Ольга Назарова – Дорога в туман (страница 29)

– Вот же как хорошо, что Катерина Кащея на некоторое время обезвредила! Теперь не необходимости её прятать в её мире! – радовался Сивка.

– А с чего ты решил, что я о Кащее говорила-то? – вопросительно подняла бровь Яга.

– То есть как? Как не о Кащее? – Баюн чуть заикаться не начал от удивления.

– Да вот так. Мужичек с ноготок, борода с локоток её собрался украсть. Судя по всему он сам ещё не успел со своими планами к вам подобраться. Кащей опередил. Так что Катерину лучше убрать отсюда на какое-то время. Ей и так за два дня досталось… – тут Яга мрачно покосилась в сторону комнаты Степана, ей показалось, что она услышала какой-то звук с той стороны. Обнаружила не плотно закрытую дверь и махнула в сторону двери указательным пальцем. Дверь с силой распахнулась, и Степан, кубарем выкатился на середину горницы.

– И чего это мы подслушиваем, а? Разве тебе не говорили родители, что этого делать нельзя? – мрачно осведомился осипший Волк.

– Да я, это… – Степану было неловко, он-то просто хотел удостовериться, что домой им с Катериной не надо пока, а тут обратно надо. Расстроился, и, наверное, вздохнул слишком громко. – Ну, просто хотел узнать, что дальше.

– Вьюноша, правила хорошего тона ещё никто не отменял. – строго произнесла Яга. – Что ты тут забыл?

– Просто хотел узнать точно, что нам с Катькой пока не надо отсюда уходить, а, оказывается, надо. А, может и ничего страшного? Подумаешь, какой-то       с ноготок… Волк вон его одной лапой перешибет!

– Ой, дурачок! – Яга расхохоталась хриплым басом.

– Этого мужичка почти никто из богатырей победить не мог! У него силища несусветная. Кстати, его брат тебе должен быть известен. Черномор, карлик с бородой, из поэмы «Руслан и Людмила». – Кот крутил головой и фыркал, глядя, как Степан недоуменно пожимает плечами. – Ну, Пушкин написал! И фильм есть!

– Да я же в Англии учусь, там Пушкина не проходят. – Степан оправдывался, как двоечник. – Так, чего-то слышал, наверное, но не точно.

– Дааа, дружочек, плохо дело. Ты же вообще ничего не знаешь, оказывается. А я тебя ещё в Лукоморье привел. – вздохнул Кот, не подозревая, что отчаяние Степана увеличивается с каждым его словом. – Ладно, иди спасть, и не вздумай больше подслушивать! – Кот строго покосился на стул, так хорошо знакомый Степану и лапой указал на плотно закрывшуюся дверь комнаты. – Сторожи!

– Так, мы уходим завтра утром, вот прямо сразу. Больше рисковать я не буду. – решительно произнес Баюн.

– Правильно, тем более, что пока вас не будет, я пущу слухи, что Катерина у Кащея, болотника попрошу, чтоб помолчал пока. Мужичок с ноготок поищет, поищет, да и не найдет, а к Кащею в замок он не ходок, они сильно не ладят.

– Да с кем он ладит-то, мерзкий мелкий тип?! – Волк потягивался на печи. – Может и получится его обмануть на какое-то время. Да и Катерине надо передохнуть. По-моему она уже из последних

Катерина ежилась и терла глаза. Так рано вставать она терпеть не могла. Но, выслушав Кота, который просочился к ней ещё в темноте, когда рассвет только-только собирался начаться, Катя согласилась с ним. Только очередного злодея ей не хватало! Перебор уже. Хорошо бы и правда в себя немного прийти, тем более, что явно простыла, и вляпаться в очередное приключение с насморком, температурой и отчаянно болевшим горлом, ей категорически не хотелось.

– Могли бы хоть до завтрака подождать. – тихо пробурчал Степан. Он так напарился в бане, что никаких последствий визита к Кащею не ощущал. Возвращаться не хотел категорически, и раздумывал над неким хитрым тайным планом. – Есть охота.

– Ты как Баюн. – фыркнул Волк, внимательно осматривая окрестности и принюхиваясь. – Потерпи немного, в тереме позавтракаешь. А может, и пообедаешь.

– Что, так далеко идти? – испугался Степан.

– Да нет, сейчас уже Катерина ворота позовет. Просто там у вас время-то не сильно ушло вперед. Было же позднее утро, пока собирались, пока решали брать тебя или нет, пока ты собирался, пока мы тут были, может полчаса прошло по вашему времени, а может и час, сам считай, скоро обед. А кстати, ты помнишь, что ты на рыбалку шел?

– На какую рыбалку? – удивился Степан.

– Из дома ты на рыбалку отправился, удочку ещё брал. – усмехнулся Волк.

– Ааа, да, точно! Блин, как же я забыл совсем! Спасибо, что сказал, вот бы бабушка меня про рыбу спросила, а я и удочку на самое дно рюкзака засунул, хорошо хоть складная. – радовался Степан. И тут увидел как впереди, перед Катериной сплетаются уже знакомые очертания ворот. – Пришли. – добавил он расстроено.

– Все на месте? Степан, где ты? – окликнула его Катерина, и подойдя, сунула ему в руку серую шапку-невидимку. – Ты не забыл, что тебя тут не было? – улыбнулась она.

– Точно! – Степан напялил шапку на голову и исчез. Катерина вернулась к воротам и толкнула створки, ворота открылись.

Катерина переступала порог первая, потом Баюн, а потом, Волк, на которого наличие на голове Степана шапки-невидимки не произвело ни малейшего впечатления, так как нюх позволял «видеть» вокруг даже с завязанными глазами, прихватил Степана, который совсем не торопился уходить, за руку и втолкнул его в открытые ворота, и только потом прошел сам. Сивка покивал им головой и поскакал обратно в рощу. У него в Лукоморье были дела. Ворота закрылись.

Катерина пришла домой прилично простуженная и очень уставшая. Она и сама не поняла, как это так получается, что накапливается и усталость и напряжение. Рассказы заняли много времени, Волк и Баюн опасливо косились на Катину маму и бабушку. Те ужасались, само собой, но держались вполне прилично, хорошо хоть Катиного папы дома не было. Степана удалось спровадить на рыбалку, для обеспечения алиби и акклиматизации в родной реальности. Он мрачно отправился на озеро, отдав Волку шапку-невидимку. В процессе рассказов, Катерина, разумеется, проговорилась о присутствии в Лукоморье Степана.

– А я-то все думала, как скоро он туда с вами увяжется? – усмехнулась Катина мама.

– И ты не ругаешься? Не сердишься? – осторожно уточнила Катерина у мамы, но ответила ей бабушка.

– Милая моя девочка, когда мальчишки перестанут лезть в приключения, мир станет таким невыносимо скучным, что и передать нельзя! Правда, я подозреваю, что этого не случится. Так что все вполне ожидаемо. Единственное, как теперь будет себя чувствовать Степан, ведь ему осенью возвращаться в свою английскую школу?

Об этом же напряженно думал и сам Степан, сидя на берегу с удочкой в руке. Само собой, ничего он не поймал, так как пренебрег такой мелочью как наживка.

– Вот как теперь жить, а? После Лукоморья оказаться в такой дыре как эта школа, это совсем уже край… Да ещё без игр. А играть мне нельзя, опять сорвусь, а Катьки рядом уж точно не будет. Вот бы опять туда! Да на подольше! А что? Кащея теперь долго не будет, а этот, как его, который с локоток, борода с чего-то там, да ладно, справимся с ним! Как бы Баюна убедить, вернуться в Лукоморье, пока отец не надумал меня куда-нибудь до начала школы увезти. А там… А там видно будет! – мрачная складка на лбу начала разглаживаться. Идея остаться в Лукоморье самому, чем дальше тем больше нравилась Степану. – А что? Я тут вообще никому особо не нужен. Запихали в школу эту дурацкую! Кто меня спросил? Ах, английская школа, ах высшее общество! – он, глядя на воду, зло передразнил мамину приятельницу, которая и рекомендовала его родителям это заведение. – Не хо-чу!!!

Вернувшись домой, он объявил своей бабушке, что рыба не дура и ловиться не стала, и ему не повезло, перехватил бутерброд, и поднявшись в свою комнату, привычно запер дверь. Оглядев комнату, сам удивился, насколько он от неё уже отвык, оказывается. Швырнул рюкзак в угол.

– Так, надо смотреть за Катериной, как бы она ворота без меня не вызвала! – Степан очень опасался этого, поэтому, достал бинокль и пристроился наблюдать за соседним участком. Хотя, наблюдать оказалось очень скучно, Катерина не выходила вообще, сказочных героев тоже не было видно, и промаявшись пару часов, Степан не выдержал и пошел сам уточнить, как у неё дела.

А Катерина решила честно и заслуженно поболеть. Нет, понятно, что летом это делать особенно обидно, но раз уж простыла сначала на болотах, а потом у Кащея, и нос напоминает фонтан, из которого льет не переставая, выбора нет, лучше смириться и отдохнуть. Она устроилась в кресле-качалке с истошно поющей кошкой Феней и упаковкой бумажных носовых платков на коленях , и была практически на пути в Париж вместе в Д’Артаньяном и подвесками, как в дверь стукнули, она тут же открылась и в комнату ввалился Степан.

– А ты тут чего сидишь, когда такая погода? – раздраженно поинтересовался Степан, ещё бы, он полдня с биноклем её высматривает, а она в книжку уткнулась и кошку начесывает!

– Какая ещё погода? – тем же тоном ответила Катерина. – И тебе никто не говорил, что когда в дверь постучал, надо дождаться, когда тебе ответят?

– Неа, можно дождаться чего-то вроде «пошел вон, ничего не получишь», так что лучше сразу входить! – нахально фыркнул Степан.

– Мне ещё и сейчас не поздно повторить эту фразу. – Катерина высморкалась, мрачно посмотрела на незваного гостя и спросила – Ты ещё здесь? Надо чего? Видишь, болею, насморк и вообще… Иди отсюда куда-нибудь, где поинтереснее.