Ольга Летуценне – Школа будущего (страница 2)

– Телефон верни, – уже спокойно попросил Гриня. В ответ же Вита, всегда такая рассудительная, решительно размахнувшись, закинула телефон в черноту пятна. Гриня схватился за голову и побежал искать его с другой стороны, но там, в траве, телефона не оказалось. Он сначала застыл от изумления, потом поднял валявшуюся на земле палку и ткнул ею вглубь пятна:

–Посмотри с той стороны, палка видна?

Вита обошла пятно и отрицательно покачала головой. Гриня вынул палку и потрогал ее:

– Холодная… – он задумался. – Жди здесь, а я сейчас туда за мобильником быстренько слазаю.

И он, не глядя на Виталину, нырнул вглубь пятна.

– Гринь, прости! Я с тобой! – испуганно закричала Вита, и, зажмурившись, осторожно шагнула в черноту.

Чернота оказалась началом тоннеля, она засосала их, словно воронка, и закружила. Где верх, где низ понять было невозможно. Вокруг то и дело появлялись серебряные вспышки, устав от них, ребята закрыли глаза. Наконец, их крутануло последний раз и выплюнуло наружу. Гринин телефон выскочил из пятна чуть раньше ребят, и попал в широкое дупло дерева, но им уже было не до мобильника. Местность оказалась совсем незнакомой. Прямо перед ними раскинулось огромное озеро, раскинулось так далеко, что его берега терялись за горизонтом. Рядом с каменистым берегом возвышался густой лес, а за ним тянулись к небу горные хребты. Занимался рассвет, и солнце поднималось над озером, словно выплывая из его глубин.

– Завораживает, – только и могла сказать Виталина, ёжась от утренней прохлады.

Гриня снял с себя футболку и протянул ее Виталине. Ему тоже было холодно, но смотреть на мерзнущую девчонку было еще холоднее. Негромкие голоса послышались из-за огромного валуна, говорили на иностранном языке. Из-за деревьев к ним вышли двое, на вид ровесники Грини и Виты. Рыжеволосая кудрявая девочка шла впереди, а высокий темноволосый паренек тянул ее за руку назад. «Это же эсперанто», – промелькнуло в голове Грини. Он как программист-любитель, по совместительству хакер, прилично знал английский, а эсперанто выучил из любопытства, наткнувшись в интернете на интересный самоучитель для будущих эсперантистов.

В конце XIX века Людвиг Заменгоф начал работу над проектом международного языка. Он с юности мечтал создать общий, понятный всем людям язык. Эсперанто на новом языке означает «надеющийся», Людвиг очень надеялся на понимание между разными народами.

«Неужели почти забытый у нас язык эсперанто, здесь вовсю используется?» – Гриня был уверен, глядя на странно одетых ребят, что их с Витой закинуло в будущее.

– Я Мэй-Лин, – представилась рыжеволосая, зеленоглазая «русалка», как про себя назвал ее Гриня. Ее темно-зеленый гидрокостюм с капюшоном таинственно поблескивал в лучах просыпающегося солнца. Мэй-Лин тоже с интересом разглядывала незнакомцев, особенно Гриню.

– Это Виталина, – представил свою спутницу Гриня на эсперанто.

Спутник Мэй-Лин выглядел раздраженным:

– Тьери, – буркнул он, глядя поверх присутствующих.

Все четверо заметно нервничали.

– Они использовали наш ход, – недовольно сказал Тьери Мэй-Лин, игнорируя Гриню и Виту, – теперь нужно делать новый.

Он вертел в руках черную штуковину, размером с мобильник и водил пальцем по сенсорному экрану, потом махнул рукой от досады и спрятал штуковину в водонепроницаемый карман гидрокостюма. Мэй-Лин же очаровательно улыбнулась, похлопала Тьери по плечу и произнесла:

– Мне снился сон, что придут двое. Они другие люди, им со стороны будет виднее. Они нам помогут. Эти двое – вы.

– Что она говорит? Где мы? – спросила ни слова не понимающая Вита.

Гриня ей перевел сказанное Мэй-Лин, и Вита тихо осела на ближайший пенек.

– Почему ты понимаешь их язык, а я нет?

Гриня довольно усмехнулся:

– Это же эсперанто, ты разве не слышала про такой язык?

– Эсперанто? – удивилась Вита.

Мэй-Лин и Тьери кивнули, услышав знакомое слово.

– Жаль, что я знаю только английский, французский, испанский и латынь, – пожала плечами Вита.

«Задавака», – подумал Гриня, но все же изложил ей свои мысли по поводу происходящего:

– Думаю, мы перенеслись в будущее, здесь наверно все говорят на эсперанто. Когда-то этот универсальный язык и был создан для всеобщего мирового общения. Точно, мы в будущем, обрати внимание, какие у них странные имена.

– Тьери – французское имя, – ответила Вита, – Мэй-Лин на китайское вроде похоже. Правда, она рыжая и зеленоглазая, не китаянка точно, больше похожа на ирландку. Может мы и в будущем, но природа вокруг – лес и озеро – прямо как у нас.

– Радует, что в будущем осталась природа, – задумчиво произнес Гриня, а потом спросил у Мэй-Лин:

– Чем мы можем вам помочь?

– Ничем. Лучше бы вы вообще не лезли, куда не следует, – сердито сказал Тьери, не дав ответить спутнице.

– Не обращайте внимания. Тьери иногда бывает не в духе, когда что-то идет не по плану. Он хотел сделать мне подарок. Я мечтала побывать в Москве, а то Париж, Лондон, Пекин, но я чувствовала, что все пойдет по-другому.

«Тоже задавака», – подумал Гриня.

– Нам пора возвращаться, – сказал Тьери, – Раз Мэй-Лин хочет, мы возьмем вас с собой.

– А нас даже и не спросят, хотим ли мы с вами идти? – притворно возмутился Гриня.

– А у вас есть выбор? Новый ход мне открывать пока не хочется. Если вы не пойдете с нами, вам придется остаться здесь, в глуши. Место, куда мы вас можем доставить, намного интереснее, – ответил Тьери, направляясь к озеру.

Гриня перевел Вите заявление Тьери, мерзнущая не смотря на две футболки Вита только вздохнула и развела руками.

– Вот два гидрокостюма, – Мэй-Лин достала их из рюкзака Тьери, – Все же не зря мы их взяли! Сейчас расскажу, как ими пользоваться. Вы отправитесь с нами в учебный центр «Оазис», он здесь недалеко, под водой озера.

– Школа что ли? – спросил Гриня, поморщившись.

– Можно и так сказать.

– Так ведь каникулы!

– У нас нет времени на каникулы. Дорог каждый день! – серьезно ответил Тьери.

Тьери подошел к Виталине и молча, зачем тратить слова, если она все равно ничего не понимает, помог ей надеть гидрокостюм. Гриня оделся сам под пристальным взглядом Мэй-Лин.

Берег озера был высоким и каменистым, спускаться к воде пришлось по узенькой тропке, петляющей между валунов. Тьери спустился первым, и теперь всем по очереди протягивал руку. Наконец, все четверо стояли возле воды на тонкой полоске берега, усыпанного крупными острыми камнями и мелкими гладкими камушками. Мэй-Лин сказала, что поплывет в паре с Гриней, а Тьери же досталась Виталина. Гриня бережно взял за руку Мэй-Лин, все происходящее ему казалось сном, но проснуться у него никак не получалось. Виталину охватила паника, она очень давно не плавала, Тьери видела первый раз в жизни, и его высокомерие ее напрягало. Она совсем не хотела плыть с ним в паре, но деваться было некуда. Через гидрокостюм температура воды не чувствовалась. Сначала они шли по дну, а потом дно резко закончилось. Мэй-Лин потянула Гриню вперед, тот ловко поплыл за ней следом. Виталина растерялась от неожиданности, начала махать руками и уходить вниз, Тьери подхватил ее на руки и поплыл с ней вместе. Плыли правда недолго, уходя все глубже и глубже. Вскоре у них под ногами оказалась поверхность, вся зеленая и мягкая от водорослей. Они нашли нужный край и стали спускаться вниз. Оказалось, что зеленая поверхность, только крыша сооружения, уходящего далеко вглубь. Мэй-Лин нашла на стене черную пластину и приложила к ней руку в перчатке гидрокостюма. Перед ребятами открылись двери шлюза. Они вплыли в них, дали стечь воде с поверхности гидрокостюмов и вошли в фен-отсек, где окончательно обсохли.

– Это запасной шлюз, мы им редко пользуемся, – пояснила Мэй-Лин, снимая гидрокостюм, – вот мы и в центре обучения «Оазис». Водоросли на поверхности – маскировка на всякий случай, хотя здесь есть система безопасности. Для людей без специальных гидрокостюмов или знаков, шлюз никогда не откроется. В «Оазисе» учатся одаренные ребята из нескольких стран. Двадцать два человека, у которых нет близких родственников, они попали сюда, когда им было девять, сейчас, соответственно, им двенадцать.

– Ничего себе! – только и мог ответить Гриня.

– Просто так, с улицы, сюда учеников не берут, придется сказать, что ты мой брат, четвероюродный, – торжественно сообщила Мэй-Лин.

– Брат? Четвероюродный? – со смехом уточнил Гриня.

– Да, – подтвердила Мэй-Лин, – Вроде и родственники, чтобы объяснить наличие паранормальных способностей. Там, откуда я родом, у всех есть такие способности. И никто не удивится, если мы начнем встречаться, все-таки родство не очень близкое.

– Встречаться? – казалось, у Грини в голове отложилось только это слово.

– Переведи! – потребовала Вита, почувствовав неладное.

Гриня нехотя перевел, Виталина демонстративно отвернулась.

– Может, ты уже с кем-то встречаешься? – уточнила Мэй-Лин, поглядывая на недовольную Виталину.

– Переведи! – потребовала теперь уже Мэй-Лин. Грине снова пришлось перевести.

– Мы же так и не успели с тобой начать встречаться… – озадаченно сказал Гриня Вите, которая предпочла промолчать в ответ.

– Ладно, давайте о более серьезных вещах, – бодро заполнила паузу МэйЛин, – но не здесь.

Она аккуратно положила гидрокостюмы в отверстия, открывшиеся на стенах. Непосредственная Мэй-Лин нравилась Грине все больше и больше: милое личико с широко распахнутыми ярко-зелеными глазами и шоколадными ресницами, красное золото кудряшек, невысокий рост и даже небольшая склонность к полноте, – все в ней казалось ему очаровательным.