Ольга Мигель – Зов скорби (страница 32)

— Так, может, расскажешь, как ты выбралась из Стены Санкора? — спросил Карил, переведя коня с галопа на рысь.

Вот уже два дня, как мы ехали по степи. И, к счастью, не встретили никаких милых подорожников, которые бы приветливо размахивали саблями. Непрерывная езда галопом с остановками только на ночевку уже сама по себе утомляла. А лошадей, если б не магия, уже давно заставила бы задрать копыта к небу, и с пеной у рта попросить передать овдовевшим кобылам, что они их любили. Но лучше уж так, чем спокойно волочиться, встретиться с несколькими бандами и в результате прибыть в Фетесарин на день-два позже запланированного срока… если вообще прибыть.

— Что-то нет настроения, — отмахнулась я и демонстративно зевнула, хотя на самом деле душа подскочила так, будто села на йоговскую кровать.

— А мне кажется, что ты продолжаешь уклоняться от разговора.

— Ни от чего я не уклоняюсь… — и тут я как раз вовремя заметила, что прямо на меня что-то летит! Благодаря прекрасной реакции, подаренной мне вместе с Покровительством Стихий, я смогла уклониться и вдобавок распознать в НЛО довольно крупную птичку. Интересно, почему она так обезумела, что не смотрела, куда несется? — Просто мне лень, — буркнула я, сверля взглядом затылок своего коня.

— Ничего себе, лень! — оторопел Карил. — Тебе удалось спастись, покинуть место, из которого не возвращаются! Но со Стены Санкора выход один — Зов! Поэтому я никак не пойму, кого ты могла позвать, если в этом мире знаешь только Вадима (а я сомневаюсь, что ты звала бы его на помощь), нас с Фандорой, Фамала, ну, еще несколько купцов и…

Вдруг Карил замолчал. Что ж, думаю, теперь он не только понял, кто вывел меня со стены, но и догадался, почему у него отняли раскопки.

Виновато потупив взор, я снова перевела лошадь на галоп.

На следующий день мы с Карилом почти не разговаривали. Поэтому единственным, что немного разнообразило дорогу, были еще несколько птиц, которые неистово пронеслись мимо. Теперь это озадачило нас обоих. Да, одна птичка — это еще ничего удивительного, три — ну и что, семь — всякое бывает. Но целая стая здоровенных птиц, которая чудом не сбивает с ног, уже однозначно свидетельствует, что здесь действительно что-то неладно. А когда недалеко от них, так же в истерике, несется тагран, возникает навязчивая идея изменить маршрут.

— Интересно, что их всех так напугало? — проговорила я, когда мы остановили лошадей, устремив взгляд вдаль. Казалось бы, ничего особенного там не было.

— Не волнуйся, скоро узнаем, — отмахнулся эльф.

— Мы что, так и поедем вперед? Там может быть что-то опасное!

— Поэтому мы туда и поедем. Я маг, это мой долг.

— Но с тем, что впереди, ты один можешь не справиться. И даже если я применю свои скудные умение, это тоже вряд ли поможет.

— Тогда вызову подкрепление.

— Ага. Сначала неделю будешь ловить почтового голубя, затем столько же ждать, пока он долетит до Фетесарина и вернется с подмогой в виде двух кур и утки с птичьего рынка.

— Твои предложения?

— Добраться до Фетесарина, передать Гильдии все находки с раскопок, а уже потом ехать сюда с несколькими магами разбираться с тем, что здесь происходит.

— Ты забываешь кое-что: мы приведем сюда пол-Гильдии, а там может быть какая-то ерунда.

— Такая ерунда, что даже тагран испугался.

— Алиса, хватит! — настойчиво проговорил Карил. — Мы поедем тем же маршрутом и будем присматриваться к животным. Набредем на что-то необычное — разберемся. Кстати, чтоб ты знала, почтовых голубей магам ловить не нужно! В больших городах есть талиры — дорогой прибор, из магических технологий: что-то вроде ваших телефонов, только сигнал передается магическими импульсами. А если нужен почтальон, достаточно увидеть какое-то животное (желательно летающее), войти с ним в ментальный контакт и заставить его приблизиться к тебе. После остается повесить на шею почтовую сумочку с письмом и заговорить животное отнести его адресату. А если ты передашь животному немного магии, оно сможет автоматически телепортироваться на определенное расстояние. Тогда письмо будет получено не через неделю, а в тот же день.

— Это трудно?

— Не труднее, чем выбраться из Стены Санкора, — буркнул волшебник. Похоже, он до сих пор сердится.

— Хватит капризничать! — раздраженно рявкнула я. — Ведешь себя как ребенок, у которого забрали любимую атомную бомбу! Ты же эльф, носитель тысячелетней мудрости!..

— Простите, чего? — оторопел Карил. — Алиса, какая к черту тысячелетняя мудрость? Мне тридцать один год!

— Правда? — удивилась я. — Разве эльфы не живут веками, оставаясь вечно молодыми?

По выражению лица Карила я поняла — видимо, нет.

— Пожалуйста, скажи, кто ляпнул тебе такую??ересь? — наконец сумел выдавить из себя волшебник. — Продолжительность жизни эльфов, дриад и гномов почти не отличается от продолжительности жизни людей. Почему кто-то из нас должен жить тысячелетия только потому, что его породила другая стихия? Откуда у тебя столько глупостей в голове?

— Пожалуйста, забудь, — покраснела я. Оказывается, разрыв шаблона — вещь очень болезненная. Вот к чему приводит злоупотребление фэнтези…

— Может, мне вообще обо всем забыть? — продолжал дуться маг.

— Было бы неплохо! — не выдержала я. — Сколько можно? Неужели у тебя ни разу не мелькнула мысль, что я это не просто так сделала?

Ответа я не услышала. Карил молча пришпорил коня и поскакал галопом. Чтобы не остаться далеко позади, я последовала его примеру и скоро почти поравнялась с ним.

— Я же говорила, что надо сразу идти за подмогой! — проворчала я. И на то была еще какая веская причина!

После нескольких встреч с обезумевшими животными мы целый день проехали в относительном спокойствии… пока не наткнулись на широкое кольцо седой травы, которое окружало зловещую черную дыру около метра диаметром. Описать ее иначе, как «черная дыра», я не могла. Это не была пропасть, пятно или густой туман. Только бездонная черная пустота, ничто.

Когда я ступила на седую траву, она рассыпалась пеплом, а меня охватил безудержный, животный страх. Вся моя сущность желала, приказывала лишь одно: развернуться и бежать куда угодно, только бы подальше от этого места.

— Интересно, что это такое? — прошептала я, панически отступив на несколько шагов назад.

— Если не ошибаюсь, то континтарда, дыра в пространстве. Ранее о существовании чего-то подобного говорили только теоретически. А сейчас перед нами первый в истории наглядный пример.

— Это из-за прорехи?

— Удивлюсь, если причина какая-то другая. Две реальности не могут существовать, имея между собой связный портал, поэтому начинается разрушение.

— А мой мир? В нем такие штуки тоже уже появились?

— Не знаю, но, вероятно, нет. Если я правильно понимаю, то сила вылетела именно из этого мира, поэтому здесь, у нас, что-то не так. Соответственно, этот мир и начнет разрушаться первым… точнее, уже начинает.

— Так с континтардой уже ничего нельзя сделать?

— Почему же? Еще как можно! Время, похоже, пошло на часы. Сейчас она не очень большая, поэтому ее еще возможно залатать, пока не растянулась. Вот только вызову подмогу…

— Из стихийщиков?

— Да, а что?

— Может лучше…

— Нет, Алиса, обойдемся без некромантов!

Оглянувшись на аномалию, я увидела похожее на суслика животное, которое подползло к кольцу седой травы. Но лишь коснувшись его, резко развернулось и дало деру с такой скоростью, что лети впереди него ракета, оно бы и ее обогнало.

Вместо того, чтобы наблюдать за сусликами, Карил сел писать письмо.

Он действительно ведет себя как ребенок, или только притворяется? Понятно же, что стихийщикам это не под силу! Придется бунтовать.

— Карил, раз уж представился случай, можешь объяснить, как ловить животных и заговаривать их на работу почтальоном?

— Мне нетрудно. Слушай.

Через несколько минут я, пройдя курс молодого партизана, выглядывала на небе то, что умело бы летать. А вместе с тем строчила на коленке письмо — кстати, на листке бумаги, который минуту назад был форзацем учебника по истории.

Когда я закончила, то положила его в маленький мешочек, найденный в вещах Карила, пока тот возился с обедом.

Наконец мне повезло! Прямо к нам летела средних размеров птица — похоже, сокол, только угольно-черный.

Вероятно, после этой выходки у меня будут проблемы, но подумаю об этом после. Сейчас нужно сосредоточиться.

Я не отводила взгляда от птицы и будто чувствовала, как потоки энергии из моего тела лентами тянутся к ней, опоясывают тело, проникают в сознание…

Вдруг птица, долетев до места, под которым начиналось кольцо мертвой травы, развернулась, и помчалась было назад, но мне удалось ее удержать. Она начал снижаться и через минуту уже сидел на моей руке.

Несколько секунд я рассматривала красивое животное, а затем повесила ему на шею мешочек с письмом и, представив главу некромантов, прошептала:

— Ларгус Агердон.

Я передала птице немного магии, подбросила ее и проследила взглядом. Спустя минуту почтальон исчез.

— Алиса, иди обедать! — позвал Карил, извлекая из костра печеную картошку.

Похоже, теперь я могу спокойно поесть. Стоит воспользоваться случаем, потому что когда Карил узнает о моем поступке, то в следующий раз вместо картошки испечет в костре меня.

Утром я проснулась от горячего влажного дыхания, которое ласкало мое лицо.