Ольга Назарова – Осенняя женщина – осенняя кошка (страница 34)
Эля занялась рыбной ловлей и полночи мило болтала с карпом, делая вид, что она не в Москве, а где-то очень далеко, но всё сильнее и сильнее по нему скучает. Карп внимал, косел и мечтал…
Олег посчитал дни, оставшиеся до развода и на радостях опрометчиво разрешил Раду поспать в ногах широченной кровати, утром обнаружив своего пса на соседней подушке со счастливейшим выражением на морде.
Глава 23. И новенькое
Новенькое и разненькое давалось всем по-разному.
– Вот, дядька, бедолага! У меня всего два таких… недотыкомки… и он попал на обоих!
Разъярённый заказчик уже дошёл до стадии крика, как Томуся, вникнув в вопрос, моментально разогнала менеджеров, проконсультировала клиента, подобрала ему нужное оборудование, да ещё так, чтобы оно отлично совпадало с его требованиями и ничего не пришлось бы перестраивать, увеличивать, усиливать и вообще городить огород на ровном месте.
– Девушка миленькая! Да вы ж просто чудо! – от души радовался клиент. – Вот пришли и спасли!
– У меня работа такая… правда, кого спасаю, кого и наоборот! – быстрый взгляд с нехорошим прищуром в сторону, где ёжились провинившиеся менеджеры, ничего хорошего им не сулил.
Как только за клиентом закрылась дверь, Тома, развернулась к подчинённым и вопросительно подняла брови.
– Иииии?
– Тамара Иванна, да ну его, этого психа! – загундел один «разненький» по имени Максим. – У него покупка-то небольшая. Пааадумаешь, котёл на сто тысяч… А вопросов понакидал кучу! И подойдёт ли новый котёл на место его старого, и надо ли будет чего-то переделывать…
– Дааа, понятно было бы, если б заказ был хоть на мильёнчик… – горячо поддержал коллегу второй «разненький», отзывающийся на имя Витечка. – А так… пришёл и давай требовать! Да ещё говорит, мол, возьмите и посмотрите! Я ж вам марку старого котла называю! Да пусть он пригласит инженера, тот ему всё и скажет!
– Ути, радости мои… – пропела Тамара, и бывалые её коллеги, начали нервно переглядываться. – Ути, зайчики-мальчики! – и чудаки Макс с Витечкой заухмылялись, типа, чего ещё эта тётя-мотя скажет, – А вы у наc КТО? – рявкнула Томуся и «мальчики-зайчики» аж присели.
– Ме-ме-менеджеры… – признался Витечка.
– Ме-ме – будете в козлятнике! А у вас в дипломах сказано русским по гербовому, что вы, ёлки-палки-моталки, инженеры! Кого этот несчастный дядька должен ещё искать для консультаций, а?
Гроза бушевала, билась в стёкла, посверкивала гневными разрядами сухих молний, долетала до технического директора, и он довольно кивал головой – сам бы поругался на гавриков, но Томочка это делает профессиональнее!
– Уволит! – панически думал Макс.
– Как пить дать уволит! – стенал в глубине души, внезапно оказавшейся в пятках, Витечка. – Аааа, а я кредит на машину взял…
– Уволить вас проще всего, но я не стану! Буду учить! Включаем штрафную систему и мою личную харизму! Слушать меня внимательно, Витечка! Про свой кредит потом поплачешь! Любой клиент, даже если он на рубль пришёл купить, достоин уважения и грамотного сотрудника! Это понятно? Если этот грамотный сотрудник ни бельмеса не понимает в вопросе, он изображает на морде лица покаяние и быстро смывается к более знающему человеку – спрашивать! Если сотрудник знает ещё меньше, то берёт клиента под белы ручки и сопровождает его опять же к более грамотному сотруднику. Если вы это пропускаете мимо ушей и работаете по-старому, пожалеете оба! Сначала буду штрафовать и ругать. Сильно ругать! А потом уволю!
Последний разряд молнии явственно электризовал волосы на головах несчастных «разненьких», иначе, как объяснить то, что они отправились к рабочим местам с шевелюрами, стоящими дыбом.
А Тома цапнула смартфон, внезапно солидно загудевший.
– Томусь, ты говорить можешь? – Арина в рабочее время звонила редко и Тома насторожилась.
– Да, слушаю тебя! Что-то случилось?
– Нет, просто я тут поспрашивала и выяснила, что у меня соседи слева собираются дачу продавать. Правда, там дома нет – сарай только…
– Арина, да я в вашей местности даже в землянке готова жить! Ну, на первое время, конечно! Домом Никита займётся, а я – отоплением, благо профиль соответствует, уййй, как ты меня порадовала! А как с ними связаться?
Тома любила стремительный напор – а чего тянуть-то? Цена с учётом того, что на участке только полуразвалившийся сарай, сад и дряхлый забор, очень даже приемлемая, место потрясающее, соседка – лучше не бывает! Всей семье, включая Вафлю, там понравилось. Чего тянуть-то?
Именно благодаря двум «разненьким» и этому приятному «новенькому», Тома едва не забыла о том, что у неё есть ещё и интересненькое!
– Ба… сегодня ж Шашуля из командировочки возвращается! – припомнила она в конце рабочего дня, уже после того, как переговорила с воспрявшим мужем, хозяевами соседской с Ариной дачи, то есть земли и сарая, раскидала кучу рабочих дел, постояла над трясущимися душами судорожно работающих Витечки и Максима, и почти совсем собралась ехать домой.
– Нееее, я кровожадная! И мне нужна даже не вишенка, а вишнища на тортище! – решила Томочка и развернула машину в сторону Арининой квартиры.
Когда она открыла дверь, то первое, что узрела – чрезвычайно кислое выражение лица Элечки.
– И вам доброго вечера, милая! А что такое? Вам что-то не нравится? Что-то случилось? – нараспев уточнила Томочка.
– Вы мне не нравитесь! Вы что, не понимаете, что это неприлично, ходить в чужую квартиру и мешать влюблённой паре? – процедила сквозь зубы Эля.
– Я что-то тут пары не вижу… – Тома потянула носом, – Даже не чую!
– Он пока не приехал с работы. Но приедет с минуты на минуту, так что… так что вспомните хоть про какие-то правила поведения и уйдите!
– Нет, ну никак я не могу ЭТО пропустить! – думала она. – Я ж себе это не прощу!
И разненькое. 23-2
У Александра новенькое и разненькое тоже присутствовало…
По зрелому размышлению Александр придумал душещипательную историю о коте соседей, которого он снимал с дерева, и тот, дурачина такая, его и ободрал с перепугу, и гм… короче, кот слишком долго сидел на дереве, а он, Александр, его слишком сильно к себе прижал, когда спускал. Эта история родилась после старательного раздумья.
– Ну, ты герой! – хвалили его коллеги, а он сам криво улыбался, раздумывая, что ещё можно было бы сделать с паспортом и смартфоном, чтобы они благоухали поменьше?
– Может, обложку сменить, а? А потом не сочтут что это паспорт поддельный? – невесело размышлял он. Ко всему прочему, его слегка смущала необходимость объяснять странное возвращение из командировки с ободранным подбородком и серьёзно пропахшей сумкой, которую он оставил в машине, плотно увязав её в громадный мусорный пакет.
Всю ночь с субботы на воскресенье и всё воскресенье Оксана Борисовна, ругаясь, ворча и возмущаясь, стирала и выводила запах с одежды сына, но вот с самой сумкой она окончательно справиться так и не смогла.
– Перекись, марганцовка, уксус, сода, лимон, хозяйственное мыло… – перечисляла она. – Саша, я всё использовала, но все эти карманы… Швы, прошивки, а самое главное, отсек для колёс и выдвижной ручки! Саша, туда же тоже попало… Так что вещи ты лучше отдельно в пакете возьми, а сумку так принесёшь.
– Мам, да как я это Эле объясню?
– Сашенька… а что ты у меня спрашиваешь? Ты разве спросил у меня, как тебе быть, когда жене заладил изменять? Когда Элю завёл? Нет? Что же ты сейчас хочешь? – мать мрачно рассматривала сыночка ненаглядного, недоумевая, где были его мозги, когда он вообще вляпался в эту историю!
– Ты ещё спасибо скажи, что мама вообще с этим возится! – влезла сестра. Ну, конечно! Галка всегда отличалась повышенной вредностью, и удержаться от замечаний нипочём не могла. – Если честно, Арина-то была значительно лучше, чем эта твоя!
«Это твоя» как раз Сашу и смущала. Кто её знает, как она среагирует, когда он прибудет в этаком разодранном состоянии, с вещами в одном пакете, и с ароматизированной сумкой в другом…
Деваться всё равно было некуда, посему Александр всё-таки отправился в двушку, где его ожидала «влюблённая» Элечка.
Эля, проведя прекрасные выходные, и значительно продвинувшись в важном деле заморачивания карпа, чувствовала себя роскошно.
– Ещё немного и он предложит мне замужество! Вот, я прямо чувствую! – прищурившись любовалась на себя в зеркале Эля. – Развод и быстренько замуж! – рисовала она себе радужные картины.