Ольга Назарова – Лукоморские царства (страница 49)

— Думал, не успеем. У тебя на шее след даже.

— Наших позови. — Катерина говорила тихо. — Они там, небось, уже по елкам ходят вверх и вниз. И белок сильно смущают.

Степан покосился на красную, растрепанную Катьку. Какая-то ветка, пока они бежали, хлестнув по лицу, оцарапала ей щеку, на шее и правда след от змеи. Будто веревкой натерло. Сидит, тяжело дыша, раскинув руки, говорит шёпотом, а шутит! Он покачал головой, недоумевая, как это так получается. А потом достал серебряный рожок и с силой подул в него.

Буквально через несколько минут с треском проломившись сквозь темные лапы старых елей, на поляну опустились Волк с Елисеем, Сивка с Баюном на спине, а сбоку разгорелось золотое оперение Жаруси. Волк скинул Елисея, не особенно заботясь, как именно он там приземлится, и подхватил с земли Катерину. Провел носом по полосе на шее, злобно фыркнул что-то в адрес Полоза. Катька оказалась на волчьей спине, а на её плече тут же обнаружилась Жаруся. Провела крылом по голове, мгновенно волосы сами собой уложились в ровную косу, походный костюм обернулся длинным и широким опашнем, сверху душегрея для тепла, на голову откуда ни возьмись оделась шапочка.

— Вот. А то и заболеть не долго, осень уже, а ты на земле сидишь, на мокрой, да ещё после беготни вся распаренная! — ворковала Жаруся.

Елисей нервно озирался. — Да где этот Полоз-то! Когда он Ваську отпустит?

— Да вон он. — Баюн, подобравшись поближе, смочил Катину царапину на щеке живой водой, и та тут же исчезла, как и не было.

Справа из-под исполинской ели начало посверкивать золото. Степан попятился и помотал головой, так как из под ели поползли змеи. Золотые, серебристые, ярко-синие и зеленые, черные и серые.

— Чего это ещё? — он как-то сразу припомнил, что змей он боится, вообще-то.

— Как что? Свита, конечно! — Кот удивился такому странному вопросу. — Что же ещё?

Змеи выстроили какой-то сложный узор вокруг ели, и как только все заняли свои места и замерли, показался Полоз, который вел за руку молодую женщину. Очень богатое платье, сияющая корона, как и у Полоза, из сплетенных змей. Ничем не примечательное широковатое лицо, но она улыбнулась, и Катерине показалось, что на поляне стало больше света и тепла. Она припомнила, как о жене говорил Полоз. — Это он прав! Такой улыбкой можно пару микрорайонов в Москве обогревать! — подумала Катерина.

— Это моя Ждана. — Полоз и сам светился.

— А… Как же… Как же Василиса! — Елисей пытался напомнить о том, ради чего, собственно всё и затевалось.

— Аааа, ну да, да, сейчас. — Полоз усмехнулся и из-под ели выползли две большие серебристые змеи, каждая из них держала во рту тонкие цепочки, на других концах цепочки были девушки. Золотая цепочка, которую каждая из них поднимала в лесу, охватывала шею своей владелицы и та погружалась в полное оцепенение, и в таком состоянии оставалась, пока Полозу не будет угодно что-то изменить.

— Васька! — Елисей рванулся к красивой рыжеволосой девушке, которая стояла с полузакрытыми глазами, сорвал в неё цепочку, и та распахнула синие-синие глазищи и ахнула.

— Где это я? Елисей!?

Царевич попросту схватил её на руки и отскочил подальше от Полоза, боясь, что тот передумает.

Катерина спустилась с волчьей спины, и подошла к Полозу. — Спасибо тебе!

— Это тебе спасибо! Забирай их, только, если можно, цепи снимешь, когда мы уйдем, а то визгу будет! Да! Запомни, — тут он приблизился вплотную к уху Кати и сказал очень тихо, — Я у тебя в долгу, девицы эти мне и самому теперь не нужны, так что это не то, чем я тебя могу отблагодарить! И то, что ты сделала, я не забуду. Ты можешь обратиться к любой змее за помощью, я узнаю и помогу всем, чем смогу! — он отполз чуть назад и улыбнулся.

Девушек вывели из леса, сорвали с них цепочки, растаявшие в воздухе, как только они спадали с пленниц. Крика и визга было и правда много, прав был Полоз. Слезы ручьем, радостные вопли родственников девиц, на все голоса хваливших сказочницу и царевича Елисея. Тому, впрочем, было все равно. Он вез в седле перед собой свою Ваську, и никого кроме неё не видел. Хотя сил уговорить друзей, посетить его стольный град, у него всё же хватило. Он просто нипочем не соглашался их отпускать. Волку пришлось опять стать Бранко. Катерина сидела перед ним на Сивке. Кот ехал на крупном сером в яблоки коне, который нервно косился на такого необычного седока. Жаруся велела им себя вести хорошо, никуда не впутываться и порхнула в лес, сказав, что присмотрит за ними оттуда. Степану достался крупный вороной конь, который шел под ним, как будто вообще седока не ощущал. — На такого можно и великана посадить. — размышлял Степан.

— О чем тебе это змей шипел? — Степан подергал Катьку за рукав, подъехав поближе.

— О том, что он меня не забудет. — Катерина безмятежно смотрела на дорогу, и наслаждалась размеренным шагом Сивки, запахом леса, горьковатым и пронзительным запахом осени, мха, палой листвы, грибов, болотных белых туманов, холодными каплями, срывающимися с еловых лап. Спокойствием, какое бывает только осенью, когда все деревья устали, и готовятся спать, зная, что после сна будет весна.

— Забудешь тебя, как же! Кать, ты спишь что ли? Причем с открытыми глазами!

— Отстань от неё! — Волк хмуро покосился на Степана, жаждущего общения после пережитого стресса.

— Неа, не сплю, просто очень спокойно и хорошо. И опять же, и Елисей с Василисой счастливы, и Полоз Ждану нашел, а он её и правда любит. Да и девушек вернуть удалось, и сказка большая проснулась.

— Любит, любит… Тошнит уже от них. — Степан состроил такую рожу! — Делать им больше нечего! Я вот не влюблюсь! Дурь это!

— Вот и молодец! Так и держись! — Катерина насмешливо покосилась на Степана. — Главное, не забудь, что сказал. Хотя… Я и напомню, за мной не заржавеет.

Волк просто хмыкнул сочувственно. И укрыл Катерину полой плаща поплотнее, чтобы не замерзла.

Глава 19. Царевна Гордея

Ехали довольно долго, Катя уснула, пригревшись, а проснулась от крика одного из дружинников.

— Царевич! Царевич Елисей! Беда!!!

Елисей, пересадил Василису в повозку, и поскакал навстречу дружиннику. — Что стряслось? Авдей напал?

— Нее, царевна Гордея пожаловала! — дружинник едва дышал от быстрой скачки.

— От жеж! — Елисей открыл было рот, сказать, что именно он думает, но покосился на Василису и Катерину и рот закрыл. Вместо этого двинул кулаком в ствол совершенно неповинной сосны, которая тут же осыпала его моросью дождевых капель.

— А кто такая эта царевна Гордея, что её так Елисей любит? — тихонько спросила Катя у Волка. — Невеста его что ли?

— Нет, она дочь его сестры троюродной, по-моему, троюродной, а может и четвероюродной. Родня короче.

— И что в ней такого страшного? — удивился Степан, который подъехал поближе к Волку.

— А у них по женской линии, видать, какая-то ведьма затесалась. Они очень красивые, влюбляются в них многие. А они… Короче творят много чего нехорошего. Матушка этой самой Гордеи, например, когда замуж собралась выходить, загадки женихам загадывала.

— И что страшного? — удивился Степан, который сказки так и не читал.

Катерина начала догадываться. — Погоди… Это не там, где колья вокруг терема ставились?

Волк кивнул. — Точно. Умница.

— А что страшного в кольях? — всё ещё не понимал Степан, глядя как помрачнел Волк, и как передернуло Катерину. — Может, для защиты колья. Забор такой. А загадки загадывала, чтобы муж не дурак попался.

— Да в кольях-то ничего страшно, кроме того, что если жених загадку не отгадывал, голова его на очередной кол насаживалась. — ответил Волк. — Причем так как-то хитро делали, что головы так до сих пор и висят, как их повесили, целые, свежие так сказать… Народу она сгубила кучу. Пока не попался хитрец, который на все загадки ответил. И ей замуж всё-таки пришлось выходить. Правда, он как-то не долго прожил, видимо на его нервы созерцание менее удачливых женихов не очень хорошо повлияло. Не сильно жизнерадостное зрелище. — он ухмыльнулся, глядя на побледневшего Степана. — Ты сам-то смотри не влюбись в Гордею. Она такая же как матушка. И пару пареньков уже чуть не угробила. Велела им биться за её красоту. Они чуть друг дружку и не порешили. Елисей вон рассказывал.

— Смеешься что ли? Я-то не такой дурак, чтобы влюбляться, тем более в такую ядовитую поганку. Да ещё жизнью за нее рисковать. — решительно заявил Степан.

— Ну-ну, смотри. — Волк покосился на мальчишку.

— А что это она к Елисею приехала? — поинтересовалась Катерина.

— Так царство матушки её туманом затянула, оно как раз за Полозовыми владениями, на западе. Гордею успели вывезти, так она по родственникам ездит и гостит, пока не доведет там всех. Дальше едет к следующим. Нынче как видно, очередь Елисея. Вот бедолага!

Бедолага метался по дороге, отсылая людей с поручениями. Как Катерина поняла, он изменил планы и Василису решил срочно отвезти домой к её родителям, а планировал-то наоборот её родителей в стольный град везти, да свадьбу играть!

— Как будто не сестра приехала, а дракон. — шепнула Катя Волку.

— А, это такая сестра, что впору окопы копать. — фыркнул Волк. — Елисей, а Елисей! — Окликнул он проносившегося мимо царевича.

— А? — царевич выглядел загнанным.

— Давай-ка мы в другой раз к тебе приедем?