Ольга Мальцева – Хочу быть богатой и знаменитой (страница 3)

Александр Иванович сделал очередной глоток ройбуша и поморщился.

— Переговоры закончились, страсти улеглись. Зовем на ковер Регину, рассказывай, что и как. Она и поведала, что декан указала ей на Таню Коркину, но к ней в обязательном порядке прилагался Эммануил Пряхин.

— Детдомовские они, — Каратаев вздохнул и продолжил, — вышли из детдома, как вышли — сбежали. Что там было, одному Господу Богу известно, но как только Эмику исполнилось восемнадцать, от собеса дали им комнатку убогую, одну на двоих. Прибил бы крыс канцелярских! Не родственники, к тому же разнополые — безобразие! Но им деваться некуда. Вот и держатся они друг за друга. А дети талантливые.

— Вот такие ребята, — Александр Иванович поднял большой палец вверх.

— Регина перед переговорами приодела их на свои деньги, чтобы выглядели по-людски. На другой день пришли, вещи назад принесли, вернуть хотели, так их охрана не пустила — так были бедно детки одеты.

Каратаев вздохнув, аккуратно поставил пустую чашку на столик:

— Регина и приняла их под свое крыло. А Эмик — он программист, компьютерщик Божьей милостью. Так что мы не потеряли, а только приобрели. Вот такая история!

В кабинете стало тихо, каждый думал в этот момент о своем.

Открылась дверь кабинета:

— Здравия желаю!

Все дружно повернули головы в сторону вошедшего. Военная выправка, громкий голос, четкая дикция выдавала в нем начальника службы безопасности.

— Про детей полка речь? Хотел про них же спросить. Александр Иванович, Эммануила на завтра к своим забрать могу? Они говорят, что систему видеонаблюдения перетряхнуть надо. Пусть посмотрит? В прошлый раз малец там пошаманил, что-то перенастроил и все нормально пошло. Как ситуация складывается? На завтра?

Генеральный кивнул:

— Про них поговори с Вороновой. Может и найдет для твоих героев время.

Ожил интерком:

— Роман Александрович, Воронова подошла.

— Пусть войдет, — Александр Иванович встал из-за стола и пошел к двери.

Тимур и Роман переглянулись и тоже поднялись.

В кабинет вошла золотоволосая девушка. Хрупкая фигурка, невысокий рост, красивые кисти рук, держащие папку, они кажутся такими тонкими, почти прозрачными. Большие голубые глаза с такой печалью где-то на дне, что хочется заглянуть в них еще раз, а может и не раз, чтобы убедиться, что не привиделось, не померещилось. И плечи, как-то странно она держит плечи, как будто потревожить боится. А как забудется и расслабит мышцы, и вдруг замирает, чуть-чуть закусив нижнюю губу.

Тимуру показалось, что вошла девочка, только она очень-очень старается быть взрослой. Этакое противоречие между миниатюрной фигуркой и уверенным поведением взрослого человека. И глаза, которые выдают не возраст, нет, выдают какой-то печальный жизненный опыт.

Улыбнулась краешками губ:

— Здравствуйте! Александр Иванович, вы просили зайти.

Александр Иванович с удовольствием наблюдал за реакцией молодых людей. Понятно было, что каждый из них нарисовал себе портрет этой «дамы». Сейчас, сравнивая ожидаемое и реальное, они явно пребывали сначала в недоумении, а потом в изумлении. Про себя посмеивался и потирал руки — сюрприз удался. Махнул рукой в сторону стола:

— Да, Регина, проходи. Вот документы, которые тебе нужны будут. Эта папка — переговоры с китайцами, а эта — с итальянцами. Только время обязательно со всеми согласуй сама и Кахович пусть переводом займется. Тошку — не грузи, не ее это работа.

— Поняла, все сделаем. Простите, можно спрошу?

Хозяин кабинета кивнул.

— Вы уходите? Команда меняется? Или врут слухи?

Один из собственников холдинга потеребил нос, второй — потер ухо. Александр Иванович развел руками:

— Да кто их, девочка, знает, врут — не врут. Еще ничего не решено, а достойную смену готовим. Может и не смену. А пока знакомьтесь. Регина Александровна — это Роман Александрович, Тимур Давидович. Официальное представление через неделю. Ты уж не очень об этом распространяйся.

— Как же с китайцами и итальянцами? Кто на переговорах будет представлять компанию?

— Мы вместе и будем. Чего всполошилась? Будем работать сдвоенной командой, пока не введем молодежь в курс дела. Не думаю, что стоит волноваться. Все остается как есть. А потом — это будет потом.

ГЛАВА 2

Регина забрала приготовленные и подписанные документы, забежала к себе в кабинет, оставила папки на столе и покинула офисное здание.

Вышла, остановилась на крыльце. Думалось обо всем понемногу.

Дождь. Как она любила дождь. Но только летний, легкий, звонкий, чтобы солнышко и тепло, и зонтик, и туфельки. Тогда любовь к дождю была искренней и безграничной. А сейчас осень. Холод, яркими пятнами листья тополя и клена по дорожке. Небо сегодня совсем не голубое, какое-то грустное, сизое и плаксивое. Ветер порывами. Ветер и дождь. Брр! Может такси вызвать? Она начала считать. До остановки двести шагов, от остановки до магазина еще пятьсот, а вот потом уже не близко, минут двадцать бегом. Откуда-то пробилась мысль: кто же тебе дорогая с утра пораньше на память наступил, зонтик могла бы и прихватить. Только зонтик при таком ветре не спасет. Ну ладно, побежали, авось не подхватим простуду.

Громкий мужской голос заставил вздрогнуть:

— Регина Александровна! Садитесь в машину живее!

На автомате бросила:

— Спасибо! Я на автобус лучше, — у Регины зачастил пульс: неужели…?!!

— Да садитесь, не съем же я вас. Видите, к нам уже ДПС-ник спешит — садитесь!

— Вот и поезжайте быстрее, а то оштрафуют. Счастливо!

А сама не могла унять трясущиеся руки и чувствовала, что пульсирующая головная боль, которая своей интенсивностью иной раз могла свести с ума, уже на пороге. Все так моментально. Господи, неужели? Нет, надо думать о хорошем. Просто я перестраховщица, а на самом деле все хорошо. Но бдительности не терять! Бдительность — наше все!

Так учила тетя Фрося, дворничиха и революционерка. При воспоминании о тете Фросе на душе становилось тепло, всегда улучшалось настроение, а губы сами начинали улыбаться. Одна ее волшебная метла на длинной ручке чего стоила. Именно метелкой она моментально разгоняла местных алкашей. Хулиганы и те боялись тети Фроси как огня. А как мастерски она ругалась, причем так, что никто ни словечка матерного от нее не слышал. Только так припечатает, что и не отмоешься. Алкаш и дебошир Быховец стал Буховцом, а Рудик Козей, бегавший от жены к соседке, превратился в Козлея. Улыбаясь таким воспоминаниям, Регина Александровна стояла под козырьком офисного здания не решаясь сделать шаг навстречу дождю.

Интересный блондин за рулем роскошной, мощной машины явно нервничал и ждал.

Вот дура упертая. Или узнала? Нет, не могла. Как была «хорошей девочкой с принципами», так и осталась. Пять с половиной лет прошло, неужели жизнь так и не обломала? Вся такая правильная и принципы у нее! Тьфу! Будет под холодным ветром и проливным дождем стучать зубами и мерять лужи. А как иначе? Не с чужим же мужиком в машине — ах-ах-ах! Боже мой, как это дурно! Ах-ах-ах! А как же моя репутация! Тьфу ты! Чего кобенится? Довез бы до дому. С сухими ногами. Ну, конечно, как я мог?! Чуть развлечения не лишил! Чуть без соплей не оставил! Негодяй! Мерзавец! Каков подлец?!

Так сам с собой разговаривал охотник и посматривал в сторону потенциальной добычи.

Ничего не изменилось, и никто не изменился! Только подожди немножко, я тебя сначала привяжу к себе крепче, чем в прошлый раз, ошибки больше не будет, а потом на блюдечке с голубой каемочкой тебя преподнесу, кому надо. За хорошие денежки. Теперь не продешевлю.

Внезапно перед капотом внедорожника возник микроавтобус. Опустилось стекло и пушистая голова Катеньки, сотрудницы машбюро, высунулась в окно:

— Регина Александровна! Давайте с нами! Нам Пал Палыч разрешил Газельку взять, а она в ремонте, так Федюня, он сегодня дежурный механик, нам Мерсика дал. Мы, правда, в магазин хотели вначале заехать за продуктами, так мы там быстро!

Губы сами расползлись в улыбке, и Регина шагнула к машине:

— Спасибо, мне тоже в магазин не помешает. Так, что я с вами.

Двери еще не закрылись, а Катя-егоза уже интересовалась:

— А с кем это вы говорили? Ну, в той большой черной машине? Это кто? Ваш знакомый или поклонник?

Одна из молодых женщин засмеялась:

— Катька, ты — болтушка! Хорош молоть языком. Вот точно девчонки говорят, вы в машбюро намолчитесь за день, потом вас не переслушаешь.

— Не твое это дело, Катенька, не твое, — Марина Николаевна, главный бухгалтер, с укором покачала головой.

— Не мое? А вдруг любовь у них, они поругались и нужно помочь влюбленным. А тут — я, вот она. Хоп — и помогла!

— Ага, хоп, и мужика увела! — Девчонки из бухгалтерии захохотали в голос.

— Да ну вас всех! Злые вы! Никакого понятия о том, как тяжело влюбленным! Вот я читала в журнальчике…

— Все Катерина, умолкни со своим журнальчиком! Видишь к магазину прибыли! Андрей Сергеевич, мы — быстро!

Водитель обернулся к хохотушками:

— Девоньки, жду вас не боле двадцати минут. Так, что поторапливайтесь!

Настроение Регины Александровна просто расцветало. Очень кстати и магазин, и машина, и Андрей Сергеевич. Он дядька не вредный, до дома доставит. А значит надо все, что имеет не маленький вес, прикупить. Итак. Сахар, спагетти, рис краснодарский классический и пропаренный. О, гречка!