Ольга Назарова – Осенняя женщина – осенняя кошка (страница 12)
– Ты представляешь? Японцы обнаружили, что их долгожители едят мясо, а не рыбу! Обнаружили, что его надо обязательно есть! Нет, то есть рыбу они тоже едят, но мясо любят, употребляют часто, и вообще не понимают, откуда иностранцы взяли, что они им не питаются! – изумлялась Риточка.
– Ну, это я тебе могу рассказать, откуда – у них же буддизм, вот одно время мясо и запретили. Разрешали есть только в медицинских целях, как лекарство. И ты себе не представляешь, как много народа сразу лечиться им стало! Прямо все такие заболевшие были много-много столетий… – рассмеялась Людмила, угощая Риточкину кошку Альбину «лекарством».
– Они даже специальные названия для мяса придумали. Пион – это кабанина, наверное, и свинина тоже, клён – оленина, сакура – конина. Этакая кодировка для посвящённых, – продолжала рассказывать Людмила. – Я как-то общалась с группой японцев и меня просветили. Я-то тоже думала, что они мясо ни-ни… А они его обожают, оказывается!
Глава 8. Привет через поколение
– Что у них там произошло-то? – изумилась она.
– Тёма… – начала она.
– Ой, мам, привет! У тебя всё нормально? Ты вчера трубку не брала.
– Да, я что-то уснула рано. Не могу поверить, что вчера такое было…
– Я сам едва могу в это поверить, – хмыкнул Тёма. – Феерия какая-то! Феерическая и с феей. И эта папина дева… Мам, это нечто! Она, оказывается, решила, что это всё его, да ещё и уточняла, что я в квартире делаю. Мол, мне уже много лет, можно и на выход.
Он помолчал, а потом, помявшись, спросил;
– Мам, ты же так не думаешь?
– Ты о чём? – опешила Арина, представлявшая в этот момент изумление феи.
– Ну, что меня надо на выход… У нас в группе так одного парня родители выставили. Сказали, что школу он закончил, в универ поступил и хватит с него, пора ему самому в жизни пробиваться. А то, если из гнезда не вытолкнуть, он им на шею сядет…
– Тём, я так точно не думаю. Мы же не птицы. Правда, если ты по-прежнему хочешь уйти со своим отцом, я спорить не стану. Ты уже вполне в состоянии решить сам, что именно ты в жизни хочешь.
– Неее, я с ним не хочу точно! Просто… просто я не хотел, чтобы всё менялось, понимаешь? Он женится, а ты… ты же тоже можешь с кем-то закрутить! А я? И бабушка говорит, что я получаюсь лишним, выброшенным. Что все планы полетели в прах.
Арина нахмурилась. Нет, не собиралась она ни с кем ничего крутить, но если она кого-то встретит и полюбит, то имеет полное право на новое замужество. А вот подход сына настораживал, да и матушка Аринина, судя по всему, какие-то очень уж далеко идущие планы строила…
– Прости, но мы же не придаток к тебе для вечного обслуживания и содержания… – спокойно произнесла Арина. – Ты всегда можешь на меня рассчитывать, и чтобы ни случилось, я тебя и поддержу, и помогу, но что за постановка вопроса «закрутить»? И какие такие планы полетели в прах? Твоё обучение на этот учебный год оплачено, остался один год, но с этим мы с твоим отцом как-нибудь разберёмся.
– Да нет же! Я про квартиры! – досадливо возразил Тёма и изложил своё видение вопроса.
– О как… мама постаралась! Вижу руку мастера! – думала Арина. – И как я не учла, что она в уши-то Тёме дует.
А вслух сказала:
– Тёма, солнышко, можно у тебя уточнить? Какая именно часть от бабушкиной квартиры была задействована в её планах?
– Ээээ, никакая, – удивился Тёма.
– А что так? Ну, почему она свою-то недвижимость тебе не предлагала, а нашей вовсю распоряжалась? И, заметь, мне она тоже ничего не предложила, а я ведь её дочь точно так же, как ты – мой сын.
Тёме это раньше как-то в голову не приходило.
– Знаешь, что? Давай так. У меня ещё от отпуска есть полторы недели, и я их проведу на даче, а ты поживи у бабушки и деда. Пообщайся с ними поближе, так сказать, нос к носу. Возможно, тебе лучше станет понятно, что и как нужно воспринимать. Хорошо?
– Ну… ладно, – согласился Артём, который и так не собирался возвращаться в пустую квартиру, где его никто не накормит и не позаботится о нём.
– Вот и славно, а теперь, расскажи мне подробно, что у вас там вчера было! – Арина внезапно пришла в расчудесное настроение, словно получив отсрочку от проблем и неприятностей.
Закончив разговор с сыном, она, уже морально подготовленная, позвонила матери.
– Арина! Где ты была! Как ты могла трубку не взять! – завелась матушка. – Ты понимаешь, что твоя жизнь летит в пропасть? Ты осознаёшь, что ещё немного и тебя ждёт судьба одинокой, никому не нужной женщины?
– Мам… мы же уже об этом говорили…
– Да, что мам? Что тебе мам? Что ты мне говорила? Я знаю, сегодня можно чуть что разводиться! Задерёт такая хвост колечком и понеслась гордая-счастливая. Уверенная, что её все мужики мира сейчас просто нарасхват замуж звать будут, а так не бывает! Сколько у меня знакомых воют, что рады бы замуж, а не за кого! Арина! Да, Сашка твой, конечно, самец собаки, но ты тоже хороша! Надо же было бдить! Контролировать! С чего ты взяла, что лучше меня жизнь знаешь? Я в свои годы имею право о жизни говорить, а ты? Вот упустила мужа и что теперь?
– Мам, хватит! Даже если ты с секундомером будешь замерять его маршруты и контролировать всё что угодно, если человеку надо, он всё равно изменит. Ты знаешь свою жизнь, не спорю. А я – знаю свою. И мне «муж-любой-ценой» и даром не надо, и в придачу не пригодится! Не найдётся другого – не страшно. Буду без мужа, зато целой. Понимаешь? Целой, а не разодранной на куски подозрениями, гадливостью и неприязнью. Я жить хочу, радоваться этой жизни, доверять тем, кто рядом, а не ломать себя через колено.
– Это у тебя сейчас такие иллюзии, что можно радоваться, когда одна живёшь, без мужа!
– Да что ты? А как же бабушка деда похоронила и жила одна? И счастливой умела быть, и песни пела, когда что-то делала, и радоваться умела! Замуж-то она не вышла.
Юлия Петровна только фыркнула… Никогда она этого не понимала. Матери удивлялась, пыталась понять – но нет, так и не поняла. Нет, она не была против чтобы её мама замуж вышла, даже говорила об этом с ней, предлагая посмотреть внимательно на явно заинтересовавшегося соседа, а получив ответ долго над ним думала, но всё равно не смогла принять.
– Юлечка, я твоего отца любила. Очень! И никто мне больше не нужен. Мне хорошо. Понимаешь? У меня дети есть, внуки, есть работа любимая, много чего есть. Вот я и радуюсь тому, что есть и тому, что у меня было. Я счастлива.
По мнению Юлии Петровны счастливой можно было быть только при выполнении некоего списка условий. Что-то вроде столбика со строчками, отмеченными галочками. Муж – галочка, дети – галочка, квартира-дача-машина – галочка, и так далее. А вот как можно радоваться, когда чего-то из этого списка не хватает, она никак не понимала.
Дочь её и сердила, и расстраивала – ведь плакать потом к кому прибежит? Правильно – к маме, а чем она сможет Арине помочь? Правильно – ничем! Ах, если бы можно было взять и придумать да воплотить в жизнь самого-самого лучшего мужчину, она бы непременно это сделала! Под конвоем бы его к дочке приволокла, а этого… Сашку – самца собаки уууух как отделала бы! Только вот где его взять-то лучшего? А если нет лучшего, почему же не оставить того, который есть и не последить за ним, жестоко пресекая все попытки улизнуть налево-направо? Ей бы лично нелениво было и проконтролировать, и по маковке гулящей настучать, если что! Только дочка упёрлась как осёл и ни в какую.
А ещё, разумеется, Юлии Петровне досадно было – явно будут знакомые уточнять, как дела, а ей что сказать, что Арина развелась?
Арине почему-то стали так очевидны мамины мысли, словно кто-то ей на ухо их подсказал.
– Мам, ты не расстраивайся. Мне сейчас хорошо, понимаешь? У меня есть сын, есть родители, так много чего есть… Я просто радуюсь тому, что есть и тому, что у меня было. Я, оказывается, такая счастливая, мам… Я только сейчас это по-настоящему поняла.
Почему несгибаемой Юлии Петровне вдруг захотелось в голос заплакать, она так и не поняла. Может, потому что страшно соскучилась по собственной маме, а сейчас словно весточку от неё получила. Что-то такое, чего сама так и не поняла, но вдруг нежданно-негаданно узнала.
– Ладно… – нарочито сердито выдохнула она, чтобы не показать, что едва сдерживает слёзы. – Тёма у нас поживёт, раз уж у него такая мать-кукушка, а ты… Ты не поленись, приезжай в Москву и смени замки в квартире! Вот поспорить могу, что Александр ещё заявится, а с ним может и его красапитуля припорхать! И ещё неизвестно что к её крылышкам прилипнет! Фииииееееяяяя!