Ольга Назарова – Каждый выбирает для себя (страница 49)

– Стой! Не смей! – Катерина не знала, что её голос может так звучать. Корень, почти придушивший Волка, заметно ослаб, решив, что крик сказочницы относится именно к нему. Корни, нацелившиеся на её класс, застыли в воздухе, покачиваясь из стороны в сторону. – Разошелся! Ты леший леса, который здесь уже не растет! Твоя сила в корнях и памяти! Не рискуй ею.

– А то что? – леший подобрался. Девчонка оказалась неожиданно нетрусливой. Знал бы он, как колотится сердце у сказочницы!

– То, что было в земле, тихо в землю уйдет,

То, что зло принесет, вверх уже не растет,

Не увидеть вновь солнца, дождя не испить,

Не расти, только черную злобу копить.

Распадутся все связи, рассыплется нить,

Позабудет сам корень, как выглядел ствол,

Если память нельзя на добро применить,

Значит, лес весь истлел, и трухою изошел.

Леший аж присел, когда над его головой обломился тяжеленный сук, рухнул и крошась на глазах, стал кучкой трухи на тропке. В лесу послышался треск и скрежет.

– Стой! Сказочница, остановись! Лес жив! Не губи его! Я не буду их убивать. – леший прохромал чуть ближе к Катерине, и внимательно всмотрелся в её лицо. – Помоги мне. – очень тихо сказал он.

– Что ты хочешь? – Катерина отчаянно боялась, но изо всех сил старалась этого не показывать.

– Найди мою дочь. И пусти нас в Лукоморье. Я найду спокойную пустошь, и там снова вырастет мой лес. Он сможет вырасти очень быстро. Туда придут звери и прилетят птицы. И там не будет людей.

– Будут. – вздохнула Катерина. – В Лукоморье люди есть, и ты это знаешь. И ты их будешь губить?

Леший сердито покосился на перепуганных детей, стоящих вокруг биологички. – Если не будут губить лес, и я их трогать не буду. Ладно. Уговор?

– Катя осторожнее! – Волк всё ещё лежал, прижатый толстенным корнем к земле, хотя петля на шее значительно ослабла. – Лешим верить нельзя.

– Молчи, бурая шавка! – леший повернулся и махнул было рукой, но его остановило выражение лица сказочницы, ставшее весьма грозным.

– Не смей! А то не только уговора и помощи не будет, но я продолжу и лес просто исчезнет… Отпусти его! Немедленно! И их тоже! – она кивнула на одноклассников и учительницу.

– Да нужны они мне. – фыркнул леший. Махнул рукой, корни убрались, тропинка перед классом очистилась, и раскутилась, как ковровая дорожка, куда-то за деревья. – Пусть идут. Правда, совсем пока не отпущу, не взыщи. Просто погуляют пока в сосновнике. Там светло. Да идите уже! Пока я не передумал! И ты тоже! – кивнул он учительнице. – А то не досчитаешься деточек… Волка, ладно, отпущу. – он глянул на корень, удерживающий Волка, тот тут же втянулся под землю, а Катин названный брат, моментально взвился с земли и оказался около неё. Но, не только он.

– А вам чего, особое приглашение надо? Идите за остальными! – леший хмуро покосился на Степана и Кира, которые оказались рядом с Катериной, не обращая никакого внимания на крики биологички и её призывные размахивания руками.

– Мы с ней. – и за себя и Кира ответил Степан. – Мы вместе. И без неё не пойдем.

Катерина глянула на них. Только на секунду, а потом посмотрела на лешего и кивнула головой. – Они со мной и Волком.

– Да мне без разницы. – леший опять фыркнул. – Дочь найди!

– Куда она пропала? – Катерина почувствовала себя значительно лучше, когда Волк оказался за её спиной, а мальчишки рядом с ним. Класс вместе с биологичкой умчался по тропинке, расстеленной взмахом руки лешего. Атмосфера становилась из трагичной вполне терпимой. Если конечно, не учитывать, что они вовсе не в Лукоморье, а в Москве, в Ботническом саду, и беседуют с самым настоящим лешим!

– Да тут она. В лесу. В этом. Но спряталась от меня. Я не могу уйти без неё. Она хочет остаться тут. Люди ей, видите ли нравятся! Дура! Спрячу в чаще, как найду! Только вот не вижу я её. А ты увидишь. Она в деревце обернулась.

– Да тут деревьев целый лес. – удивилась Катерина.

– Она особое деревце. Я её просто как деревце вижу, а сказочник увидит листья как цветы этого как его… Сонника. Вот.

– Сонник, это же первоцвет? Правильно?

– Точно. Такого же цвета листья. – леший помахал рукой, и лес вокруг стал зеленым. – Вот. Все зеленые, а эта, дочка моя, в листья другого цвета оделась.

– Сиреневые? – удивилась Катерина.

– Да! Именно сиреневые. Ищи сиреневые листья. Найдешь её!

Леший покрутил головой, словно надеясь найти дочку, потом подошел к дереву, из которого выбрался, открыл его и зашел внутрь. – Найдешь, кликни. Стукни по любому старому корню рукой. Скажи, чтобы старика позвали. Я приду. – леший погрозил пальцем Катерине, чтобы не расслаблялась и закрыл за собой ствол дерева.

– Дааа, вот тебе и урок биологии в Ботаническом саду. – протянул Степан у Катерины за спиной. – На урок зоологии в Зоопарк я не пойду. Страшно представить, кто там объявится.

– Ну, водяной может… Там же Пресненский источник. – машинально ответила Катерина, оглядывая деревья.

– Кать! Ты что, серьезно? – ошеломленно спросил Кир.

– Понятия не имею, кто из нечисти там может прятаться, если серьезно. – обернулась Катерина. – Но, сейчас меня больше волнует вон та данная конкретная нечисть. – она кивнула головой на дерево, в которое ушел леший.

Волк принюхался, покрутил головой. – Будет проще искать сверху. Выпустить он нас не выпустит, но если лететь не выше самых высоких деревьев, то можно посмотреть. – он подставил Катерине спину. Обернулся к мальчишкам. – Вы в чащу не ходите, пока побудьте со своими, учительницу успокойте.

Они взлетели сначала невысоко, потом выше, и тут Волк ощутил на шее словно удавку, которая тянула его вниз. – Вот гад, выше не позволит.

– Волчок, давай туда. Там молодая поросль. Вряд ли у него дочка обернулась старым деревом. Старые он, наверняка все знает отлично! – Катерина показала налево. Волк повернул, пролетели над молодым сосняком, опять перепугав несчастную биологичку и Катиных одноклассников.

Волк летал над молодым лесом, а Катерина лихорадочно соображала, как им быть. – Как ты думаешь, он нас отпустит, если мы дочь его отыщем? – тихо спросила она у Волка, когда они отлетели подальше от старых деревьев.

– Не обязательно. Лешие, они в принципе не понимают, что такое выполнять обещание. Ты его напугала, и только поэтому он и меня не придушил, и твоих одноклассников не уничтожил. Так что всё очень серьёзно.

Катерина покивала головой, и тут заметила яркую сиреневую вспышку среди зелени. – Волк, вон, видишь?

– Нет, и не смогу увидеть. Это только ты сможешь. Говори, куда лететь?

– Левее, а теперь прямо, хорошо, только давай чуть потише. Отлично! Стоп! Вот она. – Катерина говорила тихо-тихо, всматриваясь в нежно-сиреневые красивые листья.

– Я сейчас спущусь, но не на землю. А зависну. Ты со спины не спрыгивай. Он мог приказать следить корням за нашими шагами. – тихо проговорил Волк.

– Да, давай так. – Катерина, пока Волк медленно опускался, внимательно оглядывала деревце. Обычное деревце, если не считать необычного цвета листвы. Наконец, лапы Волка зависли в полуметре от земли. – Волчок, давай поближе к стволу, чуточку. Да, вот так.

– Дерево как дерево. Пахнет деревом. Странно. – проворчал Волк. – Как бы леший с нами свою игру не вел. Позови её.

– А как позвать? Он же не сказал, её зовут как? – растерялась Катерина.

И вдруг, дерево вздрогнуло. Затряслись листья, задрожали самые маленькие веточки, потом веточки потолще, наконец, завибрировал ствол, и в нем возникла небольшая трещинка. Трещинка всё увеличивалась и увеличивалась, пока, наконец, не открылась, словно дверцы распахнулись. А за дверцами оказалась девушка. И похожая на лешего и не похожая. Совсем светлая кожа, гладкая, как у человека. Руки нормальные, и пальцев пять, как положено. Только глаза необычного цвета. Ярко-ярко зеленые, да волосы такого же яркого зеленого цвета, а в них цветы сирени.

– Кто ты? – девушка изумленно смотрела на Катерину. – Ты сказочница?

– Да. – Катя, пожалуй, с неменьшим удивлением рассматривала девушку. Она, как-то не очень поверила рассказам лешего о его дочке, а оказалось, что это правда.

– Помоги мне. Молю, помоги. – вдруг заплакала девушка. Из глаз покатились огромные прозрачные слезы.

– Чем же я могу тебе помочь? – перепугалась Катерина.

– Помоги остаться с людьми! Мой отец велел тебе меня найти? Он хочет забрать меня в Лукоморские чащи, и никогда я не услышу песен и музыки, смеха детей и людской речи. Я не хочу!!! Когда в наших лесах появлялись люди, я помогала тем, кто заблудился, выводила, звала за собой. Освобождала от отцовских слуг, от коряг и корней. А когда люди начали селиться у леса, бегала к ним. Я пела садам, и они цвели на радость всем! Ко мне прилетали птицы, много птиц. Отец ругался, прятал меня в самых темных чащах. Леса вырубали. Мне жалко мои деревья, но я радуюсь каждому новому ростку, а отец не видит новых, он смотрит только на погубленные. А когда люди насадили этот сад, я решила, что останусь здесь. И не захотела уходить в Лукоморье. Помоги мне! Мне не выжить в темных чащах! Я зачахну там от тоски!

Катерина растерялась. Она была готова найти дочку лешего, вернуть её, и выручить и свой класс и Волка. А сейчас что делать? Отдать лешему вот эту ласковую и нежную сирень? А с другой стороны, жизни многих людей и Волка!