Ольга Назарова – По ту сторону сказки. Лукоморские царства (страница 9)

После уроков Катерина зашла в туалет, а выйдя, наткнулась на Кирюшу, опять сидящего на подоконнике.

– Привет! – Кирюше было явно непривычно так мирно начинать разговор.

– Привет! Хотя, наверное, уже пока, до завтра!

– Подожди… А ты это, можешь что-нибудь волшебное сделать? – видно было, что Кирюше страсть как хочется чего-то такое увидеть.

– Кирюш, я же не волшебница, а просто сказочница. Я говорю и больше ничего не умею. Но это такое дело… Это дано всем. Просто в разной степени.

– Как это?

– Да очень просто! Слова – это сильная штука. Очень. Словами можно убить или сильно ранить человека. А можно спасти, помочь или просто поддержать. Ты же тоже это можешь. Ты, например, меня вчера очень поддержал. Спасибо тебе!

Первый раз в жизни Катерина видела, что Кирилл смутился.

– Пойдём? – она кивнула в сторону лестницы.

На лестничной площадке стоял охранник Степана. Он явно прислушивался к разговору, и Кирилл тут же окрысился.

– Чё надо? Этого вашего объекта тут не видно.

Охранник осмотрелся – на площадке никого не было. Он усмехнулся, и через долю секунды перед ошалевшим мальчишкой стоял огромный Волк, который приблизил морду вплотную к уху отшатнувшегося к стене Кирюши и проговорил:

– Не слишком доверяй своим глазам.

Катя рассмеялась, поудобнее перехватила рюкзак и пошла по лестнице вниз, а на две ступени впереди шёл Кирилл, нервно оглядываясь на невозмутимого «охранника», который уже вернул себе человеческий вид.

Глава 5. Лиса в овраге

Катерина в машине ездить не очень любила: укачивает! Но когда едешь на дачу и точно знаешь, что не просто на дачу, а и в Лукоморье, это уже другое дело! Степан со своей бабушкой выехали сразу после окончания уроков. Так что уже были там.

– Кать, я понимаю всё, но, пожалуйста, постарайся осторожнее, – мама посмотрела в зеркало заднего вида на дочь. Вот сидит примерная девочка с косой! А если посмотреть по последним событиям – жуть берёт! Куда только этот ребенок не впутывается и откуда только не выпутывается, вот что удивительно!

– Ладно-ладно! А сама? – мягко промурлыкал Баюн ей на ухо, чуть не нажав лапой на ручной тормоз.

– Если мысли можешь читать, добро пожаловать! Я как раз много чего о тебе думаю!

– А я что? И ничего вовсе! – на всякий случай открестился Баюн.

– Будешь много говорить, пойдёшь на дачу пешком. И лапу убери от ручника! – мама строго покосилась на Баюна, отчего тот тут же сел ровненько и остаток пути сидел тихонько. Волк поймал взгляд Катиной мамы в зеркале заднего вида и, одобрительно ухмыляясь, покивал головой.

Разумеется, на крыльце уже сидел Степан! А на кухне обе бабушки обсуждали какие-то рецепты, игнорируя робкие вопросы Катиного деда про ужин.

– Кать, а мы когда пойдем? Сейчас или завтра утром? – Степан был готов идти хоть сию же секунду!

– Да кто же на ночь-то в лес ходит? – ответил вместо Кати Волк. – И не мельтеши тут, мы тебя позовём.

– Ага, позовут они, может быть! – подумал Степан, но без дальнейших возражений вернулся к себе домой, когда его позвала бабушка.

– Котик, а мы куда планируем? – Катя не очень любила осенние вечера – быстро темнеет, и как-то сразу хочется в дом, к свету, в тепло и вкусные запахи.

– Я думаю, надо к Кузьме-Скоробогатову. Да, и собирались же в сказку про Чудо-мельницу заглянуть. Так что ничего героического. Сказки у тебя эти есть. Я проверял. Лииично, – сказал Баюн, с наслаждением потягиваясь, утаптываясь на любимом диванчике.

Катерина на всякий случай перед сном прочитала сказки, о которых говорил Кот, и подумала о том, что, может быть, хоть на этот раз просто и спокойно разбудит их и спокойно сможет побыть в Лукоморье.

Утро началось как-то очень рано. Просто неприлично рано для нормального субботнего выходного дня. В Катино ухо немузыкально взвыл Баюн, которого в свою очередь ни свет ни заря разбудил Степан.

– Доброе утро! Вставай! Порааау! – Кот подцепил одеяло когтистой лапой и уволок за собой, грациозно увернувшись от брошенной Катериной подушки.

Пытаться спать без подушки и одеяла было глупо, поэтому Катерина, ворча сквозь зубы в адрес жизнерадостного Степана, голос которого неприлично бодро раздавался где-то в районе кухни, оделась, дёрнула к себе серую сумку, уложила туда планшет и проверила брошку-перо. По дороге подобрала и сложила одеяло и подушку.

– Доброе утро! Ты чего такая мрачная? – у Степана было лучезарное настроение. Он сам проснулся часов в пять утра, и по зрелому размышлению решил, что это как-то рановато и лучше немного подождать. Сколько смог – выждал и очень собой гордился! А Катерина какая-то унылая и смотрит угрюмо.

– И тебе того же! – тон у Катерины был сродни её виду. – Выглядишь приличным человеком, а встаешь в неприличное время! Да ещё так жизнерадостно выглядишь, в шесть утра, в субботу! Смотреть тошно!

– Катюша, не зря же говорят: «Кто рано встает, тому Бог подает», – вступилась за Степана Катина бабушка, накладывая ему полную тарелку омлета. – Кушай, Стёпочка, и не обращай внимания на капризулю.

Катерина есть отказалась категорически, пошла к маме и почти уснула у неё в комнате, пока мама одевалась.

– Доброе утро, дружок! – окончательно Катя проснулась именно после этого маминого пожелания: – Пора собираться. Волк уже два раза заглядывал. Я очень тебя прошу, пожалуйста, осторожнее!

Ворота вновь послушно появились, как только Катерина их позвала, и, входя в Лукоморье, она очень надеялась, что мамину просьбу выполнить будет просто.

– А что? Никуда лезть не буду, ничего такого делать не стану. Степан вроде уже образумился. Авдей как бы уже красть не должен. Кащей, по слухам, ещё в болоте. Остальные тоже заняты своими делами. Я-то что? Потихонечку пойду, сказки разбужу и всё! – рассуждала Катерина по пути к Дубу.

Дуб явно им обрадовался, дверь распахнул, половичок под ноги расстелил – поприветствовал. Катерина успела соскучиться и по нему, и по Лукоморью. Как только Кот, с ужасом узнавший, что Катерина ещё не завтракала, выпустил её из-за стола, она выбралась из Дуба и крикнула, что пойдёт прогуляться. Волк тут же оказался рядом – на всякий случай – с Катериной ведь никогда не поймёшь заранее, куда она опять вляпается! Они молча шли по тропинке к ручью, мимо лебединой заводи, в которой дремал упорный Гуслик, карауливший кувшинку, вдоль реки.

– Полетаем? – Волк подставил спину.

Катерина кивнула, и через минуту смотрела на реку с высоты, и радовалась, что тумана стало уже поменьше, чем когда она в первый раз увидела эти места, а за этот визит в Лукоморье, может быть, и ещё меньше станет!

Кот ожидал, их сидя за столом над книгой со сказками, развернув старинную карту. Точнее, он просто спал за столом, уложив голову на книгу и прижав лапой свиток с картой. Когда они зашли, толстая котовая лапа съехала с карты и свиток с громким шорохом вернулся. Кот тут же сделал очень бодрое выражение морды и даже когтями по книге стал постукивать, вроде как он их ждал-ждал – прямо заждался.

– Чего ты прикидываешься? – Волк ухмыльнулся. – Спал как сурок, а сейчас прямо как директор зоопарка!

– Я не спал, я устало закрыл глаза. А устал я от того, что вас ждал! – с великим и оскорбленным достоинством отозвался Баюн. – Катюша, дружочек, не слушай этого насмешника! Вот, я даже сказку про Кузеньку нашел!

– Про какого Кузеньку? – Волк обошёл стол и сунул нос в книгу. – А, про Скоробогатова! Ну-ну, – мрачно процедил Бурый и, презрительно дернув хвостом, ушёл к себе.

– Чего это он? – удивилась Катерина, а потом сообразила: – А, там же и сорок волков царю отдали, и сорок медведей, и куниц с соболями… Ну да, это никому не понравится! Кот, а может… Может, так? «И сломались засовы в царском дворе, и выбежали звери на волю, хотели было лису поймать да проучить, но плутовка и носа больше в лес не совала, а жила во дворце Кузьмы Скоробогатова, да его молодой жены»?

Кот довольно посмотрела на Катерину:

– Умница! К чему это вот живодёрство? А царь сам виноват, ибо нечего таким простаком быть! Вот завтра и попробуем!

Катерина так и не поняла, как именно Жаруся и Сивка узнали о том, что Кот, Волк и Катерина со Степаном вернулись, но к вечеру дверь в Дуб распахнулась и на пороге показался Сивка, а над ним, распространяя ровное золотое свечение и расправив крылья, зависла Жаруся. Когда они оба услышали о том, что объявился Черномор и утащил Катерину в Лукоморье, Жаруся громко ужасалась, задавала кучу вопросов, потом так же громко радовалась и восторгалась, а Сивка просто подошёл к Катерине, сунул нос поближе и потёрся об её щеку.

– Как я рад, что ты сумела вырваться! – тихо фыркнул он Катерине на ухо.

Поганое настроение Волка не изменилось, и вёз он Катерину в чрезвычайно мрачном расположении духа. Катерина хотела было ему рассказать, что сказку она постарается изменить, но решила не торопиться:

– Да и получится ли ещё… непонятно! Зачем раньше времени хвалиться?

Туманная стена начиналась прямо в лесу. Сивка стал опускаться первым. На нём важно восседали Баюн со Степаном.

– Вон, правее, нет, левее. Точно! Вот тут и есть сказка про Кузьму, – Кот гордо осмотрел маленькую полянку. Катерина слезла с волчьей спины, проверила, на месте ли сумка, скрыла её на всякий случай, помахала друзьям, оставшимся на полянке, и, глубоко вздохнув, подошла к Степану.