Ольга Назарова – Дорога в туман (страница 21)

– Ругается зверски, кричит, что его обокрали, обобрали и обездолили, причем вход в пещеру был заложен им самим, и к нему никто не прикасался.

Приземлившись, Жабинку определили в ближайшей к Дубу глубокой луже, где она моментально нырнула поглубже и пообещала никуда не уходить. Из Дуба им навстречу выскочил Степан, а за ним несся стул.

– Кот, убери ты его! Он меня замучил уже! Ему почему-то надо чтобы я сидел у окна! – Степан пробежал только половину расстояния до вернувшейся компании, когда стул его догнал, поддал под коленки, и торжественно увез в дом. Степан обреченно развел руками, и покрутил пальцем у виска, показывая на норовистый предмет мебели.

– Кот, тебе надо провести беседу с обстановкой. – серьезно заметил Волк, – Они очень буквально все понимают. Я Степану посоветовал отдохнуть, посидеть на стуле у окошка, а стул воспринял это как приказ.

– Мне с тобой беседу надо провести! Не говори такое, когда мы уезжаем, и кто-то чужой остается. Мебель хорошо воспитана, сказано ей, что гость должон сидеть у окна, вот и пущай сидит! – Кот повел лапой, стул остановился у стола, Степан опасливо встал с него, бегом кинулся в свою комнату и рухнул на кровать. Потом поднял голову и спросил оттуда:

– Как съездили? Как сказочный детектив?

– Превратился в историю о похищении ребенка в корыстных целях, спасении оного гуськом ощипанным и последующем наказании злоумышленницы. – отрапортовала Катерина и объяснила, – Горыныч сказки перепутал, про дудочку неизвестно где, а у него про Терешечку.

Следующим утром, очень рано всех поднял Кот, он начал что-то петь омерзительным мявом, и бодро поднимал всех к завтраку.

– Сегодня важная поездка, раньше начнем, раньше закончим дело.

– Если он будет так петь, он меня прикончит, или я его, как получится. – на ухо Катерине прошептал Волк. Слух у Волка очень тонкий, поэтому Баюновы утренние песни он переносил с большим трудом.

– Котик, а Котик, а какая там сказка? – Катерина нервничала, потому что это был самый главный вопрос, и ответа на него она вчера так и не получила.

– Не знаю уже теперь. – мрачно признался Кот. – Как раз там и должен был быть Терешечка, я был в этом железно уверен. Он должен был плавать в лодочке по реке, которая из Трясинного края вытекает, а вот оказался около Горыныча.

– Интересно будет, если там как раз сказка о Волшебной дудочке. Там, помнится, тростник фигурирует. Может, как раз это на болоте и есть? – задумалась Катерина.

– У нас уже все может быть! То есть вообще все, без исключения! – безнадежно махнул правой лапой Кот. – Я уже ни за что ручаться не могу. Кроме того, что нам пора ехать.

– Баюшенька, а вот как бы с жабой потренироваться? Я как-то не очень себе представляю, как на ней ездить.

– Тем более вдвоем со Степаном! Я тебя одну в трясину не отпущу! – категорично заявил Волк.

–На жабе ехать? Это шутка что ли? – засмеялся Степан. Он себя пока держал тише воды, и ниже травы. Очень уж все было необычным, сказочным, а то и страшным. Он был уверен, что с его опытом приключений в виртуальной реальности, он легко воспримет любые чудеса и любых существ. Но, до сих пор вздрагивал от близкого соседства Волка в звериной шкуре. От полета на Сивке по небу. А от Горыныча до сих пор поджилки тряслись мелко и противно. Поездка на жабе представлялась делом невозможным и просто смешным.

– Да уж какая тут шутка. Жаба раздувается в стог величиной. И двигается быстро. – просветил его Волк, внезапно возникнув над ухом. – Чего ты подскакиваешь все время? Боишься меня что ли? – волчьи глаза сощурились в узкие холодные щелки. – Правильно делаешь. Если Катерину не подстрахуешь и не убережешь, лучше из тумана не возвращайся. Сожру. – он на секунду открыл пасть и демонстративно зевнул. Собираясь везти Катерину, он увеличился, и пасть была размером с крокодилью.

– Волк, не пугай ты его. – сказал Кот. – Степа, пока твоя работа, следить, чтобы никто к вам не приближался. В тумане можете двигаться или вы с Катериной или пришлая нечисть. Вот, если такое что-то заметил, зови нас. Мы вас оттуда заберем. Держи рожок. Перекинь через плечо ремень и если что, сильно подуй. – серебряный небольшой рожок удобно устроился за спиной у Степана.

– Да, кстати, возьми меч. – Волк небрежно кивнул на ножны с коротким мечом, с которым Степан упражнялся. – Толку от тебя с мечом никакого, но пока мы долетим, хоть попугаешь, если что. В бой не вступай, уворачивайся, понял? – видя, что Степан зачарованно оглаживает меч, рявкнул погромче, – Понял?

Степан был оскорблен. Да, Волк его мотал по всей оружейной, но, с противником послабее он запросто справиться!

– Опять не понял. – вздохнул Волк, мгновенно оборотился в человека, и ещё не поднявшись с земли, одним движением левой ладони опрокинул размечтавшегося Степана на землю. – Я же тебе русским языком объясняю, что ты должен делать. Тебе надо не подвести Катерину. Все. Больше от тебя ничего не требуется. Ты именно для этого здесь. Очень хочешь, чтобы тебя убили, дело твое, но при этом ты её можешь погубить! Ты и понятия не имеешь, с кем можешь столкнуться! И, да, вот ещё что! Я ни разу в полную силу тебя не бил, тебе это не пережить, даже в двадцатую часть моей силы ты не получал, но так, для наглядности, смотри! – Волк подошел к камню, лежащему в нескольких шагах от Степана. Камень был размером с большой обеденный стол. Волк коротко размахнувшись, ударил по камню ребром руки. Секунду ничего не происходило, и Степан успел про себя ухмыльнуться, как вдруг раздался треск, по камню пробежала трещина, которая стала расширяться, и через полминуты камень развалился на две половины. Степан разинул рот и остолбенел.

– Наглядно? – уточнил Баюн. – Друг мой, а в волчьей шкуре Бурый гораздо сильнее, чем как человек. Кстати, Волк, камешек верни назад, мне на нем сидеть приятно.

– Обойдешься, – проворчал Волк. – Я не люблю этим заниматься.

– Знаю, что не любишь, но если развалил, исправь. Будь любезен.

И пока Волк тяжело вздыхал, пожимал плечами и чесал затылок, опять припоминая как восстанавливать разбитое, Кот помог Степану встать, отряхнул, посоветовал закрыть рот и прикинуть, что может сделать Волк в своем обычном виде.

– Он, конечно, очень силен. Но, понимаешь, там, в тумане можно встретиться с кучей разных тварей. Меняющих вид, коварных и злобных, и очень сильных. Сильнее, чем человек. Волк тебя, конечно, учить будет и дальше, мало ли, пригодится, но на рожон не лезь. – объяснял Кот.

Волк, наконец, восстановил камень, вернулся в привычное волчье обличье, и отправился уточнить, что там Катерина делает.

– Баюн, а спросить можно? – подождав, пока Волк подальше уйдет, решился Степан. Дождался довольного кивка Баюна, и продолжил, – А почему вы все-таки меня взяли? В конце-концов, подать сигнал, подув в рожок, Катька и сама могла. Драться мне нельзя. Сам я тут ничего сделать не могу. Зачем я вам сдался?

– Хороший вопрос. Волк и Сивка до сих пор сомневаются. – фыркнул Баюн. – Видишь ли, ты лучше Катерины знаешь тех, с кем она может столкнуться в тумане.

– Кого это тех? – не понял Степан.

– В тумане на Лукоморье идут те твари, с которыми вы так охотно забавляетесь в ваших играх, на которых вы с радостью смотрите в кино, которым вы даете силу жить и нападать на эти земли. – печально ответил Баюн и отвернулся от Степана.

Степан похолодел. Совсем недавно, познакомившись с Горынычем, он бурно радовался, что дракон драконом, но орков, вурдалаков, зомби, мутантов и прочих монстров тут нет. Не было их в русских сказках. А вот теперь что выходит? Что, только избавившись от них во сне, он вляпался в такое же наяву. И убить они его вполне могут? И его тут держат как знатока нечисти? Консультанта, так сказать? Или как первое блюдо?

– Неет, я не пойду туда, ни за что! – Степан понимал, что выглядит трусом, но ничего с собой поделать не мог. – Вы, вы даже не представляете себе, и Катька не представляет, какие они!

– Да что ты говоришь? – вкрадчиво уточнил Баюн. – И так уж не знаем, не понимаем, и не представляем? И Катюша такая ромашка, и ничьи сны она не прогоняла, и не смотрела много дней, что там к тебе лезло? И мы-то это на наши земли не приманиваем, это ты, мой милый друг, и такие же как ты любители пощекотать нервишки, им дают силы. Огромные! Ты влез в это по самое горло, сам влез, заметь. Без Катерины ты бы погиб, тебе немного совсем оставалось, максимум месяц-два. Они бы из тебя все силы выкачали. Им же только это и надо! – сердито проговорил Баюн. Его толстенный пушистый хвост раздраженно мотался из стороны в сторону. – Хотя, как знаешь, мы никого не заставляем. Вернешься сегодня же, и сиди в своей комнате, играй, хоть до полной отключки, и не переставая бойся уснуть, они все равно тебя дождутся! Каждый выбирает для себя! Иди, собирайся, я проведу тебя обратно! – Кот презрительно поднял усы и оскалился. Поглядел на бледного и перепуганного Степана, аккуратно его обошел, и отправился к Катерине.

Катерина, Волк, Жаруся и Сивка, который как раз накануне вернулся, внимательно разглядывали что-то в луже.

– И что это вы изучаете? – любезно поинтересовался Баюн.

– Жабу уговариваем. – вздохнул Сивка. – Не уговаривается.

– Она, бедняжка, только из тумана, и близко теперь не хочет к нему подходить. В смысле, подпрыгивать. – мелодично объяснила Жаруся, сидящая на спине Сивки.