Ольга Назарова – Каждый выбирает для себя (страница 61)

– Волчок, как я соскучилась! – Катя обняла Волка за шею и зарылась лицом в густой мех.

Волк завздыхал и закрыл глаза. – Какое счастье, что ты жива! – пробормотал он.

– Так, не расслабляйся! Нам ещё королевой заниматься! Я вчера чуть сдержалась! – Жаруся медленно опускалась рядом, бережно уложив Леона на дорогу. – Надо же. А королевич-то и правда изменился! – прощебетала она. И пока Юрко и мальчики скакали до них, Катерина, быстро достала мертвую и живую воду, Волк придержал беднягу Леона, а Жаруся вынула стрелу, легко прихватив её правой лапкой и взмахнув крыльями. Пара капель мертвой и капля живой воды сделали дело, и рана затянулась. Волк подтолкнул носом тело и Леон перевернулся на спину. Катерина капнула одну каплю на губы, и быстро убрала флаконы, скрыв сумку.

– Что случилось? – Леон открыл глаза, ещё слабо соображая. – Погоня! – он попытался встать.

– Нет уже погони. – хладнокровно ответила ему Катерина. – Закончилась вся. Даже на всех желающих её не хватило…

Тут над её головой пронеслись тени и на дорогу опустился Сивка с Баюном, Воронко и Вихрем, а по дороге застучали копыта коней и Кир со Степаном спешившись примчались к сказочной компании. Катерина обнималась с Баюном и гладила шеи и гривы коней, а Юрко ошеломленно смотрел, как его смертельно раненый или убитый королевич поднимается с земли.

Леон повел плечами, пытаясь ощутить недавнюю рану, а потом перевел взгляд на Катерину. – Мы с тобой вроде не сговорены. Верно? – он усмехнулся. – Или Ратко надо меня на поединок вызывать? Убей, не помню, чтобы я тебе предложение делал!

– Он чего, с ума сошел? – Кир со Степаном переглядывались.

– Я сразу не поверил в эту небылицу про невесту-сказочницу, оживляющую жениха. – Леон шагнул к Катерине. – Живая вода. Верно?

Катерина рассмеялась. – Так я тебе и сказала. Думай теперь, верно или нет. В любом случае, тебе жаловаться не приходится.

– Это да. – Леон ещё раз повел плечами. – Только вот ты же всё равно в ожерелье. Тут граница в двух шагах. Дальше нельзя.

– Если бы ты меня соблаговолил выслушать, то узнал бы, что вот оно ожерелье это. – Катерина достала из кармана, кожаного мешочка, висящего на поясе платья, сверкнувшее на солнечном свете драгоценное ожерелье.

– Этого не может быть!!!! – Леон не очень удивился, ощутив себя живым, но не мог поверить своим глазам, глядя на неснимаемое ожерелье королевы. – Матушкино ожерелье снять нельзя!

– Ну, кому нельзя, а кому и обратно можно. – Катерина повернулась к Баюну. – Ну, что скажешь?

Баюн ожерелье в лапы не взял, зато внимательно его осмотрел и грустно вздохнул. – Это ожерелье принадлежало твоему отцу. Он так влюбился в свою невесту, что подарил ей всё, что у него было. Это вовсе не драгоценный ошейник-удавка, как ей нравилось считать. Это ожерелье границ. Всё её королевство сворачивается в это ожерелье. Как царства, которые умещаются в золотой, серебряный и медные шары. Когда-то изначально королевство было за горами, оттуда и были взяты камни для ожерелья. Долина окруженная горами была богата на драгоценности, но, жилы истощались, роскоши становилось меньше, а королева Иоанна оказалась ненасытна на блестящие камешки и власть, которую они дают. – Кот покачал головой. – А теперь всё изменилось. Королева легкомысленно подарила ожерелье сказочнице. Единственной, кому оказалось под силу его снять. А самое интересное в том, что снять его может только тот, кто не по своей воле его на шею получил. То есть, если человек берет его сознательно, то попадет в рабство к владельцу ожерелья, а если отказывается от такого подарочка, несмотря на блеск и стоимость камней, то сам становиться хозяином.

– И что же теперь? – Леон зачарованно смотрел, как покачивается переливающееся ожерелье в руке Катерины.

– Что ты спрашиваешь у меня? Спроси у новой хозяйки ожерелья. Она его и расстегнуть теперь может. Катюша, радость моя, нажми на замочек.

Катерина послушно нажала на замок ожерелья, сделанный в виде крошечного щита с геральдическим рисунком. Тот тихо щелкнул и раскрылся. Леон ахнул и низко опустил голову.

– Что же. Я всё равно теперь здесь чужой. Что мне за дело до королевства и ожерелий? – тихо сказал он.

Баюн смотрел на Катерину и его усы подрагивали. Катерина точно знала, что там, под усами скрывается улыбка. – Леон! – окликнула медленно шагнувшего прочь королевича.

– Чего?

– Ну, и куда ты пошел?

– Как куда? Тебя от матушки вызволил, кстати, не забудь потом об этом. Хотя… Я тебе всё равно больше должен. Короче, пора мне. Поеду к дядьке пока, а может и нет.

– Ты кое-что забыл. – Катерина подошла и протянула ему расстегнутое ожерелье, держа его обеими руками. – Возьми. Это твоё! Я отдаю его тебе! Ты королевич и будущий король этой земли.

– Сам суди, сам решай,

Время сам выбирай,

Подбирай и бросай,

Сам казни и прощай.

Леон медленно повернулся к Катерине и она вложила в его руки ожерелье. – Ты, ты это серьезно???

– Да. – кивнула Катерина.

– Но, я же… Я не могу…

Баюн выгнул спину. – Она же сказала, что ты сам можешь выбрать время. Вот и выбирай. Можешь вернуться назад и стать королем хоть завтра. И матушку отправить в подземелье. Кстати, заслужила. А можешь поехать к дядьке, и пусть они тут варятся в собственном соку, а если ты ожерелье сейчас сам застегнешь, никто из подданных королевства из границ не выедет. Когда будешь готов вернуться, приедешь и возьмешь своё. Матушку твою ожидает сюрприз, кстати. Она на троне сидеть может, пока ты разрешаешь. Но, вот сколько бы замуж не выходила, короля там не будет. Ты – король.

Леон медленно поднял драгоценность, посмотрел на неё, словно видел в первый раз и медленно свел концы вместе. Щелкнул замочек-щит. Неподалеку вспыхнула тонкая полоска на земле и побежала направо и налево.

– По приказу нового короля ожерелье закрывает границы, и ни один из твоих подданных выйти без твоего позволения теперь не сможет, а прочие не могут войти. – усмехнулся Баюн. – Так ты сейчас куда?

Леон поднял голову, посмотрел в небо и легко выдохнул. – К дядьке. Пока не готов я разгребать ту помойку, что матушка устроила.

– Тоже верно. Для всего своё время. – мурлыкнул Кот.

Леон подошел к Катерине и церемонно повел рукой в сторону. – Позволь поговорить!

Катерине больше всего хотелось сесть на Волка и улететь из этого места куда подальше. Но, она кивнула и отошла с королевичем в сторону.

– Ты хоть понимаешь, что подарила мне страну и трон? – вдруг весьма сварливо спросил Леон.

Катерина тут же вспомнила, что у этого человека, пусть он хоть триста раз король, мерзкий характер! И ответила вполне соответствующим тоном:

– Конечно, понимаю!

– И не жалко? – он усмехнулся Кате в лицо.

– Не жалко. – огрызнулась Катерина. – Что мне делать с чужим королевством?

Невозможный тип раздражал всё больше. Теперь он её внимательно рассматривал, а потом заявил:

– Ты меня всё время удивляешь. Я вообще-то много чего видел, даже когда мальчишкой был. Но ты ухитряешься делать всё не так, как сделала бы нормальная девушка.

– Чудненько! Значит, в ненормальная. – с готовностью согласилась Катерина.

– Вот именно! – довольно кивнул Леон. – И это замечательно! Ратко стоит побеспокоиться. – он рассмеялся чему-то своему и повел недоумевающую Катерину обратно.

Леон и Юрко верхом и со сменными конями, поехали к князю Бориславу нормальным путем, обычными дорогами. Остальные немного пролетели, нашли хорошее место, и Баюн раскатал избушку. Там и задержались. Волк мрачно спорил с Баюном, который никак не соглашался развалить замок. Жаруся сидела на ветке сосны над Катериной. А та просто уснула. Сидя на жестких сосновых корнях, и завернувшись в плащ, выданный ей Леоном.

Кир и Степан уже несколько раз поели и теперь прятались от Волка на чердаке, опасаясь, что он уточнит, а как так случилось, что они не сразу вызвали его самого и коней, чтобы вывезти Катерину из опасного места. Баюн доругавшись с Волком до хрипоты, ушел жаловаться Катерине, обнаружил, что она спит, и устроился рядом, правда, достав перину. Волк страдал.

– И чего ты маешься? – Катерина наконец проснулась, и потихоньку пошла на поиски братца.

– Хочу отплатить этой мерзавке. – Волк даже голову не повернул.

– Так уже отплачено. – Катерина села рядом.

– Как это отплачено? Чем это?

– Волчок, она же сейчас выяснит, что сын сбежал, отравить его не вышло. Что я сбежала вместе с ожерельем. Выйти никто не может. Советника нет и судя по Жарусе и не будет. А главное, она оказалась в чужой власти! Для неё это хуже, чем если бы ты её слопал! Ну, тут уж она сама себе устроила. – вздохнула Катерина.

– Ты что, и её жалеешь? – пораженный догадкой Волк наконец-то повернулся к Катерине.

– А что скажешь, разве она не жалкая? Всё же было! Муж любящий, сын хороший. Даже сейчас он не стал возвращаться и её в темницу садить, а то и казнить! Оставил как есть. Вполне хорошее королевство. Сама красавица редчайшая! Так нет, всё себе сама испоганила. Мужа отравила, сына чуть не отравила. Королевство обобрала, перенесла на другое место, но и там ей оказалось всего мало. Стравливала соседей, чтобы те воевали и покупали оружие у неё, но и того не хватило. Знаешь, сколько у неё воинов? Куда в лесу не плюнь, везде отряды. А это она всех крестьян подняла и заставила в наёмники идти. Соседям в аренду сдавала. Мне Юрко рассказал. А теперь они выйти из границ не могут. Источник дохода иссяк. Правда, и враги не войдут, так она сама себе худший враг. – Катерина безнадежно махнула рукой. – А самое для неё поганое, так это то, что у неё лицо темнеет.