Ольга Ленская – Чума на оба ваших дома (страница 8)

Крестьянин присел и откинул рогожу. Внутри лежала обгоревшая кисть руки. Следившие за ними от забора женщины дружно охнув, отпрянули, торопливо крестясь, но в следующий момент так же дружно приблизились на пару шагов.

– Приведи мне свою собаку, – велел Дэсбелл его товарищу, взгляд которого из потерянного сделался испуганным. – Не бойся, я её у тебя не заберу. Просто взгляну на неё. Понял?

Поклонившись, хозяин собаки покинул двор трактира, чтобы довольно быстро появиться снова, ведя большого лохматого пса.

Зрителей во дворе снова прибавилось и среди них Дэсбелл заметил Агнес с Мэг. Не обращая внимания на удивлённые взгляды, он присел перед собакой.

– Хороший пёс… умный пёс…

Кудлатый хвост неуверенно шевельнулся. Дэсбелл продолжал тихонько разговаривать с собакой, пока та, наконец, не позволила ему потрепать себя между ушей.

– Умница. А теперь покажи мне свои лапы.

Не считая приставшей к шерсти земли и сухих травинок, лапы оказались совершенно чистыми. Дэсбелл выпрямился и протянул не верящему в такое счастье хозяину собаки пару монет.

– Можешь идти. У тебя хороший пёс. Надеюсь, в следующий раз он принесёт тебе из лесу что-нибудь получше. – Дэсбелл улыбнулся и добавил, понизив голос, – Например, кролика.

Дэсбелл стоял, привалившись спиной к задней стене конюшни, и смотрел на унылые холмы и голые рощи, от вида которых нормальному человеку должно хотеть или удавиться, или, хотя бы, напиться – во всяком случае, в представлении Джона. Словно в подтверждении его мыслей, Дэсбелл снял с пояса флягу и вытащил пробку.

– Вот представь… – Он повернулся к слуге. – Допустим, тебе нужно срочно спрятать нечто… нечто, что нужно срочно спрятать. Что бы ты сделал?

– Вы про руку-то эту, прости господи? Сниться она мне скоро будет.

– Мне тоже. Так что бы ты сделал?

– Зарыл бы поглубже.

Вместо ответа Дэсбелл ударил каблуком в мёрзлую землю.

– Да, не получилось бы, – кивнул Джон. – Ну, привязал бы камень – и в реку.

– Разумно. Только мелкие озерца и речушки замёрзли. А ехать на реку опасно, вдоль дороги жилья много, и выводит она аккурат к парому. Кто-нибудь да увидит. А на безлюдное место пробираться без дороги по лесу… – Дэсбелл отрицательно покачал головой и хлебнул виски.

– Тогда… даже не знаю. Нашёл бы какое-нибудь дупло… или всё же зарыть попытался, хоть камнями завалить.

– Угу. Думаю, он так и сделал. А собака браконьера с лёгкостью откопала.

– Но почему, господин? Почему он только потом за ней вернулся? Ведь если та женщина сгорела в кузнице, а он ей руку отрубил, чтобы труп забрать…

– С чего ты взял, что труп?

Джон с удивлением взглянул на господина и тот кивнул.

– Крестьяне не болтливы, здесь ты прав. Но одно дело, когда что-то просто так горит, и совсем другое – если там человек заживо сгорает. На крики они сбежались бы, просто так христианскую душу пропадать бы не бросили. Значит, если женщина и погибла, то не в огне. Нет, Джон, я думаю, что отрубил ей руку тот, кто спасал её из огня. И это был не тот человек, который её приковал, иначе он не приходил бы на пепелище. А ведь кто-то приходил, кто-то кусок крыши жердиной отвалил. Отрубленной же руки просто не заметил среди головешек. А теперь, когда здесь появился… хм… помощник шерифа, то заволновался, на пепелище вернулся… И женщину он будет искать с удвоенным старанием. Если уже не нашёл.

– А женщина эта…

– Да, думаю, что это и есть леди Рэйчел.

– Но как она вообще в кузнице-то оказалась? Я видел барона Сканлона… Ослушаться такого отца? Распрощаться с ним возле привратницкой, сделать вид, будто идёшь в гостевой дом, а вместо этого сбежать через чёрный ход, чтобы попасть в такую вот историю…

– Она не сбегала, Джон. И отца не ослушалась. – Дэсбелл прищурился, всматриваясь. – Егерь возвращается. Оседлай Гнедого, поеду к нему навстречу. – Он заткнул флягу, вернув её на пояс. – Заиметь приятеля из окружения барона – это именно то, что мне сейчас нужно.

Джон направился ко входу в конюшню, но не выдержал и обернулся.

– Простите, господин! Но тогда получается, что девицу втихую похитили прямо из монастыря? Как такое возможно?

– Просто, Джон. Очень просто. Седлай Гнедого.

Глава третья

Вороны над пристанью

Ветер завывал в ивах, пытаясь сорвать редкие побуревшие листья. Из снега пиками торчали сухие камыши, тонкая корка льда обрывалась в чёрную воду. Всадники медленно ехали вдоль берега, от конских морд в морозный воздух поднимались облачка пара.

– Тебя само небо послало! – Эйвон с наслаждением глотнул виски из протянутой Дэсбеллом фляги. – Ветер до костей пробирает.

– Да уж… и вороны разорались, под стать погоде, – заметил его помощник, принимая флягу.

– Вот за что не люблю ворон – круглый год орут, – проговорил Дэсбелл, проследив взглядом птицу, с карканьем опустившуюся на крышу показавшейся из-за ивняка изящной часовни. – Что это там? Я года три назад бывал в этих местах, но её не помню. – Он кивнул на часовню.

– Так её три года назад и поставили, – Эйвон чуть поморщился. – На том месте, где сторожка паромщика стояла.

– А, часовня святой Аделы! – усмехнулся его помощник.

– Не богохульствуй, Байл!

– Я и не богохульствую. Покойную леди Аделу многие втихаря считают если и не святой, то отмеченной особой благодатью – точно.

Дэсбелл повернулся к Байлу.

– Чудеса, что ли, после смерти творит?

– Да нет… при жизни творила.

– Чудеса?

– Глупости она творила, – снова скривил губы Эйвон. – Один только приют для прокажённых чего стоит. Мало того, что чума тут прошлась, так ещё прокажённых не хватало!

– Ну, с таким братом и с таким приданым леди Адела могла чудить как ей заблагорассудится. Вот она и чудила – сначала возжелала стать баронессой Сканлон, а потом передумала и в святые подалась…

– Байл! Не святотатствуй.

– Но её впрямь… ладно, ладно, Эйвон. Умолкаю.

Они подъехали ближе к часовне и Дэсбелл заметил возле небольшую пристань, выглядящую заброшенной.

– Здесь же, вроде, переправа была.

– Была, – кивнул Эйвон. – Теперь её перенесли выше по реке.

– Чтобы не мешала уединению этого места. – Байл перехватил взгляд Эйвона и покачал головой. – Нет, история впрямь грустная.

– Это про сорвавшийся паром? – Дэсбелл поднял голову на кружащихся в небе ворон. – Слышал её.

– Ой, да кто её здесь не слышал? А кое-кто даже видел, как паром уплывал. И ведь никому даже в голову не пришло, что может случиться что-то плохое! С той стороны реки баронская свита была, с этой Хенсли должен был паром встречать.

– Хенсли… – Дэсбелл задумался. – Где-то я это имя уже слышал… забыл.

– Он был женат на мистрисс Комине, первой красавице местной. Вот её-то точно не забудешь, если увидишь! Я не понимаю, как можно было оставить такую женщину, да ещё почти сразу после свадьбы… Или он тоже леди Аделу почитал за святую, а она чуть ли не на глазах у него…

– Байл!

– Прости, Эйвон. Я помню, что он был твоим другом. И ничего плохого не говорю о нём, между прочим. Та трагедия на многих подействовала. Я же помню, как эту часовню строили, на пожертвования. Они просто градом сыпались, так леди Аделу в округе любили. И странно так всё случилось Подумать только – разбойники… На этом берегу на них ни до, ни после никто не нарывался. И сэр Джеймс приказал все леса частым гребнем прочесать, всё напрасно.

– Ага, стали бы они ждать, когда их перевешают! – хмыкнул Эйвон. – Одно дело какого-нибудь фермера ограбить, и совсем другое – на самого барона Грэйди напасть… Ладно хватит уже о грустном. Поехали быстрее в трактир, иначе я в ледяной столб превращусь.

Когда троица подъезжала к трактиру, Дэсбелл заметил во дворе уже виденную им однажды скромную карету, возле которой возился хмурый кучер, проверяя упряжь. Байл заговорщицки подмигнул:

– Вот это удача! Сейчас увидишь первую красавицу нашу, мистрисс Комину. Ради неё сам лорд Дэсмонд расторг помолвку, да не с кем-нибудь, а с дочерью барона Сканлона! Бедняжка из-за этого, говорят, в монастырь собралась. Как барон его шпагой не проткнул, непонятно… Хотя, может, проткнёт ещё.

– Хочешь сказать, что лорд готов жениться на простолюдинке? – удивлённо взглянул на него Дэсбелл, спешиваясь и бросая поводья выскочившему из дверей трактира Джону.

– Ну, может, и не жениться… – Байл пожал плечами. – Хотя, она ведь не простолюдинка. Хенсли прежде, чем сделать вдовой, сделал её дворянкой.

– Байл, сколько тебя знаю, столько же удивляюсь – как тебя самого шпагой не проткнули! – поморщился Эйвон, отдавая поводья своего коня слуге.

Дэсбелл с удовлетворением заметил лёгкую зависть в глазах своих новых приятелей, проводивших взглядом Джона, заводящего Гнедого в конюшню. Конь, о котором не слишком богатые дворяне могли только мечтать, и вышколенный, изысканного вида слуга… Так, пожалуй, никто и не вспомнит о его собственном крестьянском происхождении. Только бы Агнес на глаза им не попадалась…