Ольга Назарова – Дорога в туман (страница 28)

Ледяные владения Кащея приближались стремительно. Вихрь поставил Катерину на пол в галерее и растворился, распался на множество маленьких сквознячков, пронизывая весь Кащеев замок.

– Волк, Степан! – Катерина неслась по галерее, в белый зал, вот открытый люк над ямой. – Успела!

– Катя? А где Кащей? – только и сумел спросить удивленный Волк, Степан просто прислонился к волчьему боку и закрыл глаза от облегчения.

– Занят он и надолго, надеюсь. И них беседа с трясинником в омуте под часовой ивой. – отчиталась Катерина. – Как тебя можно освободить? – спросила она у Волка.

– Катюш, ты только не расстраивайся. Забирай Степана. Надо найти веревку, привязать её, да хоть к трону и Степан выберется. Я не смогу. Лапы скованы, их втянуло в лед, и он поднимается все выше. Приказать такому льду растаять может только Кащей. Это его ледяные цепи.– Волк опустил голову и тяжело вздохнул.

Катерина закусила зубами варежку, чтобы не заплакать. С обледенелой варежки от её тепла покатилась капелька воды, и Катерина вдруг сообразила, что она должна сделать. Она опустилась на колени над ямой и проговорила.

–Цепи изо льда растопи вода

Унеси их прочь, в ледяную ночь

Пусть скует мороз из цепей торос

Далеко в морях, в ледяных краях.

И легонько тряхнула над ямой варежкой. Крошечная капелька упала вниз, мимо стен ледяной ловушки, пролетела мимо Степана, мимо Волка, упала на пол ямы и мгновенно прожгла ледяной пол, провалилась в него. И от этой крохотной капельки, а точнее от слов сказочницы, в ледяной яме начали твориться удивительные вещи. Ледяной пол задрожал, и начал покрываться трещинами, а из трещин стала выступать вода, вокруг волчьих лап лед стал таять так, как будто Волк был раскаленным. Уже через пару минут лапы полностью освободились, а вода в яме дошла Степану, ошалело уставившемуся на творящиеся чудеса, до колен.

– Степан, держись. – Волк не стал ждать дальнейшего таяния, схватил мальчишку за ворот и закинул себе на спину, через секунду он уже оказался рядом с Катериной, так и стоящей на коленках у края ямы.

– Глазам своим не верю. – пробормотал Степан, глядя, как из ямы неспешно поднимается столб воды, который ведет себя вопреки всем законам физики. Столб, медленно вращаясь, выплыл из ямы и вылетел в огромное окно замка. Пол ямы стал сухим, каменным и находился очень глубоко.

– Растаяли и улетели. – пробормотал Волк. – Катюша, это потрясающе! Ты заставила убраться Кащеевы ледяные цепи. Но, это мы потом обсудим, а сейчас нам бы убраться отсюда поскорее. – Волк торопливо разминал закоченевшие лапы и нервно оглядывался по сторонам. – Катя, скорее садись, Степан, держись крепче за Катерину.

Степан был такой замерзший и измученный, что в полете Катерина потихоньку придерживала его плащ, опасаясь, что он разожмет руки и свалится. Правда, далеко улететь им не удалось. Они ещё не пересекли границы владений Кащея, как вдруг показалась яркая точка в небе, она стремительно увеличивалась, и вот уже вокруг Волка рассыпаются яркие огоньки от крыльев Жаруси, а Сивка, на котором пронзительно вопит от радости Баюн, перехватывает со спины Волка Степана.

Глава 12. Как найти сказочную корову

– Как я зззамерззз! Я на всю жизнь ззамерзз. – баня заполнена паром и в нем сидит Степан, который все стучит зубами. – Ко мне сейчас примерзнет веник!

На печи в горнице во всю длину блаженно растянулся Волк, накрытый тремя одеялами, которому Баюн подсунул прямо под нос миску с горячим молоком и какими-то травами, а за столом Катерина отчитывается перед Ягой.

– Да как же ты вспомнила про Горыныча! И он вопил? Ай, молодца девка! Ай, хорошо! Ай, жалко я не видела, какая физиономия была у Кащея. И лягушку сперла? Молодца! А трясинник-то как счастлив! На болотах говорят, что Кащей уже уморозился на несколько метров вглубь омута. А красавица наша Царевна-лягушка благополучно проснулась, и собирается в свою сказку вернуться. Просила передать тебе великую благодарность и приглашение в гости! Это ж надо! Сперла лягушку в кармане! Девка, я тебя уважаю! И заставить растаять лед во дворце Кащея! Это уже очень даже хорошо, прямо скажем, отлично!

– Да, Катерина, – откашлялся осипший Волк. – Ты меня поразила. Обыграть Кащея! Я уж думал все, заморозит он нас медленно, по частям, и насмерть. А ты его в болото! Меня ты просто спасла! Эта яма покрывает льдом пленников все выше и выше, если Кащей не остановит. Степан был на мне, когда мы туда упали, поэтому ему ноги не прихватило, а я… Меня бы Кащей не выпустил. Как тебе пришло в голову так растопить ледяную яму?

– А что я ещё могла сделать? Я увидела что с варежки снег растаял, и как-то придумалось… Как я рада, что получилось! – Катя грела руки об чашку чая, и радовалась, что у неё получилось выручить Волка.

– Кстати, как там наш мальчик? Он не упарился там? Хорошо бы его из бани уже извлечь! – заинтересовался Сивка.

– Счас! – Баюн чего-то мавкнул, и в сторону банной двери проскакал уже хорошо известный Степану особо исполнительный стул. – Да, подожди, надо, что б он там оделся! – вслед стулу заорал Баюн, уяснивший, что лучше четко разъяснить приказ, а то потом проблем не оберешься.

– Катенька, солнышко, может, сливочек ещё? – замурчал он в сторону Катерины. – Мороженное не предлагаю, а вот сливочки тепленькие, как раз прийдутся, да?

– Баюш, не сердись, что я сбежала, ладно? – Катерина придвинулась и начала начесывать Кота за ухом. – Я не могла иначе сделать.

– Если бы я мог представить, что ты такое с Кащеем ухитришься утворить, я бы тебя туда сам бы доставил, лично, собственными лапами, так сказать! – довольно ухмыльнулся Баюн. – Но кто бы мог предположить!

– А без тебя я бы и не справилась. Ты же мне про Кащея рассказывал, я и поняла, как с ним разговаривать, правда, я не ожидала, что он так выглядит.

– Да он по-разному выглядит. Как хочет, вообщем-то, так и выглядит. С тобой какой был?

– Красавец писанный. – мрачно описал Кащея сиплым голосом Волк. – Пел Катерине про одиночество.

– Ага, никто меня не понимает, я неприкаянный такой, поймите же мои страданья и дайте, дайте мне покой. – хихикнула Катерина. – Я была в шоке. Он что, серьезно думал, что это кого-то обманет?

– Ах, ну конечно, серьезно. – проговорила Жаруся, заглядываясь на свое отражение в огромном самоваре. – Есть категория девиц, и взрослых и не очень, которым только дай добраться до злодея, как они его сразу кидаются спасать своим пониманием и любовью. Я вот когда ещё в музее была, так там сотрудница обожала смотреть что-то такое этакое. В фильме вампир и оборотень, оба героиню типа любят, я все ждала, кто же из них её первый сожрет. Забавно, да? Это как шашлык собирается своим личным обаянием заставить сильно голодного человека стать вегетарианцем!

– А, есть такое кино. – вспомнила Катерина. – Там и вампир и оборотень её не слопали, а, наоборот, любили и защищали.

– Муть-то какая. – вздохнул Сивка.

– Я и говорю, что муть. Но, смотрят же! И любят такое. Мне так и хотелось крикнуть, что героиня эта самая для них еда, деликатес, они её уважают исключительно гастрономически!

Волк скривился над миской с молоком. И фыркнул.

– Да не пускай ты в молоко пузыри, а допивай! Про тебя речи нет. Ты девиц не жрал ни разу, насколько я тебя помню. – прикрикнула на него Яга. – А я тебя давненько помню!

И тут из двери, ведущей в баню, вырвались облака пара и показался стул со Степаном. Степан выглядел осоловевшим, но был одет и даже согрелся.

– Ты как? – спросила у него Катерина.

– Нормально. Только жарко чего-то. – он недоуменно оглянулся, так как рассмеялись все присутствующие.

– Степ, да ты там столько времени провел, что мы боялись, ты совсем растаешь. – объяснила, отсмеявшись, Катерина.

– Теперь, надо бы сообразить, куда дальше надо идти, сказки будить. – сказала она, когда все всё доели и допили. – Мне у Кащея надо бы хоть немного поработать.

– Ты с ума сошла? – возмутился Степан. – У этого злодея?

– Степ, сказки-то тамошние не виноваты. Им и так труднее живется, раз этот негодяй рядом, к тому же, я все равно должна туман прогонять. – сказала разумная Катерина.

– Ладно-ладно, тебе отдохнуть сначала надо. Так что утро вечера мудренее. – важно заявил Баюн.

Катерина так нанервничалась, и переволновалась, так намерзлась за этот день, что пожелав всем спокойной ночи, тут же удалилась в свою комнату, где едва заставив себя почистить зубы и умыться, рухнула в перину и тут же уснула. Степан тоже помахал всем рукой и удалился к себе, правда, почему-то не очень плотно прикрыл дверь, но этого никто не заметил.

– Дааа, вот так денек у нас сегодня! – протянул Кот, пододвигая к себе очередную чашу со сливками. – Катерина-то какова! Она, по-моему и сама не поняла, что она ухитрилась сделать. Это же надо, она управилась с тем, что принадлежит Кащею и слушается только его. Он от ярости заледенеет!

– Скорее, начнет еще какую-нибудь пакость придумывать. – задумчиво произнесла Яга, отлично знавшая Кащея. – Конечно, когда из болота выберется. А это, что-то мне кажется, не скоро случится. И он же сам, сам, велел вихрю доставить того, кого Катерина выберет, туда, куда она захочет      ! Хе, вот ведь детки пошли… – она ухмыльнулась и помахала в воздухе рукой, отчего у Кота шерсть поднялась дыбом и заискрилась.