Ольга Ломтева – Ледяное пламя (страница 77)

От услышанного драконица с ужасом потупилась на тарелку с едой в своих руках.

— Не тревожьтесь. Это я сам нарезал. Но вы только подумайте об этом.

— Да… Наверно… Вы правы.

— Ваше Высочество, простите за то, что лезу не в свое дело, но не погорячились ли вы выгнав тех двух девушек? Они неплохо справлялись со своими обязанностями. Тем более, вы не дали им рекомендаций, — Мерида сидела около камина и держала в руках книгу, которую собиралась читать. Шел очередной томный вечер, в течение которого Алита рисовала, а компаньонка читала.

— Ничуть, — сухо ответила принцесса, хотя все еще испытывала дрожь в теле от неприятного разговора. Не собираясь продолжать разговор, она отвернулась от компаньонки. Драконица обратилась к Герберту. — Я помню, что в Громовом замке вы предлагали сыграть что-нибудь на рояле. А можете ли сыграть нам что-нибудь сейчас?

— Разумеется, — гвардеец дернул плечами, подходя к стоявшему посередине просторной комнаты музыкальному инструменту. — Давненько я не упражнялся.

Полилась музыка. Успокаивающая мелодия напомнила Алите музыкальную шкатулку, которую та привезла с собой. Подарок приемных родителей оставался не тронутым с момента прибытия в Королевский дворец. Последний раз принцесса заводила шкатулку и наблюдала за танцующий девочкой на Гномьем озере, куда судьба завела её вместе с Кристофером во время полета из Громового замка. «Нужно послушать её на ночь. Вдруг, как и в детстве, она поможет мне уснуть». На ум пришла и колыбельная, что Анна частенько пела ей, когда укладывала на ночь.

Решив попробовать оба варианта, Алита принялась рисовать Онику. Серпокрылка приносила письма из Королевского дворца, а своим местом считала угловой шкаф в комнате для отдыха. Служанкам приходилось ежедневно убирать помёт, но на этот раз принцесса уже не испытывала угрызений совести. В конце концов птица редко оставалась подолгу в резиденции и возвращалась в птичник, да и гадила всего в одном месте.

Сделав первые наброски, драконица посмотрела на Герберта. Тот сидел за роялем к ней боком и продолжал играть. Как же много он сделал для неё за последнее время? Раньше Алита и вообразить не могла каков гвардеец на самом деле, представляя его несерьезным повесой, любящим женское внимание. Его идея с гамаком оказалась потрясающей, и принцесса частенько спала днем на свежем воздухе, укрывшись тонким покрывалом. Сон наконец начал приносить долгожданный отдых.

От раздумий драконицу отвлек звук падающей вещи. Гвардеец прекратил игру и обернулся. Сидящая в кресле Мерида спала, а рядом лежала раскрытая на середине книга.

— Не думал, что смогу усыпить её своей игрой, — Герберт весело уставился на сопящую драконицу.

— Мне интересно, что она постоянно читает, — Алита поднялась с места и тихонько подошла к мирно спящей Мериде. Наклонившись, она подняла книгу и прочитала пару строчек, что первыми попались на глаза: — «Вместо ответа он заключил её в объятия. Прижал к себе так бережно, как только мог. Поцеловал мягкие теплые губы. — Вендал, что с тобой? — она с тревогой отстранилась. — Ты прекрасна, Эстлин, — отозвался принц».

Опустив книгу с изображением дерева, целиком состоящим из надписей, пунцовая Алита уставилась на гвардейца.

— А что и такое пишут?

— О, Ваше Высочество, сейчас о чем только не пишут. Это же любовный роман, — улыбнулся Герберт.

— Да? И такое… я… тоже… могу же… почитать… да? — смутившись, принцесса закрыла книгу и положила на столик около спящей Мериды.

— А почему нет? Вам определенно будет интересно. Хотите сходим завтра в книжную лавку. Вам будет полезно разбавить чтение о цветах и медицине чем-то более романтичным.

— Ага… да… Сходим, — разволновавшись, Алита вернулась на место, но строчки из книги не шли из головы. Быть может Мерида забудет книгу на столе и сегодня вместо прерывистого сна она узнает, чем закончился диалог у персонажей.

— Это письмо нужно передать Его Величеству, — Алита протянула большой запечатанный конверт Герберту. Внутри лежало письмо и автопортрет, который Кристофер просил еще до бала на День Люсиора. Занятая своими переживаниями, принцесса совсем забыла о его просьбе. Рисунок был готов, хоть и с небольшим опозданием. Нарисовала драконица его вчерашним утром после принятия ванны.

В тот день она сидела за туалетным столиком в одном халате и рассматривала себя. Иногда её посещали кошмары, иногда она спала без задних ног. В целом, Алита смирилась, что уже никогда не будет спать нормально. Выглядела она неплохо, да и зачем изображать на портрете недостатки. Последним штрихом оставались плечи. Принцесса задумалась. Кристофер видел её обнаженные плечи на банкете, устроенном в её честь. А значит ничего постыдного тут нет, а потому она спустила махровую ткань и, глядя в зеркало, нарисовала как есть: острые и худенькие. В конце концов, драконица прочитала о чем-то подобном в одной из романтических книг и картина, в итоге, вышла намного откровенней.

Само письмо сильно отличалось от всего, что писала Алита прежде. Оно вобрало в себя все те страстные речевые обороты и слова, что так часто использовали героини романов в посланиях возлюбленным. Не сомневаясь в правильности своего решения, драконица даже побрызгала исписанный пергамент своими цветочными духами, а вот запечатлеть на бумаге поцелуй не решилась. Принцесса не красила губы и посчитала это чересчур вульгарным для и так необычного послания. «Еще подумает, что я тут развлекаюсь с кем-нибудь».

Решимость не покидала Алиту до того момента, пока конверт не оказался в руках Герберта. Тот хитро улыбнулся и вдохнул цветочный аромат, а затем удивленно взглянул на драконицу.

— Ну… Я… У меня разлился флакон с духами, — залившись румянцем произнесла принцесса.

— Печально. Придется заказывать новый, — с участливым видом произнес гвардеец. Он ничуть не усомнился в словах Алиты или же мастерски сделал вид, что поверил? Пузырек с ароматной жидкостью не мог просто так вытечь, перевернувшись на бок. Слишком узкое горлышко не позволяло содержимому выливаться, а только булькало, выпуская каплю за каплей. — С вашего позволения я отдам конверт Мартину. Сегодня он отправляется в Королевский дворец к Хоку с отчетом.

— Хорошо, — кивнула Алита, еще раз бросив взгляд на письмо. «Не надо было брызгать духами. Ох, не надо было…»

— Ваше Высочество, скажите, а не хотите ли прогуляться сегодня в столицу?

— Ммм… Почему бы нет. Мы же зайдем в книжную лавку?

— Как пожелаете, — Герберт склонился. — Буду ждать вас внизу.

Лора помогла Алите собраться на прогулку. Выбор пал на тонкое платье светло-голубого цвета с укороченным подолом. Оно открывало щиколотки и жутко бесило Мериду, чему принцесса только радовалась. Ей нравилась такая длина и ничего предосудительного драконица в этом не видела. Все лучше, чем возить тканью по каждому камушку и собирать придорожную пыль на чулки.

Добравшись до города через пшеничное поле, Герберт попросил сначала заглянуть в банк за чековой книжкой, а затем посетить дом под номером «двадцать четыре». Алита согласилась. За время проведенное в резиденции они два раза посещали ту улицу, где гвардеец оставлял в почтовом ящике конверт. Принцесса не спрашивала его об этой тайне, но в этот раз не выдержала.

— Простите мое любопытство… А кому вы оставляете чек? Ведь в конверте чек, ведь так?

— Да, вы правы, именной чек, — кивнул Герберт. Он остановился возле одного из домов и посмотрел на драконицу. — Знаю, что вы никому не скажете… Да и те, кому можете сказать на самом деле знают. И Кристофер, и Арис. Я приношу конверты моей матери. Она здесь живет.

— Но… но… вы никогда не заходите туда? — удивленно спросила Алита, заметив, как помрачнел гвардеец.

— У меня очень напряженные отношения с матерью, леди Алита, — Герберт всегда так звал принцессу на людях. Он предложил ей руку, и драконица ухватила его предплечье. Медленно, они двинулись в сторону книжной лавки. — Моя матушка возлагала на меня очень большие надежды. С детства я свободно владел языками, играл, рисовал, учил военное дело и должен был стать как минимум генералом одной из Драконьих гвардий. А лучше начальником Королевской гвардии. Она видела во мне идеал, ну а я… Я таким не был. Никогда. Никогда не соответствовал тому образу, который она себе придумала. Я рос рядом с Арисом с шести лет, но, когда появился Кристофер, сразу стало ясно кто тут больше думает о безопасности, охране, прочих военных штуках. Он был просто одержим оружием и тайнами. А меня всё это не очень интересовало. Сложись моя жизнь по-другому, был бы музыкантом. В нашей компании я больше отвечал за развлечения. Еще до гражданской войны между мной и матерью произошел разлад. Она покинула Эрту и, кто знает, где провела все эти годы. После войны я нашел её здесь. Матушка не хочет видеть меня, но ей же надо на что-то жить, а я… Я отправляю ей деньги таким образом.

— А… помириться? — грустно спросила принцесса.

— Не вышло, — натянуто улыбнулся Герберт. Глубокая печаль отразилась на его лице. — Может быть пока не вышло… Может когда-нибудь.

— Вы совершаете доброе дело, — Алита улыбнулась.

— Хм… Да, наверно. Она же моя матушка.

— А что ваш отец? — с нескрываемым любопытством спросила принцесса и тут же пожалела. Голубые глаза гвардейца подернулись темной синевой.