Ольга Назарова – Осенняя женщина – осенняя кошка (страница 18)
– Не переживайте, в любом случае, даже если я вам продам только свою комнату, вы скоро станете владельцем всей квартиры. У вас двое сыновей, да? И оба спортом занимаются? Вот и отлично! Конечно, жаль, что это нельзя сделать сразу, но пока нас не разведут, и мы не переоформим договор ипотеки, я не могу провести сделку по купле-продаже своей половины квартиры. Да, вы снимайте пока другую квартиру в том же районе, но на небольшой срок, а дальше вселитесь обратно!
Арина представила, какой замечательной и радостной будет жизнь Сашеньки и Эли, когда после регулярных, но непредсказуемых визитов Томуси, у них появятся соседи.
– Да-да, тот самый монстр, его супруга и двое их очень-очень активных и шумных мальчишек, и… кушайте не обляпайтесь, дорогие, ни в чём себе не отказывайте!
Таким выводом ей отлично удалось исправить своё настроение, а Дрёма в компании с вкусным завтраком и вовсе порадовали.
Ещё больше её порадовал сын, который позвонил вечером и с некоторым изумлением рассказал, что с бабулей-то, оказывается, жить не так уж и весело!
– Мам, ты объясни бабуле, что мне уже почти двадцать, что я не должен домой приходить в десять вечера!
– Тём, ты же должен понимать – их дом, их правила!
– Мам! Ну, это же глупость какая-то! А потом, она у меня постоянно выспрашивает, кто мне звонит, что за девочки, с кем я гуляю… Потребовала Светку привести. Представь? Я ей говорю, что не надо, а она заявляет, что должна сама посмотреть, что это за девочка, а вдруг плохая? А вдруг меня чему нехорошему научит? – Тёма нервно рассмеялся. – Мам, она, кажется, не понимает, что я уже взрослый!
– Тём, а ты точно взрослый? – рассмеялась Арина. – Если взрослый, так чего же поехал к ним?
– Ну, там еда, и вещи она гладит, да и вообще… Ты вот и то в последнее время от меня что-то требовала, а с бабулей в этом плане всегда проще!
– То есть тебе нравится, чтобы за тобой ухаживали, как за маленьким мальчиком, но при этом разрешали делать всё, что ты хочешь? – хмыкнула Арина, пожалев, что ввязалась в историю с ипотекой.
– Кажется, надо было бы не в ипотечную квартиру все силы и время вкладывать, а на Тёмочку побольше внимания обратить – как-то оторвать его от матушкиной опёки и объяснить, что если стал взрослым – то будь им не только с подружками. И да… требовать зайти в магазин или убрать в своей комнате, на мой взгляд, не просто норма, а уже железобетонная обязанность! – рассуждала она про себя, прищурившись и по-хулигански накручивая прядь волос.
Раньше бы она разразилась нравоучениями и просьбами что-то понять, вникнуть, повзрослеть, а сейчас призадумалась о других методах:
– Видимо, грядущий развод, и беседа с Томусей на меня оказали странное действие!
А Тёма тем временем бухтел, что:
– Мам, ну чего ты нудишь и нудишь! Это другое!
Глава 12. Откровения и открытия
– Муааа… – выпрашивая вкусненькое да случайно сворачивая башкой с рогами калитку в огород.
– Телёночек рос-рос, рос-рос, а что выросло, то выросло… Однако, пора по рогам давать! – решила Арина, подмигнула Дрёме, и сказала,
– Ой, Тём, я ж тебе сказать забыла! Твой папа собирается в квартиру ипотечную переехать. Вместе со своей девушкой. Выгоняет квартирантов, так что, доходов с неё мы, видимо, больше никогда не получим, да и продать вряд ли получится в скором времени. Зато платить за ипотеку надо, как ни крути… Короче, надо потихонечку тебе подработку искать.
– Зачем? – наивно удивился Тёма.
– Родной мой, за этот год мы универ оплатили, но на следующий-то деньги с потолка не упадут! Твой папа, как я уже сказала, он с девушкой… ему сейчас не до оплат за что-либо. А ты хотел зимой поехать на лыжах покататься. Помнишь?
– А ты? – не понял Тёма.
– Тём, так я ж ипотеку платить буду. Тут что-то одно – или ипотеку и обучение, или лыжи и всё прочее! – аргументировала Арина. – Если бросить платить ипотеку, пойдут штрафные санкции, тогда я и половины той квартиры лишусь. Сам понимаешь, обидно!
– Даааа, – глубокомысленно протянул Тёма, привыкший считать ипотечную двушку своей собственностью. – Чё-то нам отцовский роман дорого обходится.
– Да это и не роман, Тёмочка – это у него любовь такая! – просветила сына Арина. – Вот у тебя же была сначала Лена, теперь Света, а потом… кто там тебе нравится, что ты хотел со Светой расстаться? Лиза, по-моему, да? Ну, вот и у папы такое же. Чем он хуже-то?
– Так он взрослый и женатый! – возмутился Тёма, – У него сын есть!
– И что? Ты вон, тоже взрослый. А сын… так может, и у тебя уже вот-вот будет. Дело-то нехитрое! – «обрадовала» его мать.
– Мам… ты мне это того… прекрати! – сказал Тёма слегка осипшим голосом. – Не пугай! Я ещё не готов! Это такая ответственность!
– А твой папа решил, наверное, что он уже не готов – устал, однако, от ответственности. Это бывает! – радушно утешила его Арина. – Так что деньги ты с него больше никакие не получишь!
Тут Тёма слегка подзавис. Как это? Отец скупым не был, если подойти и попросить на «погулять», давал без вопросов. Собственно, даже с мамой по этому поводу они ссорились. Та занудливо и надоедливо твердила, что не дело так девчонкам головы морочить, да ещё и спонсировать это. То есть у неё на кафе-кино-подарочек он сто процентов не выпросит. А у Тёмы как раз финансы заканчиваются. И что теперь? На девочек не дадут и на лыжи самому надо зарабатывать? Да что за жизнь-то такая?
Претензии были выложены матери, но она только вздохнула.
– Тём, я тебе помогу, конечно, с оплатой учёбы, но все прочие пожелания просто не потяну. Сам понимаешь.
Дураком он не был, так что, подумав, справедливость этого утверждения признал.
Тогда Тёма позвонил отцу и даже пожалел об этом.
– Тёмыч, прости, но я пас! Никаких денег больше нет и не будет! Универ? Пусть мать тебе оплачивает! Она богатая. На расходы, на поездку? Не смеши! У меня у самого сейчас такие расходы, что мне бы кто денег дал! Так что ты, Тём, меня лучше на эту тему и не трогай!
Тогда Тёма пошёл к бабушке. Ну, а куда ещё-то?
– Тёмочка, какие денежки? На питание в университете? Да и не надо тебе! Я же тебе лучше домашнее соберу. Оно и вкусное, и полезное! Вот положу в контейнерах всё и бери с собой! Проезд – у тебя студенческий. А куда ещё? Погулять? Мальчик мой, не надо оно тебе… Вот, поверь мне, не надо! Девицы теперь такие распущенные… Я прямо смотреть на это не могу, как они форсят перед тобой! Поехать на каникулах? На лыжах? Ой, да запросто, мой золотой – на дачу можно! Там отлично на лыжах можно с горок поездить!
Тёма от дачных горок и вовсе скис, приуныл и потянулся в комнату – подумать. Думать было неудобно – то и дело заходила бабушка и уточняла, что он хочет поесть, какой компот ему сварить и где его грязное бельё.
Заходила часто, упорно и целеустремлённо, так что он не выдержал:
– Ба, я сам его постираю! – рявкнул Тёма и тут стало ему ещё хуже.
Бабушка моментально решила, что он что-то скрывает и у него начался жар или ещё что-то болезненное…
После длительного и заунывного объяснения по поводу того, что он не болен, то есть точно вообще нигде не болен, просто не хотел сейчас отвлекаться, Тёме стало казаться, что супчики-котлетки и компотики как-то этого вот всего не стоят. Но он был только в начале пути…
– Я домой поеду, – буркнул он бабушке, раз за разом уклоняясь от её попыток пощупать ему лоб. – Раз ты мне никакого роздыха не даёшь.
– Я с тобой! – решительно заявила она. – Нет уж, ты поедешь, мать твоя на даче, а к тебе тут же компании какие-нибудь набьются… или девицы! Нет, я тебя без присмотра не оставлю!
Желание высунуться в окно и повыть на луну Тёме пришлось отложить подальше, потому что бабушка бы точно решила, что он чем-то болен. Стон души он был вынужден загнать ещё дальше, иначе ему грозило тёплое молоко в постель и шерстяные колкие носки, а вот идея о том, что надо как-то выбирать «я с умными или с красивыми», плотненько окопалась в его рассудке.
А Арина как назло и не думала торопиться.
– В самом деле… как-то я мало использовала подручные средства воспитания! Вот, например, всё пыталась его от матушки держать подальше. В гости – да-да, пожалуйста, а на пожить – нет-нет. А почему? А потому, что отлично знаю, как она способна с аппетитом выесть мозг чайной ложечкой. А надо было наоборот – пускать! Тогда бы и Тёма знал, каково это, и матушка вблизи видела результат своего постоянного балования. А то, как наразрешать что угодно, расслабить напрочь, имущество всё распределить, мол, это Тёмочке и то Тёмочке, мальчику уже всё есть, ему напрягаться не надо – так это она в первых рядах, а как посмотреть, что из этого выходит – матери-ехидне. Неее, родные мои. Полюбуйтесь друг на друга вблизи, насладитесь общением, так сказать, а я тут от всего отдохну – имею право! Я уж и не помню, когда в последний раз могла делать то, что хочется мне, причём, без оглядок на «Тёме надо», «Саша хочет», «маме завезти», «папе купить», «тёть Вике сделать, и про Настеньку-двоюродную сестричку не забыть». А ещё же были драгоценнейшие и перманентно мной недовольнейшие Оксаночка Борисовна и Галочка… Ой, и как это моя шея всех выдерживала, а? Вот сейчас сидит на ней одна-единственная Дрёма, и так шее хорошо, тепло, мягко и спокойно!