Ольга Лисенкова – Влюблен без памяти (страница 7)
Лорд переступил с ноги на ногу, взглянул на Марианну и улыбнулся ей. Она едва не уронила корзину, которой прикрывала поясную сумочку.
«Вот дурочка, – сказала она себе. – Это он так думает: вот дурочка. Забыла, какие ленты нужны, явилась за напоминанием, стоит и пялится на богача разинув рот. Как будто никогда не видела обеспеченных господ. Или надеется зацепить его взгляд и разжиться парой золотых монет».
Она снова покраснела. Слава всем святым, лорд Орен не видел ее, не знает и понятия не имеет, кто она такая.
– Ну что еще, Марианна? – раздраженно спросила мадам Фонтен, проследившая за взглядом бесценного потенциального клиента.
– Уже ушла. Просто хотела… – Марианна отчаянно искала слова. – Может, для господского костюма нужно еще… позумент или…
– Возьми все, что приготовил Франц, а если надо будет, сбегаешь еще раз.
– Да, мадам, конечно, мадам.
Подобрав юбку, Марианна наконец покинула ателье. Шар в поясной сумочке горел огнем и, кажется, пульсировал, словно сердце. «Такой дуры свет еще не знал, – отчитывала она себя, шагая по направлению к лавке Франца и ничего не видя перед собой. – Будь он хоть тысячу раз красавцем, это человек, которого ты ограбила, и у тебя хватает наглости самой явиться на заклание. Вивьен за шкафом, наверное, уже умерла от ужаса и стыда!»
– А… Эта девушка, – сказал лорд Орен, учтиво дождавшись, пока мадам Фонтен выдохнется. – Которая спрашивала про ленты. Ваша работница, ваша родственница, мадам?
– Работница. У меня работает десяток швей, господин лорд. И эта девушка тоже шьет и вышивает, когда не бегает на посылках.
– У вас широко поставлено дело, – рассеянно похвалил Орен, поворачиваясь, будто кого-то ищет.
Из-за спины мадам Фонтен выступила ее помощница, бойкая Аннет с мерной лентой в руках. Мадам воодушевилась:
– Мы снимем мерки, если вы желаете заказать костюм, или брюки, или…
– Да-да. – Лорд Орен качнул ближайший манекен и провел пальцем по блестящей ткани. – Мерки снимайте с Юбера, он тут для этого. У нас одинаковые фигуры. А я…
Аннет засуетилась, камердинер Юбер расплылся в улыбке и скинул сюртук. Мадам Фонтен схватила тетрадь.
А лорд Орен, кажется, бездумно прошествовал в глубь ателье и окинул взглядом швей. Кто-то из девушек осмелился поднять глаза, другие, напротив, отворачивались и утыкались в шитье. Вив, конечно, относилась ко вторым. Ей было трудно дышать, и она даже с размаху уколола палец иглой, чего с ней не случалось уже много лет. Выступила капелька крови. Чтобы не испачкать драгоценную ткань, Вив быстро сунула палец в рот, чем привлекла к себе нежеланное внимание опасного гостя. Одним движением он перенесся к ней.
– Вы, кажется, поранились? – сказал он негромко.
– Нет, – попыталась сказать Вив, торопливо вытирая руку о подол, но вышел какой-то писк. Она прикрыла рот другой рукой, кашлянула и еще раз выдавила: – Нет, господин.
– У вас кровь.
– Простите, господин.
– За что вы просите прощения, миледи?
Вив задохнулась. Ее не называли «миледи» уже много лет, и сейчас это было более чем неуместно – однако это прозвучало из уст Орена, лорда Орена, которого вчера обворовала ее младшая сестра! Неужели он все знает и явился, чтобы поиграть с ними в кошки-мышки? Или все это лишь нелепое совпадение и насмешка судьбы?
– Я швея, – пролепетала она. – Господин лорд. С пальцем уже все в порядке. Не нужно смеяться над простой девушкой.
– Смеяться над простыми девушками я себе не позволяю, – сказал лорд Орен еще тише, так, что его слова достигли ушей одной только Вивьен.
Для этого ему пришлось склониться к ней, и она невольно отпрянула. Орену все известно? Он выследил Марианну, и для него не секрет, что Вив – ее сестра? Иного объяснения его словам нет. Множество возможных ответов роились в голове, от смиренных до дерзких, но молчание затягивалось, и она еле слышно произнесла:
– Если так, то давайте оба будем вести себя в соответствии со своим нынешним положением.
Выпрямившись, лорд Орен вскинул брови. Все швеи, забыв о работе, с любопытством наблюдали за его необычным поведением, и тогда он, опомнившись, развернулся и направился обратно к мадам Фонтен.
Глава 10
Марианна и сама не помнила, как добежала до лавки Франца. Перед глазами стояло лицо лорда Орена, его неожиданная улыбка, как ей показалось, озарившая замухрышечное ателье. «Ты сходишь с ума», – шептала она себе. Ничего не помогало.
Перешагнув порог лавки, Марианна все же сумела взять себя в руки. Надо сосредоточиться. Ленты, пуговицы, что там еще? Нужно забрать все, что приготовил Франц, и не забываться, знать свое место, вот что ей нужно.
Лавка, как обычно, встретила ее блеском бесчисленных пуговиц и разноцветьем тесьмы. Франц был прямой противоположностью своей кругленькой и боевой сестре – долговязый, нескладный, немолодой человек был бы рад всю жизнь просидеть в дальнем закутке, не имея дела с капризными дамочками, но сестра пристроила его к делу, и он не смел ослушаться. Марианна сбивчиво передала усталому хозяину просьбу мадам Фонтен и, сунув корзину под прилавок, стала ждать, пока соберут посылку. Следом в лавку зашла крикливая женщина, седые букли которой нисколько не сочетались с по-девичьи кокетливыми цветочками на шляпке. Новая покупательница немедленно принялась торопить нерасторопных сотрудников, хотя к ней кинулись сразу две юных помощницы.
– Я заказывала не такую тесьму, а с золотой нитью! Сколько раз повторять! А это что? Это разве цвет утренней зари? Это поросячий розовый! – горячилась посетительница.
Марианна знала эту скандальную особу: та владела швейной мастерской за рынком, ее клиенты и в подметки не годились клиентам мадам Фонтен, но гонору у нее было хоть отбавляй.
– И еще, я просила еще подготовить отрез. Два отреза. Но чего? – Посетительница схватилась за голову. – У вас не записано? Нет? Как вы ведете дело, это просто невозможно! Мне необходимы были пара отрезов ткани, но о каком цвете мы договаривались?
Марианна незаметно закатила глаза. Девушки юлили, не зная, как угодить мадам. Франц отвлекся от своего занятия и старался утихомирить клиентку, но та с размаху села на стул, который подтащила одна из помощниц, и вдруг заявила:
– Никуда я не пойду, пока вы мне не выдадите ткань. Мы с вами еще на той неделе договаривались, что вы ее закупите для меня.
«Это может затянуться надолго», – поняла Марианна. Она успела заметить, что в лавку заглядывали и другие покупатели, но спешили уйти, услышав претензии забывчивой посетительницы. Франц не смел переключиться на посылку для сестры и пытался угадать, о чем шла речь, а цветастая шляпка сердилась еще сильнее.
Марианна положила ладонь на хрустальный артефакт, не доставая его из поясной сумочки, – он снова стал теплым. Отчего бы не попробовать? Она напустила на себя серьезный вид и подошла к недовольной конкурентке мадам Фонтен.
– Госпожа, – сказала она низким голосом, стараясь звучать как можно заунывнее. – Одна старая цыганка научила меня будить в людях воспоминания. Если вы дадите мне руку, может быть, у меня получится…
Клиентка подпрыгнула на стуле.
– Вы сумасшедшая, милочка?
– Нет, все в порядке, – быстро отозвался несчастный Франц. – Эта девица служит у моей сестры, очень здравомыслящая и скромная помощница. Я уж давно ее знаю…
– Да? – Из-под шляпки блеснули подозрительные глаза. – И что? Позолотите ручку, такое вот вымогательство? Вы позволяете…
– Совершенно никаких расходов, кроме того, что вы заплатите господину Францу за его товар, госпожа. Может, у меня ничего и не получится, – честно призналась Марианна, – но мне очень хочется попробовать.
Ее искренность неожиданно обезоружила скандальную посетительницу.
– А давайте попробуем, если никаких расходов, – согласилась она и выставила вперед сухую руку в нитяной перчатке. – Что ж я у вас, весь день сидеть буду, что ли? Памяти совсем не стало, это куда годится!
Франц с облегчением выдохнул, повернулся спиной и стал шуршать свертками, торопясь наполнить корзину для сестры. В лавку стали снова заходить покупатели. Любопытные девушки, работающие на Франца, встали по бокам от пожилой швеи.
Марианна, не убирая ладони с хрустального артефакта в тонкой сумочке, ухватилась за пальцы немолодой дамы. Она и сама не знала, чего ждет, – того ли, что клиентка постепенно вспомнит, за чем пришла, когда на нее подействует волшебное излучение шара? Или воспоминание явится самой Марианне как члену семьи Рендин, единственно способному извлекать пользу из коварного артефакта?
– Ну давай, говори, чему там тебя цыганка-то научила, – подстегнула ее покупательница.
– Сейчас. – Ничего не происходило. Вот досада! Что бы такое выдумать? – Я память буду ворошить, совсем не буду ворожить, – сочинила Марианна. – Подскажет память скоро вам… чего хотели вы, мадам.
– Ах! – Дама вырвала руку. – Ты меня обожгла!
Марианна ничего не почувствовала! Она растерянно посмотрела на собственные пальцы.
– Я… Я не…
– Ну как будто ударила чем, – пожаловалась клиентка, прижимая ладонь к груди. – Ах! Еще раз! Прямо в лоб!
Марианна попятилась и в недоумении захлопала ресницами.
– Мадам, я же даже не дотрагиваюсь сейчас до вас, все видят…
– Не колдуй так больше. Я вспомнила. Я не у Франца заказывала ткань. Конечно. Это была совсем другая лавка. – Седые букли затряслись, когда дама поджала губы и изо всех сил замотала головой. – Больше так не колдуй, деточка, не к добру это.