Ольга Лазорева – Русская гейша. Загадки любви (страница 58)

— Танюха! — восторженно закричал Тим. — А ты совсем неплохо выглядишь.

— Ты тоже, малыш! — расхохоталась я.

Тим похудел, его роскошные волосы были очень коротко острижены, на лице еще оставались розовые следы заживающих царапин, но в целом, он не изменился.

— А мне три дня назад гипс сняли, — довольно сообщил он. — И я в порядке, только ноют сросшиеся кости.

— И уже скачешь, я смотрю, — заметила я.

— А как же? Как всегда, накрыл на стол к твоему приезду.

Я пошла в комнату, чтобы переодеться. Лиза следовала за мной по пятам.

— А где картины Криса? — удивилась я, не увидев его многочисленных работ, которые до отъезда буквально заполонили мою квартиру.

— Тим решил убрать, — нехотя проговорила Лиза. — Подумал, что тебя они будут огорчать, вызывать печальные воспоминания.

— Глупости! — ответила я. — Ладно, я потом сама их развешаю.

Когда я вышла из ванной, стол уже был накрыт. Лиза и Тим сидели с радостными лицами. Я увидела бутылку шампанского.

— Тебе можно? — осторожно поинтересовался Тим, беря бутылку и снимая фольгу.

— А почему нет? — улыбнулась я. — Не нужно обращаться со мной, как с больной! Дорогие мои, я выздоровела и чувствую себя отлично!

Тим кивнул и разлил шампанское. Они начали сообщать мне последние новости, но старательно обходили тему моего пребывания в санатории. Тогда я сама им рассказала, как мы с Крисом по пьяному делу потащились осматривать водопад, как я поскользнулась в резиновых сапогах и чудом осталась жива. Про беременность я умолчала, чтобы их не расстраивать. К тому же я старательно вычеркивала этот факт из памяти, словно никакой беременности никогда не было.

— За телом Криса приехал его отец, — напоследок сообщила я. — Но я его даже не видела. Я почти все время спала от лекарств.

— Ну и правильно! — одобрила Лиза. — Зачем тебе лишнее напряжение?

Мы замолчали.

— А ты снова в стриптиз? — после затянувшейся паузы перевела я разговор на другую тему.

— Навряд ли, — ответил Тим и ясно глянул мне в глаза. — Хочу все-таки вернуться в родной город. Денег я тут накопил, хватит на квартиру. Сама знаешь, цены у нас, не то что в столице. Однушку вполне могу себе позволить и не самую плохую. Даже на мебель останется.

— А скучно после такой бурной жизни не будет? — усмехнулась Лиза. — Не проще здесь устроится на приличную работу? Можно ведь в какой-нибудь престижный танцевальный коллектив, скажем, балет «Тодес» Аллы Духовой.

— Не знаю, девочки, — после долгого раздумья ответил Тим и налил шампанского. — Надоело все до чертиков, вся эта богемная тусовка. Хочу учить детишек танцам, зажить простой тихой жизнью.

— В одиночестве? — спросила я, лукаво улыбаясь.

— Ну почему? — сказал он. — Ритка же не навечно в Японии. Вот вернется и переедет ко мне.

— Как ты уверен! — заметила Лиза.

— Да я вчера с ней по телефону говорил. Любит она меня, сказала, что очень скучает. И я ее, наверное, люблю. Будет у нас японские танцы преподавать или в нашем самодеятельном театре Кабуки работать режиссером. А, может, откроем на пару собственную окию и составим конкуренцию Танюхе.

— В Москве что ли конкурентами станете? — рассмеялась я. — Не думаю, что в нашем городке этот бизнес может получить развитие и принести прибыль. Ты же знаешь, что услуги гейш стоят немалые деньги. А кто в провинции такое может себе позволить?

— Да я так, к слову, — ответил Тим, улыбаясь. — Но мне нравится твой активный настрой. Узнаю прежнюю Татьяну. Ты всегда была генератором идей. Слушай, а тебе такой отдых пошел явно на пользу. Или купание в ледяной воде так повлияло на просветление ума?

— Тимур! — одернула его Лиза и с тревогой на меня глянула.

— Все в порядке, — улыбнулась я. — И я так рада, что снова дома, с вами. Я отлично себя чувствую.

Из тетради лекций госпожи Цутиды:

«От японских гейш без ума были многие великие люди. Чарли Чаплин, Федор Шаляпин, Жан Кокто побывали в Японии и присутствовали на вечеринках с гейшами. Они были в восторге от этого чисто японского феномена и оставили записи о своих впечатлениях.

Жан Кокто, знаменитый французский прозаик, поэт, художник, сценарист, драматург, режиссер был гомосексуалистом. Женщины его никогда не интересовали. Любовью всей его жизни являлся актер Жан Марэ. Но приехав в Японию в 1936 году, Кокто встретил известную гейшу Кихару и был настолько очарован ей, что по возвращении во Францию написал знаменитые стихи-впечатления. Он воспел три драгоценности Японии: борьбу сумо, театр кабуки и, главное, гейшу Кихару. Кокто дословно перевел ее имя — Цветущая Весна — на английский и французский. В сердце этого гения нашлось место лишь для одной женщины. И это была именно гейша.

Но после Второй мировой войны популярность этой профессии резко упала. Число гейш неуклонно сокращалось, и становилось все труднее найти ученицу, готовую потратить, по меньшей мере, пять лет на постижение искусств музыки, танца и остроумной беседы. В середине XIX века в Киото, родине этой профессии, было около тысячи майко и гейко, как на местном диалекте называется профессиональная гейша. Через сто лет их количество сократилось до 500, включая 200 майко. В 97 году в городе оставалось всего 58 учениц.

Не зная, как привлечь в эту профессию юных девушек, несколько домов гейш решили воспользоваться современными методами. Они создали свои сайты, через которые занялись поиском майко. И дома гейш в древней столице Киото снова процветают благодаря тому, что начали вербовать новое поколение учениц таким нетрадиционным способом. Информация, которая размещается на сайтах, разнопланова. Это и какие-то занимательные лекции по истории профессии, и цитаты из дневников гейш, и древние тексты о жизни Ёсивара, и рисунки великих японских художников. На сайте девушки могут прочитать основные требования к кандидаткам. Они просты, адаптированы для современного мышления и выглядят следующим образом:

«А вы смогли бы стать гейшей?

Это не работа с 9 до 18. Кандидатки в гейши должны быть готовы к пяти годам непрерывной учебы.

Оптимальный возраст — 15 лет. После окончания школы начинать уже поздно.

Максимальный рост — 160 см. Более высокий рост не позволяет женщине выглядеть грациозно во время танца.

Идеальный вес — от 43 кг, чтобы быть в состоянии танцевать в тяжелом кимоно.

Соискательницы должны иметь разрешение родителей (если оно вам не нужно, вы уже слишком стары).

Кандидатки должны быть готовы вести традиционный японский образ жизни, включая ношение кимоно и сон на тонком матрасе, а не на кровати.

Модельная внешность не обязательна (макияж наносится очень толстым слоем)».

«Быть японцем снова круто, и гейши — часть этой тенденции, — говорит Питер Макинтош, канадец, который занимается организацией вечеров с гейшами для иностранцев в Киото. — Сегодня многие девушки не хотят работать в скучных компаниях. Если ты майко, то люди платят большие деньги за то, чтобы увидеть тебя и поговорить с тобой, ты встречаешься с кинозвездами, и куда бы ты ни пошла, люди тебя фотографируют. Это довольно приятная жизнь».

На следующее утро я проснулась в прекрасном настроении. На улице было необычайно тепло. Мартовское солнце заливало окна золотым светом. Я умылась, сварила кофе и, накинув куртку, вышла на балкон с чашкой. Облокотившись о широкие перила, с наслаждением вдыхала свежий воздух, щурила глаза от солнечных лучей, наблюдала за суматошными воробьями, которые явно ошалели от такого яркого теплого дня.

«Скоро апрель, — подумала я, — пора бы позаботиться о новых весенних нарядах».

Эта мысль показалась мне глупой, но доставила явное удовольствие. Я выпила кофе и позвонила Лизе.

— Ты чего так рано поднялась? — удивилась она.

— Хочу приехать на работу, — решительно проговорила я. — Надоело без дела слоняться.

— Нет, — воспротивилась она. — Ты вчера прилетела, нужно хотя бы пару дней отдохнуть.

— Короче, я выезжаю, — ответила я и положила трубку.

Лиза ждала меня в приемной с недовольным лицом. Я вошла и поцеловала ее, оглядываясь по сторонам. Здание полностью восстановили, Лиза уже завезла мебель. Я увидела, что первым делом она позаботилась о своем рабочем месте. В углу приемной на прежнем месте стоял стол, на нем возвышался новенький монитор, рядом горшки с цветами. Увидев их, я расхохоталась.

— Ты как всегда! Без зелени и цветов не можешь!

— Конечно, — ответила она, тоже начиная улыбаться. — Это создает мне нужное настроение. Но ты все-таки зря приехала. Твой кабинет еще не готов. Там сейчас как раз рабочие.

— Вот и хорошо, — сказала я, снимая плащ. — Зато сама все проконтролирую. А то прошлый интерьер казался мне претенциозным и несоответствующим духу гейш. Ты мебель для него уже привезла?

— Нет, и даже не заказала. Решила тебя дождаться.

— Да? — задумчиво произнесла я и вновь начала улыбаться.

— Ты чего? — осторожно поинтересовалась Лиза.

— Да вот думаю, может, оформить в традиционном минималистском японском стиле.

— Это что?! — с возмущением заговорила Лиза. — Циновки на пол, никакой мебели, раздвижные ширмы и ниша токонома? С ума ты сошла! А как же с клиентами? Будешь предлагать нашим бизнесменам обувь при входе в твой кабинет снимать?

И мы обе невольно прыснули.

— Ты права, — сказала я. — Будет обычная офисная мебель.

— Ну, это скучно, — улыбнулась Лиза. — Добавим какие-нибудь эксклюзивные японские вещички.