Ольга Ли – Амори. Истинная по вызову (страница 11)
– Нет, Роза, нет! – встряхиваю головой. – Не поддавайся на его чары. Скоро это всё закончится, и ты вернёшься в свою прежнюю жизнь, без всяких вампиров, эскортов, сутенёров с мерзкой ухмылкой.
Но когда выхожу из уборной и вижу терпеливо ждущего вампира, с любезной улыбкой подающего руку, то уверенность в том, что всё очень скоро будет так, как прежде, тает, как снег в жаркий летний день…
Остаток дня мы проводим на красной трассе, к великому удивлению, и эта трасса даётся мне легко. Папа много раз говорил, что я прирождённая лыжница, как и он, – так легко мне всегда давались сложнейшие трассы и склоны.
Остаток дня пролетает, как одно мгновение, и, когда мы весёлые, краснощёкие и смеющиеся вваливаемся в отель, я с удивлением думаю о том, что сегодня был лучший со дня смерти родителей день.
– Увидимся за ужином, не опаздывайте! – бросает Роман и уходит вслед за супругой и дочерью.
– Тот самый ужин с развлекательной программой? – снимаю в лифте шапку.
– Да, живая музыка, чинный благородный вечер, – хмыкает Владимир. А потом неожиданно добавляет: – А ты молодец, отлично каталась сегодня!
– Спасибо, ты тоже!
– Ну, я-то старый вампир, – криво улыбается, – мы любим скорость, свободу.
– Я тоже, – киваю, – на спусках всегда кажется, что я птица и парю в небе – так свободно себя чувствую.
– Тогда тебе стоит прыгнуть с парашютом, – бросает Владимир чуть раздражённо, открывая дверь в номер.
Едва мы входим, как чувствую звенящее напряжение в воздухе. Чёрт, что за перемены в вампирском настроении?
– Пойду готовиться к вечеру, – смотрю на чемоданы с вещами и очень надеюсь, что есть что-то приличное, – нужно найти платье.
– Я в душ, – скользит оценивающим взглядом по мне Владимир, – оденься достойно, ничего вульгарного.
– Обижаешь, – отмечаю про себя, что наши мысли сходятся. – Всё будет на высшем уровне.
– Надеюсь, – он бросает на меня многозначительный взгляд и будто нехотя скрывается в ванной комнате.
Открываю чемодан и изучаю свой вечерний гардероб. Надо отдать Энджи должное: достойное вечернее платье среди этого разнообразия брендовых вещичек имеется. И даже туфли моего размера.
Когда Владимир выходит из душа, то буквально застаёт врасплох: снова это чёртово полотенце вокруг бёдер, снова этот оголённый мускулистый торс без единого волоска. Я ведь сегодня бесстыже ласкала его, только что не мурчала, как мартовская кошка… Чувствую, как становится жарко и как возбуждаюсь от одного воспоминания об утренних ласках…
Отвожу взгляд, надеясь, что он ничего не заметил.
– Твоя очередь, – он кивает в сторону ванной, – нужно быть внизу через час, так что не задерживайся.
Я киваю и быстро ретируюсь в ванную, надеясь смыть это наваждение.
Никак иначе то, что со мной происходит, не назовёшь. Самое настоящее наваждение. Едва вижу его, чувствую его запах, превращаюсь в какую-то сладострастную блудницу, отчаянно желающую ласкать это потрясающее мускулистое тело…
Я отчаянно тру себя мочалкой, стараясь смыть соблазн и похоть, и мысленно прокручиваю возможные варианты разговора с вампиром… Вспоминаю, как Анна сказала сегодня, что рада нашей компании и надеется, что мы будем общаться и дальше. «Вы такая приятная пара, вспоминаю нас в конфетно-букетный период. Роман так же смотрел на меня, как Владимир на тебя», – будто масла в огонь подлила.
Не заметила, чтобы Владимир как-то по особенному на меня смотрел или вёл себя, но всё же робкая надежда, что он выслушает меня и сможет как-то помочь, теплится в груди.
На краткий миг кажется, будто я не одна в комнате и кто-то наблюдает за мной, будто жаром обдаёт, и мурашки бегут по телу. Оборачиваюсь и открываю запотевшую дверь кабинки, но никого нет.
«Нервы уже совсем ни к черту», – думаю, закутываясь в махровый халат.
Когда выхожу в комнату, Владимира нет. Облегчённо вздыхаю и готовлюсь к вечеру. Платье, конечно, потрясающее: тёмно-синего цвета, с вышивкой на корсаже, похоже на ручную работу. Когда подхожу к зеркалу, чтобы поправить лиф платья и наложить макияж, то замираю, увидев на дисплее глофона сообщение от Санти: «Малышка, соскучился по твоим губам и рукам, жду с нетерпением нашей встречи! Выздоравливай!»
– Чёрт! – прикусываю губу.
Я совсем забыла о своём парне. Видимо, Эрик прикрывает, сказал, что я заболела. Застываю как истукан, цепенею, думая о том, что собиралась переспать с ним после романтического вечера.
Почему-то при мысли об этом становится не по себе, и почти готова разрыдаться от невыносимой реальности, в которой я – Роза Бергман – играю роль подставной вампирской девушки и без всяких ухаживаний и прелюдий, без отношений и доверия готова броситься на шею первому встречному вампиру, заплатившему за мои эскорт-услуги…
«Брось, Рози, тебе сейчас только об этом думать не хватало. Выберись из этой передряги и забудь», – успокаивающе шепчет внутренний голос с интонациями моего психолога.
Вдох-выдох, вдох-выдох… Чувствую, как успокаиваюсь.
Нужно сыграть свою роль, втереться в доверие к Владимиру и убедить его помочь.
Когда вампир входит в номер, я во всеоружии.
– Я готова, – произношу, не оборачиваясь.
– М-м-м, – вижу в зеркале, как он скользит по мне непроницаемым взглядом, – очень хорошо.
Сарказм и уничижительное отношение – тон так называемого клиента – раздражает, унижает, вызывает гнев. Да что он себе позволяет?!
Чувствую, как опускается забрало…
– Достаточно прилично? – чувствую такой внутренний протест, что не могу сдержаться и резко оборачиваюсь, смотрю ему в глаза.
– Достаточно, – кивает он и не отводит взгляд.
А я тону. Пропадаю. Чувствую, как мой вызов тает, как таю сама и почти готова броситься ему на шею. Руки, сжатые в кулаки, расслабляются, по коже бегут мурашки, томительная сладкая слабость овладевает мной.
Он чуть усмехается, кажется, что тёмные глаза вспыхивают, на краткий миг кажется, что Владимир сейчас набросится на меня… И я почти хочу, почти предвкушаю прикосновение его рук.
Мы стоим друг напротив друга, и я сбивчиво дышу, переполненная эмоциями. Не знаю, как это объяснить, но чувствую, что в душе вампира тоже разыгралась самая настоящая буря. «Наверное, непривычно слышать от шлюхи вызов, ведь все стремятся угодить богатому Высшему вампиру… – горькая мысль с очередным осознанием, кем я стала, отравляет хуже сильнейшего яда – Я не такая. И я тебе не достанусь, – хочу сказать ему, объяснить, чтобы стереть с прекрасного волевого лица эту усмешку, но отчего-то не могу. – Ведь если он захочет, ты сделаешь всё, и даже больше», – шепчет внутренний голос.
Вампир криво улыбается и галантно подаёт руку:
– Прошу!
Я сдерживаюсь, чтобы не послать его куда подальше, и с самым светским видом, на который способна, подаю руку в ответ.
«Что это было? Может, мне уже мерещится?» – иду, вскинув голову и шурша тяжёлыми складками пышной юбки вечернего платья.
В лифте он неожиданно придвигается ко мне и шепчет:
– Никаких сообщений от других мужчин, пока ты со мной.
«Он увидел сообщение от Санти!» – приходит понимание.
– Хорошо, – послушно киваю. А в груди искрит: «Он приревновал меня!»
Но так ли это?
– Только я на эту неделю, – он прижимает меня к стенке лифта и нажимает кнопку «Стоп»… А затем грубо, жадно, собственнически целует.
Нет, не так. Терзает. Терзает мои губы. А я таю, поддаюсь, согласна на всё. Отвечаю на его напор, сама удивляясь охватившей меня страсти, когда его рука опускается ниже талии, не могу сдержать стона. Владимир почти вдавливается в меня, не оставляя никакого пространства между нами. Чувствую его эрекцию и возбуждаюсь ещё больше, так, что кажется сейчас начну искрить, как оголённый провод.
– Постой, нам же нужно на ужин, – слабо протестую, собрав крохи здравого смысла, а сама опускаю руку на его ширинку…
– Я вижу, как ты туда хочешь, – он опускает вниз полыхающий красным взгляд.
Его руки оказываются под подолом платья и ловко ласкают меня сквозь мокрые трусики.
– Я хочу услышать, как ты стонешь, не сдерживайся…
И я не сдерживаюсь, потому что такого со мной не вытворял ещё никто…
Он виртуозно играет на мне, растирает влажные складочки, проникает пальцем чуть глубже в горящее лоно.
– М-м-м, ты такая узкая, – шепчет он, и я взрываюсь от потрясающе пошлых слов и прикосновений и не могу сдержать громкого стона.
Он облизывает пальцы и многообещающе смотрит мне в глаза:
– Этой ночью я попробую все твои сладкие местечки.
Меня бросает в жар, и новая волна возбуждения накрывает так, будто я не кончила несколько секунд назад.
– Я подожду, – он убирает мою руку с бугрящейся ширинки и хищно оскаливается. – Уверен, оно того стоит.