Ольга Кузнецова – Дитя стихий (страница 9)
– Его имя не Бромен?
– Он самый. – кивнул хозяин. – Вы о нем слышали?
– Наслышаны.
Часом позже я пытался уснуть, лежа на твердом полу. Мне немного поддувало, поэтому я плотнее запахнулся в куртку.
– Ты что-то задумала Хоуп? – не выдержал я. От чего-то уверенный, что она тоже не спит.
– Почему ты так думаешь? – тихо спросила девушка, чтобы не разбудить спящую Маргарет.
– Мне кажется, ты зацепилась за имя лорда. И твои глаза так блестели ненавистью при взгляде на гвардейцев, – я качнул головой. – Пойми, я тоже их ненавижу. Но твой взгляд, он был особенный.
Она надолго замолчала. Я уже решил, что не дождусь ответа. Но Хоуп все же заговорила.
– Империя прогнила насквозь. Нам вещают о величие и силе, а сами творят самоуправство. Особенно это касается глубинок. Ты же и сам это знаешь. Лорды обирают население, загоняют в долговые расписки, практически в рабство. А еще отбирают и похищают девушек. Если ты красивая, то фактически теряешь право на свою жизни. И это великая Империя? Гроза Континента? Я хочу обладать достаточной силой слова, чтобы иметь возможность что-либо поменять. Кто-то должен начать думать о простых людях.
Я молча переваривал услышанное и не переставал восхищаться. Как можно быть одновременно такой хрупкой снаружи и такой сильной внутри? Ее мысли о нашей Империи резонировали со мной. Кажется, она сама не отдавала себе отчета, как сильно разделяла мои взгляды. Я давно считал власть прогнившей настолько, что вонь от этого больше не удавалось скрыть. Они продолжали удерживать население от бунта запугивая войной с актавианцами. Но сами обращались со своими жителями гораздо хуже. Я был тем, кто знал слишком много и, если бы не умел держать язык за зубами, давно был бы мертвым.
– Хоуп?
– Да?
– Если у тебя будет план, только скажи.
Глава 5
Хоуп
Я долго смывала кровь. Глядя, как она струйкой стекает по мне, я чувствовала лишь усталость. Не было никакого сочувствия. Внутри меня все окаменело. Хотя сначала, когда я осознала, что убила человека меня снова рвало желчью. Отмыв себя, я вышла из душа. В зеркало на меня смотрела хрупкая блондинка с большими зелеными глазами. Все тело было покрыто синяками и мелкими порезами. Амазонки постановили, что у меня сломано два ребра, вывих плеча и колена и многочисленные ушибы. Вроде больше переломов не было, но и не было гарантий что обошлось без трещин. Но я хотя бы была жива. А вот Дион, мой провожатый, умер.
Хельга уже ждала меня в комнате. Девушка смотрела на меня спокойно. Она знала кто я, потому что присутствовала при осмотре на повреждения. Они увидели метку.
– Я предложу тебе выбор. Ты можешь остаться с нами навсегда. Стать одной из нас и бороться с подобного рода тварями, как те лорды. Хотя с аристократией все сложнее. Мы убираем лишь их приспешников, до них самих добраться не получается. Но если ты решишь снова пойти в Крепость, то мы поймем. Но идти тебе придется одной, ведь это только твой путь. В любом случае, тебе надо отдохнуть и поправиться. Можешь принять решение позже.
Она оставила меня. Я легла на постель и свернулась калачиком. Капли скатывались с моих мокрых волос на спину, оставляя следы на свежей одежде. Но меня это не волновало. Впервые за последний месяц я могла поспать спокойно. Никто не пытался меня убить. Но внутри была лишь сосущая пустота.
Сон изменился, и я стояла над избитым мужчиной. Его поймали, когда он насиловал девушку. Совсем юную, еще ребенка. Рядом со мной была Хельга.
– Давай, Хоуп, – жестко говорила она. – Или ты думаешь, что он исправится и перестанет это делать? Считаешь, побои его напугают? Ты должна убить его!
Мужика трясло. Меня тоже. Я понимала, что он мерзкий ублюдок. Выродок недостойный жизни, но сделать это не могла. В прошлый раз все происходило в моменте драки и борьбы за свободу. А сейчас… Я не могла.
– Может просто сдать его стражам? – предложила я. Это преступление строго каралось.
– Властям? Ты думаешь, им не насрать? – рыкнула воительница. – Их можно подкупить. А выйдя, он вновь это сделает.
Но после всех озвученных убеждений и даже после того, что я видела само насилие и бедную девочку, моя рука не поднималась. Я его избила, сильно. Я ненавидела его. Но дальше не могла. Тогда Хельга достала собственный кинжал и с размаху вогнала ему в глотку. Кровь брызнула, и он стал захлебываться. Мои ботинки тут же оказались залиты его кровью, но я не могла пошевелится, глядя на судороги умирающего маньяка.
– Вот так это делается. Жалость оставь слабакам. Ей тут нет места.
Проснулась я сама. Не было холодного пота, меня не трясло, как в прошлый раз. Было лишь отвращение словно кровь ублюдка все еще на моих ботинках.
Смогла бы я убить его сейчас? Наверное, да. Хотела бы? Скорее всего, нет. Это крайняя мера. Я старалась воздерживаться от этого. Но Хельга была права. Он продолжил бы этим заниматься. Скорее всего я могла, как и вчера, просто вогнать кинжал ему ниже пояса лишая возможности продолжать насилие. Наверное, лишить жизни было бы более гуманно, но такие как он этого не заслуживают. Мучиться до конца жизни – вот чего они заслужили.
Тогда я была еще не так жестока, как сейчас. Тогда какая-то часть меня сохраняла надежду на лучшее в людях. На справедливость. Сейчас это лишь вызвало у меня смешок. Справедливость? Нет. Была только отчаянная борьба за эту гребаную жизнь и каждую ее секунду в попытке одержать власть над ее распоряжением. А все слабости оставалось только искоренять, убивать в себе на этапе зародышей. Иначе проигрыша не избежать. По крайней мере в моей жизни было именно так. Два последних года превратились в эту борьбу.
Это путешествие в компании Бэйлона напомнило мне другое. То, что оставило в памяти след, который невозможно стереть.
Когда метка прожгла мне кожу вместе с ужасом от боли и понимания, я подписала себе приговор. Осознание, что больше не будет той жизни, к которой я стремилась. Но пришел он. Дион Коловертен. И он принес мне надежду и новую жизнь. Его вера в меня была непоколебимой.
Я всегда вспоминала месяц, проведенный с ним, как один из лучших за последние два года. Он не просто вел меня в Урай, а помогал готовиться к будущему.
Когда столица оказалась на безопасном расстоянии, он устроил мне первую тренировку, чем не мало меня удивил.
– Но я слабая, – сказала я, тогда.
– Это лишь вопрос времени. Все будет зависеть от твоего упорства.
Он заставил меня встать в стойку, чтобы отработать силу удара. Мои слабые кулаки били по его мощным ладоням, а мужчина даже не сдвигался с места. Он казался скалой.
– Думаешь, я смогу стать сильнее? Настолько, что это может пригодиться?
– Хочешь я открою тебе правду, – он опустил руки, глядя мне в глаза. – Ты думаешь все твои предшественницы стихийные одаренные хотели находится при дворе?
Я смотрела в его голубые глаза, словно покрытые льдом, и не могла поверить в услышанное.
– Но они же всегда любили общество. И все блага…
– Тебе так сказали, – он грустно ухмыльнулся. – Поверь. Я аристократ и знаю, о чем говорю.
– Я вообще не понимаю, почему при твоем положении ты здесь, – призналась я. У такого человека как он было все при рождении.
– Потому что я не способен выносить эту мерзкую гниль общества, – он сжал челюсти, так что заходили желваки. – Кучка идиотов, заботящихся лишь о собственной выгоде и удовлетворении извращенных желаний. Сотни жизней и судеб молодых людей на их совести. Бордель для элиты… место куда скидывают девушек и парней как вещи и также их используют. О власти я вообще молчу…
Я поняла, что не все аристократы соглашаются с происходящим. Что и среди них может не быть голоса.
– Почему? Что с властью?
– Все прогнило. Император… – он замолчал, подбирая слова. – Мы не Империя Молитар. А Империя лжи. С момента ее основания и до сих пор. Поэтому ты важна. Последняя стихийная одаренная до тебя пробыла при элите дольше всех. И поверь, она ненавидела это общество всей душой.
– Но ты же не застал предыдущую стихийку!
– Я был ребенком. Но вот мой дед и отец хорошо ее помнят, – он грустно смотрел на меня. – И скажу тебе так, им не оставляли выбора. Просто забирали и все. А дальше они становились новой игрушкой для элиты, с которой все хотели повеселиться. А если ты не согласна – выход лишь один, смерть. Им приходилось делать все, что говорили. А поверь, они умеют придумывать все новые извращения. Император… все императоры что были в истории Молитар, терпели их только ради забавы и как отвлечение для народа.
– Но зачем? – я была в шоке.
– Чтобы создать иллюзию надежды.
Мне не хотелось в это верить, но все обретало смысл с каждым сказанным словом. Казалось, что мне с глаз сорвали маску, что мешала разглядеть истину.
– Знаешь, почему ты особенная?
Я отрицательно покачала головой. Дион подошел ближе и взял меня за плечи глядя в глаза.
– Потому что мы успели первыми. И если ты доберешься до Урайя, у тебя будет шанс на другую судьбу. И для народа может появиться настоящая надежда, а не иллюзия при Императоре. Ты сама сказала мне, что не хочешь потерять свою жизнь, подарить ее кому-то. Так борись.
После его слов на мои плечи упал груз ответственности, который показался мне неподъемной ношей.