Ольга Кузнецова – Цена свободы (страница 4)

– Для столь наблюдательного человека, ты порой поистине слепа, – сухо сказал Валет. – Я бы не стал изменять, так как отлично знаю долг мужа и уважаю тебя. Если ты такого обо мне мнения, то вообще ничего обо мне не знаешь!

Какая речь! Даже совестно немного стало. Всё-таки Валет хороший. Он мне как друг или брат, но уж точно не муж. Дойдя до кареты, он галантно поклонился:

– Доброй ночи! Увидимся завтра на подготовке к свадьбе!

Напутствовал! Молодец! Бежать захотелось сильнее.

– Доброй ночи!

Я уже собралась забираться в повозку, когда услышала оклик принца:

– Люси.

Нехотя повернулась. Что ещё ему надо? Неожиданно я поняла, что одна его рука легла на талию и притянула к себе, а губы накрыли мои. Пару секунд я осознавала, что происходит, а затем вырвалась. Не сразу конечно, так как принц намного сильнее меня, и примерно минуту, ему удавалась меня удерживать. И то, думаю, что это не я вырвалась, а он соизволил меня отпустить. Не спорю, приятный поцелуй, но всё же! Не то, всё не то! Чувства не те! Точнее их просто нет. Ни дрожи в коленях. Ничего. Одно негодование. Появилось непреодолимое желание протереть губы. А ведь я представляла себе свой первый поцелуй иначе!

– Что ты себе позволяешь? – прошипела я.

– Я твой жених. Забыла? Имею права. Если ты так на поцелуй реагируешь, что в первую брачную ночь будет? – хмыкнул он, и, поклонившись ещё раз, развернулся и пошел обратно во дворец, а я так и осталась стоять столбом.

В повозку забралась дрожа. И не от поцелуя! Брачная ночь, я и забыла! Бежать, бежааать!! До свадьбы или никогда! И это чувство беспомощности, когда тебя целуют против твоей воли, а ты ничего не можешь сделать только подхлестнуло мое желание к побегу.

Наконец-то пришли родители, пока я тихо паниковала. Теперь желание побега было заветным! Родители приняли моё волнение за другое.

– Ваш поцелуй с принцем, ах, вы отличная пара! – пропела мама. Я попыталась выдавить улыбку. Вышел кривой оскал.

– А как вы смотритесь вместе!

3

Следующая неделя пролетала как в тумане. Я разрывалась между библиотекой, своими планами и дворцом, в котором полным ходом шла подготовка к нашей свадьбе. У меня было всего две недели на то, чтобы разработать план и сбежать.

В итоге мне удалось найти нужную мне информацию. Рано утром и вечером я искала любые данные об Академии Высшей Магии, находящейся в столице Объединённой Республики. Самое важное условие успеть к началу обучения, если кончено меня примут. А начиналось оно с первым днём осени. Последний месяц лета только вступил в свою силу, поэтому надежда успеть меня не покидала. Правда я не нашла никакой информации о том, какие испытания предстоять при поступлении, ни название факультетов, да фактически ничего, кроме небольшого упоминания в справочке о магическом образование. Информации о ней было жалко мало, лишь пара предложений. Словно кто-то нарочно пытался ее скрыть. Но одно я поняла точно, они дают полное укрытие и неприкосновенность. Я уже и раньше слышала о подобном, знаю, что враги королевства укрывались в Республики и также помню упоминания о самой Академии. До этого я не придавала этим словам никакого значения, но теперь все стало ясно. И это был мой единственный шанс.

А во дворце меня заставляли улыбаться всем, быть милой и участливой, а также выбирать украшения для зала, участвовать в репетициях, примерке платья и дегустации блюд. Я старалась натужено улыбаться. Принц принимал это с молчаливым терпением. Меня раздражало, что он постоянно брал меня за руку и держался ближе. Правда кроме поцелуя в щеку, большего себе не позволял. Я стойко терпела, чтобы не привлекать к себе внимание и усыпить бдительность папули.

Я так уставала, что порой почти спала над книгами, прилагая много усилий, чтобы держать глаза открытыми. Естественно, такой режим сказывался на внешнем виде. Под глазами залегли тени, лицо отекало от недосыпа, а настроение было на отметке отвратительное, но я не сдавалась. Приходилось ночами готовится к побегу, пока все спали. Неудивительно что папа стал приглядываться ко мне, замечая мою усталость, но пока ничего не говорил.

К началу второй недели я собирала сумки. Побег запланировала за три дня до свадьбы. Как раз перед тем как начнут съезжаться гости. Я видела, что мои служанки что-то замечают, но несмотря на доверие, я не могла им ничего рассказать, в первую очередь чтобы их не подставлять. Они тоже молчали, за что я была им благодарна.

Из одежды я взяла с собой пару самых простых и невзрачных платьев, что у меня были. В них я обычно ухаживала за нашими лошадями в конюшнях. Одни брюки, пару рубашек и несколько комплектов нижнего белья. Ехать я собиралась в костюме для верховой езды. Остальное планировала покупать на месте. Правда в конце, я не удержалась и положила свое любимое платье, которое так и не успела надеть. Нежное, серебристое, оно струилось по моей фигуре, часть спины была открыта, платье было словно второй кожей. Подарок от бабушки на совершеннолетнее. На дно сумки легла пара элегантных серёжек и немого шпилек и заколок для волос.

Сложнее всего оказалось добыть фляжку для воды. Я знала, что у отца их несколько, он всегда брал с собой на охоту, но красть у него было слишком опасно, поэтому пришлось позаимствовать у одного из слуг. Правда вместо воды там оказалось, что покрепче, мне кажется я захмелела от одного вздоха, поэтому сомневалась, что он объявит о пропаже. Провизию было решено выкрасть накануне.

Также я приспособила небольшую сумку для верховой езды, в неё я положила карту и деньги. Денег я взяла достаточно много, и они оттягивали, но я понимала, что дорога предстоит длинная и они мне нужны. Единственные подъемные для новой жизни. Сто золотых и двадцать серебренных монет. Целое состояние для тракта, в компании одинокой спутницы, но риск дело благородное. Тем более я наложила на сумку заклинание для отвода глаз.

На карте я набросала примерный план пути и остановок, но все же размышляла удастся ли мне положить с собой лёгкий плед. Я не собиралась спать под открытым небом, это меня откровенно пугало, но не могла поручится, что этого не будет.

Сумка для провизии ждала своего часа. Последние два дня я собиралась с силами, и боялась не струсить перед решающим шагом. Я уже примерно знала, как буду сбегать. Ночью.

Словно приведение я брела по дому, впитывая в память каждый сантиметр, предаваясь воспоминаниям. До приезда гостей и моего побега оставался еще один день. Я брела обуреваемая смятением и неуверенностью и не могла поверить, что я правда решалась на побег. Наш трехэтажный особняк я любила. Если смотреть на него с сада, он тонул в цветах и зелени. Плющ красиво обвивал белые стены, а они в свою очередь отливали на солнце жемчужным блеском. Мне нравилось отсутствие пафоса в виде золота и антиквариата на каждом шагу, что утяжеляло интерьер, а порой веяло абсолютной безвкусицей.

Пройдя в парадные двери из красного дерева, я оказалась в просторной холе сверкавшей чистотой. Белая плитка на полу, обои кремового цвета, картины на стенах и шикарный ковер из белого ворса. Я засмеялась, вспоминая сколько раз в детстве я чем-нибудь вымазывала его, а потом долго слушала выговоры.

Я заглянула в столовую на первом этаже, стол был огромный, на двадцать персон окруженный резными стульями с кремовой обивкой. Но мы восседали вместе лишь в одной его части. Не помню, когда последний раз у нас было так много гостей. Дальше была дверь на кухню для слуг, я услышала веселые разговоры и стук посуды, не став никого тревожить. Также на первом этаже располагались комнаты прислуги. Я заглянула в свое любимое место в доме, библиотеку. Огромные окна до пола, открывали вид на сад и освещали множество полок, тянувшихся до потолка. Все они были заставленные различными книгами. Я с упоением вдохнула древесный запах с легкими нотками кожи. На столе у окна было чисто, все книги убраны по местам, а лестница аккуратно стоит у стены. Тоска защемила на сердце, но я заставила себя пойти дальше.

Я поднялась наверх, медленно ведя рукой по перилам из красного дерева в тон входной двери. На втором этаже располагались комната для музицирования, огромная гостиная, где пили чай приглашенные дамы и сплетничали, также мужская гостиная, где курили сигары и обсуждали финансы. Несколько комнат для хранения всего необходимого и кабинет отца. На третьем этаже были наши спальни и еще несколько пустых, которые никто не занимал.

Идя мимо кабинета отца, я стала невольным свидетелем разговора родителей. Подслушивать нехорошо, но мое ухо зацепило важные для меня слова, и я уже не смогла остановиться.

– ….есть подозрение. Лучше пусть будет во дворце последние три дня перед свадьбой. Скажем утром. Просто поставим перед фактом. – строго говорил отец.

И его слова все решили. Я уже не стала слушать ответ мамы, а тенью побежала прочь, скрываясь у себя в комнате. Сегодня был мой последний шанс на свободную жизнь. Прощай титул, наследство и жизнь без нужды. Но почему-то к страху примешалось что-то еще. Азарт?

Лежа в постели, я тихо считала время. Сначала зашла мама, снова поахала, обсудила мое свадебное платье, гостей и празднество в целом. Затем зашёл отец, поведал о пользе брака, поцеловал в макушку и удалился. Слуги погасили свет, но я всё равно не решалась бежать. Провизию предварительно выкрала и уже собрала. Моими припасами стали: буханка хлеба, палка колбасы, кусок сыра, немного вареной картошки. Флягу наполнила водой. В итоге сумки вышло две, небольшие и не сильно тяжелые. Как раз повяжу на седло с обеих сторон, и вес будет равномерным. Мне удалось засунуть небольшой плед с собой, и я была очень довольна. Его я стянула у отца уже в самом конце, без зазрения совести. Плед сшитый из особых ниток, прекрасно сохранял тепло, но при этом был практически невесомым, и занимал мало место. Папуля его любил. Что ж, я тоже любила прежнюю жизнь. Так что всем приходится жертвовать.