Ольга Лукас – Семь желаний Ани (страница 14)
Изучив профиль «Мурзика», Аня опознала на фото свою одноклассницу Таню — ту самую, которая завела младшим братьям профили «на вырост», лайкала свои скучные записи и была разоблачена. Таня вообще тихая, немного сонная, и послушать её, так она всё время занята. Что-то крайне необычное должно произойти, чтобы она начала забрасывать Аню сообщениями.
Сообщения были односложными, отправлены с промежутком от десяти минут до получаса:
«Привет, мы сегодня дома».
«Мои приболели. Сопли и кашель».
«Наелась чесноку, пью чай с мёдом, врача вызывать не стали, чтоб маме не брать больничный».
«Начинает першить в горле! Может быть, это из-за мёда?»
Конечно, они с Таней сдружились на почве младших. Общий жизненный опыт сближает. Аня пролистала переписку вверх. Жалобы, жалобы, жалобы. Одна поноет — другая посочувствует. По очереди.
Выяснилось, что старший из двух Таниных братьев ходит с Варей в одну группу детского сада, так что в переписке мелькали просьбы предупредить об опоздании или отсутствии, вопросы относительно поделок, праздников и физкультурной формы.
Каких-то интересных сообщений, вроде тех, которые пишут (уже почти не пишут, но писали же!) друг другу Аня и Полина, тут не было.
Чат с Полиной был заброшен: последняя запись датирована серединой сентября. В тот день Аня позвала Полину в гости, а та ответила: «Приду, если мелкую куда-то денешь». Интересно, это родители её против Вари настраивают или она сама, пообщавшись с юной диктаторшей, решила держаться подальше? Наверное, и то, и другое.
Истошный визг прервал размышления. Аня мгновенно вернулась к реальности и вскочила на ноги. Мама с коляской, сидевшая по правую руку, уже ушла. Детей на площадке стало меньше. Орал мальчик лет трёх. Сидел на земле и голосил, а рядом вилась его милая молодая мама, приговаривая: «Девочка сейчас покатается и вернёт».
Девочкой, конечно, была Варя. Она нарезала по площадке круги на ярко-синем самокате, колёса которого светились во время движения и напоминали Ане старый волчок, доставшийся от папы.
Не так просто оказалось догнать дерзкую гонщицу. Аня бросалась наперерез, но Варя резко сворачивала и ускользала от неё. На помощь пришла девочка лет семи. Она не справилась с управлением велосипедом и упала, перегородив путь, Варя круто развернулась, чтобы избежать аварии, и угодила в объятия сестры. Самокат не пострадал и был с миллионом извинений возвращён владельцу. Варя извиняться не стала. Высвободив руку, она отбежала в сторону и полезла по боковым гнутым скобам на самую высокую горку, с которой трое детей скатывали футбольный мяч.
Аня вернулась к чату с Полиной. Всё-таки это была переписка двух подруг, а не общение замотанных старших сестёр, как с Таней. И хоть от Мурзика приходили целые обоймы писем каждый день, а Полина замолчала после той реплики про «мелкую» (а может быть, это Аня на неё обиделась?), Аня бы сейчас с большим удовольствием пообщалась с Полиной.
«Ну и пообщайся!» — сказала она себе и написала:
«Мелкая забрала самокат у младенца! Ловили всей площадкой. Растим королеву бандитов!»
Новый крик со стороны горки отвлёк её от переписки.
На этот раз кричала чья-то бабушка. Оказалось, что Варя с двумя мальчишками затащили на горку малыша и запускают его вниз, как до этого — футбольный мяч!
Бабушка, которая кричала, была посторонней бабушкой. Бабушка малыша была более спокойная, она не видела ничего дурного в том, что большие взяли маленького в свою игру. Крикливая бабушка уверяла, что она давно уже следит за «вот этой девочкой» (Варей) и от неё надо держаться подальше.
Была бы Аня взрослой, она бы ответила: «Вот и держитесь подальше от этой девочки», но Варя и её друзья (включая ковыляющего следом малыша) уже умчались на другую горку.
Аня попыталась вспомнить себя в четыре года. Жаль, память не устроена как чат, где каждое сообщение снабжено датой и временем отправки. У Ани в голове перемешались картинки и ощущения. Ей точно не нравилось играть с незнакомыми детьми. Если на площадке не было Полины или кого-то из трёх-четырёх знакомых ребят, Аня предпочитала бегать одна.
То ли дело Варя!
Телефон завибрировал — пришло сообщение от Мурзика. Она включила братьям мультики, а сама села делать маникюр.
А потом ответила Полина:
«А мы снимаем видеоблог. Это скучно, когда видеоблог не твой!»
«Видеоблог надо снимать у нас на детской площадке. Я Варя, мне четыре, я отбираю самокаты и сбрасываю детей с горки! А чего добился ты?»
«Может, её к психологу сводить? Мама говорит, она у вас гиперактивная, вы с ней наплачетесь».
«Уже водили. Сказал, что Варя нормальнее всех нас!»
Ну, это Аня соврала. Может, и не водили никуда Варю, но за то, что она нормальный ребёнок — можно поручиться. Варя отвечала на все вызовы детской площадки. Ане приходилось её спасать, но чаще — спасать от неё других детей. Хотя, если посмотреть, спасала она всё больше нервных взрослых, считавших, что Варя — чудовище, которое надо изолировать. Дети были от неё в восторге, как будто к ним на площадку с гастролями приехала Пеппи Длинныйчулок.
Аня снова вспомнила себя в детстве: она уставала от общения, ей хотелось домой, спрятаться ото всех, а у Вари внутри словно вечная батарейка. Наверное, в людей с самого начала заложено разное количество энергии. Поэтому Варя легко справлялась с Аней в детстве. А вот Ане маленькую Варю не одолеть. Несправедливость!
Сидеть на скамейке без движения было холодно, и Аня немножко пробежалась вокруг площадки. Снова заглянула в телефон: Полина написала, что у них начинается съёмка, Мурзик молчит — наверное, сушит свой лак. Заглянув в «Распорядок Вари», Аня с радостью обнаружила, что можно заканчивать с прогулкой и переходить к следующему пункту — «Обед», за которым маячил «Сон». Аня споёт сестрёнке самую лучшую колыбельную, пусть Варя до вечера дрыхнет. А вдруг бабушка с дедушкой уже вернулись?
Аня подошла к горке, поймала Варю в прыжке и, ни слова не говоря, потянула за собой. Сестрёнка упёрлась пятками в землю. Но покрытие площадки было гладким и скользким, и Варя всё-таки медленно двигалась в сторону дома, как на лыжах.
— Домой, быстро! — свирепо прорычала Аня. — Кушать и спать!
— Не пойду! Не хочу домой! — завопила малышка. — Ты всё неправильно делаешь. Когда мама со мной гуляет, она разрешает три раза скатиться с горки, а потом идти!
Пришлось отпустить её на горку. Потом оказалось, что бабушка ещё и на качелях позволяет качнуться. А папа обязательно спрашивает, каким маршрутом дочка хочет идти до дома.
— А дедушка? — насмешливо спросила Аня.
Видимо, дедушку сестрёнка побаивалась, поэтому ограничились одной лишь горкой.
По дороге Аня прикидывала, как будет уговаривать Варю съесть ещё ложечку, ещё кусочек. Она сама была малоежкой и помнила, как родные выплясывали перед ней с тарелками.
Но Варя после активной прогулки с удовольствием съела суп и котлету с гречневой кашей, выпросила три куска хлеба, запила всё стаканом тёплой воды и, зевая, побрела в комнату.
Бабушка с дедушкой задержались: в магазине распродаж выступала когда-то известная певица. Бабушка с дедушкой хотели попасть на её концерт двадцать лет назад, но не попали, и вот теперь — такая удача!
Колыбельная не потребовалась — Варя уснула сразу, как оказалась в постели. Взрослая Варя тоже моментально засыпает и мигом просыпается, а вот Аня ворочается, перебирая события дня, а проснувшись, долго не может подняться.
Аня отправилась на кухню и, наслаждаясь свободой, пообедала как хотела: сделала себе два бутерброда с плавленым сыром, сверху положила кусочки копчёной колбасы, заварила какао, положив в чашку три ложки сахара. Сами ешьте суп и котлеты!
Обновлённая кухня выглядела просторнее и чище. Как же это дедушка позволил убрать метлах и деревянные двери?
За обедом вспомнились случаи из детства, когда Варя на весь день оставалась с Аней «в няньках». Было здорово и радостно, старшая сестра вечно что-то придумывала, тормошила её и веселила. Но неужели самой ей было не радостно? Неужели она только и думала о том, как бы избавиться от такого веселья?
Аня достала телефон и написала Мурзику:
«Тебе хоть когда-то бывает весело, когда ты играешь с братьями?»
Мурзик была не в сети.
Пользуясь свободой, Аня решила поваляться на бабушкином диване с книжкой. Взять пару леденцов, сделать ещё какао… Она прямиком отправилась в комнату бабушки и дедушки. Взгляд зацепился за что-то, но она не придала этому значения. Главное, что диван на месте, даже солнце выглянуло и освещает его, а вот тут на подоконнике Аня, как обычно, поставит чашку с какао.
Аня огляделась. Всё привычное, здесь — никаких перемен.
Интересно, почему так? Аня помнила, что к бабушке с дедушкой родители переехали с рождением Вари, чтобы они помогали с ребёнком. Но Варя родилась позже, значит, семья переехала сюда с появлением старшей сестры — Ани. К этому времени родители накопили больше денег и смогли сделать хороший ремонт. А дедушка был уже старше и слабее и не смог сохранить метлахскую плитку на полу, деревянные двери, окна и лепнину. Только в своей комнате он сумел оставить всё как было.
Аня похвалила себя за сообразительность и побежала за книжкой. И тут только осмыслила то, что краем глаза заметила на пути сюда.