признался Пашка. – Вот на фиг ей твой ноут, я не разобрал!

– Реклама! – просветила Полина, ткнув пальцем в экран, где рекламировали как раз такую щётку для волос. – Эта штука страшно дорогая, если её у нас покупать, а мне ж её мамина знакомая из Японии привезла в подарок – там она больше, чем в десять раз, дешевле.

– И что? – мальчишки пожали плечами.

– Ой, ну, до чего ж вы недогады… Исходные данные – есть Динка, которая обожает всякие штучки из рекламы, и чем дороже, тем лучше. Есть моя щётка. Дико дорогущая, – Полина с недоумением посмотрела на яркую штучку в руке и пожала плечами, – хотя, озолотите меня, не понимаю, чем она лучше всех остальных, правда она нам всё равно ничего не стоила, ну, ладно, это так, к слову… Есть привычка Дины хватать чужие расчёски без разрешения и без какого-то минимального здравого смысла, а ещё… ещё есть вот это!

Поля запустила руку в сумку с «номерными» пакетами, выудила один из них, открыла и достала упаковочку с яркими иероглифами и картинкой странного человека.

– Зудный порошок! – Пашка расхохотался. – Она же точно вцепится в твою щётку и начнёт причёсываться!