Ольга Кустова – Итальянские каникулы (страница 6)

Давыдов перестал медлить и подошел к Леле, понимая, что сейчас сам выдает свое отношение к ней нежным взглядом и широкой улыбкой, не желающей сходить с его лица, при виде девушки с ресепшена.

– Добрый вечер, – сказала Лела ему по-русски, с легким акцентом.

– Твой русский становится все лучше, – подвердил Артем, расплываясь в улыбке все сильнее.

– Как и твой итальянский, – ответила ему Лела, вспомнив, что именно она и начала обучать постояльца своему родному языку, коротая с ним скучные вечера в отеле.

– Можешь мне чай организовать? – спросил Артем и тут же увидел, как Лела покинула свое рабочее место и прошла к стойке, которая находилась рядом с ресепшеном.

Давыдов последовал за ней. Уже через минуту перед ним стояла кружка с горячим зеленым чаем. Лела за два месяца пребывания Артема в этом отеле выучила, какой он пьет чай и из кружки какого объема. Она встала за стойку напротив постояльца и продолжила их разговор, но на этот раз по-английски:

– Как ваш день прошел?

– Отлично.

– Как там Верона, расскажите мне все, что видели! – с таким выражением лица сказала Лела, с каким дети просят рассказать им сказку на ночь.

Артем начал ей рассказывать с того момента как вошел в город и закончил тем, как зашел внутрь Арены ди Верона. Он опустил самую важную часть своего вечера и решил, что девушке достаточно знать того, что он ей итак рассказал. Он поведал о доме Джульетты, о Арене ди Верона, о старинных зданиях и об архитектуре города. Лела слушала его, облокотившись на стойку, и не отводила взгляда от гостя. Артем же рассказывал ей все в мельчайших подробностях, желая описать все как можно точнее, изредка отпивая чай из кружки.

Около двух часов ночи Леле пришлось покинуть гостя, так как прибыли туристы, желающие заселиться. Она оставила Артема одного в баре и ушла на ресепшен. Допив чай, Артем поднялся в свой номер, совсем забыв о том, что собирался после своей охоты поплавать в бассейне. В номере Давыдов приличную часть времени до сна потратил на изучение своей добычи. Убедившись в том, что все оказавшееся в его руках настоящее и стоит приличную сумму денег, он спрятал драгоценности в сейф и, положив ключ в такое место, где никто бы не стал его искать, отправился в душ. После душа он был уже не в состоянии что-либо делать и завалился спать под телевизор, вещающий о чем-то по-итальянски.

Глава 2. Флоренция

Артем дожидался, когда уляжется вся шумиха с ограблениями в Вероне. О них было рассказано на всех итальянских новостных каналах: были показаны лица потерпевших и фотографии украденных украшений. Кажется, потерпевшие попытались восстановить события того вечера в опере, но никто даже не смог сопоставить ограбление с симпатичным иностранцем в сером костюме. Про него не было сказано ни слова. Это, конечно же, радовало Давыдова: он знал, что может беспрепятственно провернуть очередное дело, не боясь, что на него падет подозрение. Но, прежде чем отправляться организовывать другие ограбления, Артем решил выждать время. Последующие четыре дня он провел с пользой: купался в бассейне, дегустировал различные местные напитки в баре и даже занялся своими картинами. Зачем Артем рисовал? Да затем, чтобы ему было чем заманить людей во Флоренции. У него был новый план, который должен помочь ему обогатиться, обирая туристов так, чтобы итальянская полиция не смогла сопоставить преступника и его самого. Он надеялся снова избежать наказания, и остаться при этом в выигрыше.

Но как только вся шумиха в Вероне утихла, как только полиция сделала заявление, что подала на границе в розыск похищенные украшения, и объявила, что они будут вдвое тщательней обыскивать уезжающих из страны, Артем успокоился. Он решил для себя, что не стоит тянуть со следующим делом и стал готовиться с удвоенной силой к поездке во Флоренцию. Именно этот город был выбран его следующим местом преступления.

План был очень простым и реализовать его Артему ничего не стоило. Но перед его реализацией в самой Флоренции, Давыдову требовалось приложить немного усилий в умении рисовать и тщательнее размять свои пальцы. Вроде бы они у Артема были развиты хорошо, но все же Давыдов тренировался по вечерам в своем номере и доставал из застегнутой сумки кошелек так, чтобы его не было заметно со стороны. Он тренировался на своем же старом рюкзаке, закрепив на его ручке небольшой брелок-колокольчик, издающий тонкий звук при любом его касании. Если колокольчик молчал, значит, Артему удалось вытащить из основного раздела рюкзака свой же кошелек. Если звук раздавался по номеру отеля, Артем себя наказывал и приступал к тренировке по новой. Вскоре Артем заметил, что колокольчик куда чаще молчит, чем тонко издает свой фирменный звук, а это означало, что Давыдов полностью восстановил свои навыки, приобретенные еще в подростковом возрасте, когда его обучал подобным премудростям дед. После обретенной уверенности в себя, Артем поверил и в то, что никто не станет его искать или проверять на автобане. Именно тогда он решился отправиться во Флоренцию – старый город, который притягивал к себе, как столица итальянских художников.

Флоренция считается очень красивым и живописным городом. Нередко туда приезжают начинающие художники. Они располагаются на самой высокой точке города, откуда перед ними открывается потрясающий вид на панораму Флоренции, и создают свои шедевры. Юные дарования так сидят ни час, ни два, а столько времени, сколько им надо, чтобы закончить этот пейзаж на своей картине. Город художников тянул Артема: он рвался увидеть его, побывать там, подышать его воздухом. Почему его тянуло туда, Артем объяснить не мог, но когда его желание полностью захватило все мысли путешественника, он решил как можно скорее отправиться в путь и насладиться Флоренцией.

Чтобы поехать в город-рай для художников, Артем проснулся очень рано для самого себя. Шесть утра, а на улице было уже светло и свежо. Он открыл окно в гостиничном номере и поймал себя на мысли, что весь город еще спит: ни одной машины не было видно, ни один человек не проходил по дороге рядом с отелем, даже птицы пели тихо, боясь разбудить местных обитателей. Чтобы пробудиться от крепкого сна, Давыдов принял душ. После того, как смог взбодриться, он надел на себя слегка помятую голубую рубашку, черные брюки и некое подобие кроссовок. Эти кроссовки были слегка порваны и запачканы краской, использовавшейся Артемом в те моменты, когда он писал вид со своего окна в Монтекатине-Терме.

Артем посмотрел на свою картину. Она определенно украшала скромный и мало обставленный номер. Давыдов закончил ее только вчера, успев нанести все цветные краски на обычные черные штрихи. За пейзажем курортного города, по-царски расположившегося на импортированном мольберте, стоял еще один холст. Это был портрет той, которая манила его, как и волшебная Флоренция. Девушка с портрета стояла всего-навсего внизу, на ресепшене, но была так для него далека по нескольким причинам, что Артем боялся даже представить, что может быть вместе с ней. Он просто нарисовал ее портрет, оказавшийся очень похожим на оригинал, чтобы любоваться ей перед сном. Ему очень нравилась эта черно-белая картина, где были видны все черты ее лица, но все же он не мог терпеть, когда находился под ее нарисованным взглядом. Ему постоянно казалось, что девушка с холста наблюдает за ним. Именно поэтому портрет стоял за пейзажем, который не мог следить за вором, находящимся в своем номере, как в логове в отличии от взгляда нарисованной Лелы.

Вор быстро сложил холсты в трубочку и упрятал в тубу, которую купил накануне вечером специально для этих целей. Тубу он положил в рюкзак и застегнул его так, что ее было слегка видно, просто потому что рюкзак не мог застегнуться до конца. Артем открыл сейф, проверил, что украденные им украшения на месте (так он делал каждый день, иногда даже по несколько раз за день), осмотрел свою комнату, убедившись, что ничего лишнего не лежит на видном месте и покинул номер.

Спустившись по винтовой лестнице вниз, Артем увидел Лелу, стоявшую, как обычно, на ресепшене. Она активно раскладывала бумаги и выкидывала лишние в урну, после того как разрывала их на части. Артем мимолетно глянул на нее и прошел в столовую. Там его ждал шведский стол. Он налил себе кофе, взял йогурт и бутерброд, и спокойно перекусил. Подумав, что ему этого хватит на весь путь до Флоренции, он закончил трапезу и покинул столовую. Давыдов подошел на респешен и обратился к Леле по-английски:

– Доброе утро.

– И вам доброе утро, – сказала она по-русски, пытаясь сдержать улыбку.

– С утра много работы?

– Я бы не сказала. Самый обычный день. А у вас я смотрю на сегодня планы? – спросила она Артема, обратив внимание на его рюкзак с тубой и перейдя на привычный для их общения английский язык.

– О, да, – ответил Артем, снимая с плеч рюкзак и ставя его на пол, – я должен съездить сегодня к другу. И меня, наверное, не будет пару дней, так что, пожалуйста, не теряйте меня и не надо в номере убирать.

Лела кивнула головой и продолжила заниматься своей рутинной работой, а Артем пошел в сторону выхода из отеля. Лела осознала, что парень решил пропасть на два дня из ее вида и, желая заставить его думать хоть иногда о ней, итальянка крикнула ему вслед по-русски: