Ольга Кузнецова – Голос без имени (страница 13)

Он лишь усмехнулся, а вот Сайлар охнул.

– Прости, я знаю, что он твой брат. – сказала я. – И слышать такое неприятно и больно. Я долго не могла смириться с этим, мне понадобилось время, чтобы осознать, что я сделала. Принять это. Но жалеть… Нет, я не жалела.

– Молис всегда был импульсивен. Ты же знаешь, что он был совсем ребенком, когда его родителей убили у него на глазах. Это ударило по нему слишком сильно. До того, как ты пришла, у него тоже случались подобные вспышки и безумные идеи. – вспоминал мужчина. – Но раньше удавалось их сдерживать, вразумить. В этот же раз его поддержали слишком многие. На тот момент в клане Пепла было много поломанных душ так или иначе пострадавших от рук аристократов.

– Я не знала о этом его прошлом. Мне он казался всегда рассудительным, – призналась я. – Но я знаю, на что способна ненависть. Видела своими глазами, и сама почти поддалась ей.

– В Молитар, как я понимаю, лорд слово ругательное, – хмыкнул Каспиан.

– В основном. За редким исключением. Но их сложно разглядеть под общей массой. Поэтому даже здесь твой статус вызывает во мне тревогу.

Лорд ничего на это не ответил.

– А после дриад? – спустя какое-то время продолжил Сайлар.

– А после мы отправились в Урай.

– Маргарет знала, что ты стихийная одаренная?

Разговор немного напоминал допрос, но я спокойно отвечала. Ясно было, что Сайлару интересны все подробности.

– Да. Я рассказала ей, после того, как Молис стал параноиком. Только эти двое знали правду.

– Но почему ты не сказала остальным? Мне? – в его голосе слышалась грусть.

– Мне казалось, что это проклятие. И чем больше человек узнает, тем больше опасности я принесу.

Я до сих пор так считала, хотя и пыталась бороться с предрассудками. Волна грусти нахлынула на меня. А вместе с ней тоска. Тоска по дому и Урайю. Хотя Люмаира всегда была в моей голове, что помогало мне, связывало с остальными невидимой нитью. Я чувствовала ее поддержку и веру с меня.

– Но это же бред.

– Как знать, – усмехнулась я. – Я верила, что Урай моя последняя надежда на безопасность. Но и тут ошиблась.

– А Маргарет?

– Она тоже в Урайе. Ты не поверишь, но она обладает сильной ментальной магией. Она поделилась этим во ответ на мое откровение.

– Да ну? – рассмеялся друг.

– Урай, – тихо сказал Каспиан. – Легендарный замок для обучения одаренных. Еще держится.

– Но внутри есть аристократы и люди Императора.

– Не удивительно, – продолжил лорд.

– Ты знаешь об Урайе? – спросила я. Мне хотелось узнать что-то новое.

– Конечно, – он посмотрел вперед слегка прищурившись. – Замок с огромной историей. Место силы. Даже власть Империи не может его сокрушить.

– И порой, я не понимаю почему. Гнев народа, для которого он святой, кажется мне неубедительным аргументом.

Каспиан молча шел вперед, но я поняла, он знает ответ. И мне хотелось правды.

– Что ты об этом знаешь? – допытывала я.

– Раньше Урай был сердцем для одаренных. Местом, где творилась настоящая магия. И там же обитали не только люди.

– Драконы, – догадалась я.

– Ты знаешь о них? – наконец на лице лорда появилась настоящая эмоция. Удивление.

– Да. Я была в ангарах. И знаю человека из рода Эл’Варий.

– Не может быть, – тихо сказал Каспиан. – Леванор убил всех представителей этого рода. Потому что они могли контактировать с драконами, которых он истреблял. Тебя обманули.

– Сомневаюсь, – хмыкнула я. Даже если бы он мог соврать мне, то Люмаира распознала бы фальшь. Но она его узнала. Узнала его кровь.

Лорд резко остановился. Он хмуро смотрел на меня. Я видела на его лице замешательство и даже злость.

– Всех из рода Эл’Варий убили, – отчеканил он каждое слово. – Не раскидывайся такими словами.

Я была удивлена его реакцией. Словно это было для него неимоверно важно. Но ведь я не лгала. Возможно стоило закрыть эту тему. Поэтому я просто пожала плечами и отвернулась. Но лорд остался стоять. Он не двигался с места, вынуждая нас с Сайларом остановиться. Друг тоже пребывал в замешательстве из-за поведения его командира.

– В чем дело? – осторожно спросил Сайлар.

Каспиан не отрывал от меня злого взгляда.

– Я вижу, что ты все равно уверена в своих словах. Почему? – напирал он.

Я зло смотрела в ответ. Ярость хлестнула по моим щекам. Кто он такой, чтобы я доверяла ему тайну о Люмаире? Вместе с тем, он находился от нее далеко, в другой стране и никогда не сможет добраться. Этот человек спас меня от гвардейцев, привел в убежище, зная, что я из Империи. Несмотря на его холодность, он не вел себя более враждебно по отношению ко мне.

– Отвечай!

Это был наполовину приказ, наполовину мольба.

– Почему для тебя это так важно? – спросила я. – Если ответишь честно, тогда и я сделаю тоже самое.

Он молчал, взвешивая. Видимо, как и я, размышляя о доверии.

– Леванор истребил много драконов. Он считал, что всех. Но они просто улетели. Эмигрировали на другие земли. Но после смерти рода Эл’Варий мы потеряли с ними связь. Мы не знаем способа как наладить с ними отношения. Знания утеряны навсегда.

Теперь я понимала, почему это вызвало в нем столь бурные эмоции. Он говорил пылко, с ощутимой болью. Будто это было его личной трагедией. Это тронуло меня.

Как и обещала, я честно ответила на его откровение.

– Я уверена, что тот мужчина в Молитар, который назвался представителем рода Эл’Варий является таковым. Мой спутник души – дракон, – призналась я. – И она узнала его кровь.

Лицо лорда побледнело. Он выглядел так, словно земля ушла у него из-под ног.

– Невозможно, – еле слышно сказал Каспиан. – Дракон в Молитар. Но он в огромной опасности.

– Она. Знаю, – и меня это пугало. Каждую минут. Порой Люмаира отвечала злобным рыком на мой очередной вопрос о ее благополучии. – Но Каэл заботиться о ней. Она признала его. Сейчас дракон в ангарах при Урайе. Глава и Каэл обещали сделать все возможное, чтобы оставлять это в тайне сколько получится.

– Этот Каэл в опасности. Но он не должен умереть. Он и его знания необходимы нам, – лорд пришел в себя, и мы снова двинулись в путь.

– Согласна.

Дым мы почуяли еще издалека.

Он лип к носоглотке, обволакивал изнутри, как будто не хотел, чтобы мы просто прошли мимо. Хотел, чтобы запомнили его надолго.

Когда деревня показалась за поворотом, у меня вырвался вздох, будто кто-то ударили в грудь.

Пепелище.

Останки домов, каркасы, как ребра умершего зверя. Где-то тлел обломок крыши, дымился поленчатый забор. Все вокруг было серым: не было ни птиц, ни шорохов, ни голосов. Только скрип шагов по углям. Это чем-то напомнило то место, где я появилась в Актавии. Только намного хуже… и свежее.

Каспиан остановился, глядя на то, что осталось от колодца в центре.

– Здесь был рынок, – хрипло сказал он. – Он был известен во всей Актавии, потому что это деревня делала мед. Самый вкусный. Я обожал его в детстве. Я… – Он не закончил. Только провел рукой по лицу, стирая сажу, будто память.

Я обернулась. Сайлар молчал. Он стоял чуть поодаль, напряженный, как пружина, сжимая эфес меча. Он уже видел, что творят Молитар на своих землях и чужих.

– Ушли быстро, – бросил он. – Сжигали все без лишних церемоний и сожалений.

Я медленно шагнула вперед. Возле обгоревшего крыльца я заметила тряпичную куклу. Одна нога, голова черная от копоти. Я не стала поднимать ее. Только смотрела. Если этот ребенок выжил, мир больше не будет прежним. Еще один взращенный в ненависти к Молитар. Поломанная душа. Такая же как Молис и многие другие.

И что-то внутри меня окончательно треснуло. Не с громом – с глухим, ровным звуком, как ломается лед под ногами. Увиденное здесь ударило по мне сильнее, чем то, что было в особняке Каспиана. Так больше нельзя было.