Ольга Куранова – Нулевой Архетип (страница 94)

Скобы заканчивались на уровне окон «Марии» – совсем рядом, можно было без труда попасть внутрь.

Когда платформа опускалась, и нижние ярусы застряли между зданиями, они оказались под наклоном – снаружи он казался не сильным, но во внутренних коридорах создавал ощущение шаткости, неустойчивости.

Джек сначала запустил внутрь ленту спирита – попытался спровоцировать и разрядить ловушки, если они были – и только потом перелез сам. Он осторожно осматривался, уцепившись за край окна, и Кейн напрягала слух, чтобы расслышать хоть что-нибудь. Снаружи шумел Грандвейв, пела Земля.

Из коридоров «Марии» доносился лишь плач.

– Я осмотрюсь и дам знак, – коротко предупредил Джек и скользнул внутрь.

Кейн держала перед ним щит, но ничего не происходило.

Джек на несколько секунд скрылся из виду – Кейн почувствовала, как ее сердце несколько раз гулко стукнуло о ребра – и вернулся.

– Вроде все нормально. Можно идти дальше.

Когда Кейн забиралась внутрь, он обвил ее спирит-лентой, поддерживая и страхуя.

Обхватил за талию, прежде чем поставить на пол.

Кейн смущенно кашлянула:

– Я могла бы спуститься и сама.

– Мне просто нравится тебя лапать.

Низкие потолки нависали над головой. Коридор ощутимо уходил вниз под наклоном, и все, что во время аварии на «Марии» не было закреплено, мусором валялось внизу. С голых стен осыпалась некрасивая болотно-зеленая краска, и пахло плесенью.

– Мы сейчас в нижних технических помещениях, – сказал Дамин, оглядываясь по сторонам. – Чуть выше машинный отсек, проход к центральной схеме, а еще через несколько ярусов вверх начинаются лаборатории. Осмотрим их и вернемся тем же путем, что пришли.

Кейн кивнула, и они двинулись вперед.

Металлический пол под ногами тихо поскрипывал, едва ощутимо прогибался под каждым шагом.

Джек снова шел первым – он ступал осторожно, внимательно оглядываясь по сторонам. Иногда останавливался, прислушиваясь.

Кейн помогала идти Дэвиду. Он тормозил их, но и оставлять его было нельзя. Под Грандвейв не было безопасных мест, в любой момент могла сработать спавшая до того схема или аномалия. К тому же у Дэвида было оружие – даже ослабленный и раненый он все еще мог стрелять.

Коридор внизу заканчивался тупиком, а наверху поворачивал влево.

Джек остановился у поворота, снова потянулся вперед лентой, прежде чем рискнуть и выглянуть из-за угла.

В конце коридора была изоляционная дверь, такая же, как стояла в Университете на входе в комнату для Испытаний.

Стены на исследовательских платформах – особенно нижние уязвимые ярусы – как правило делали из сверхдорогого и устойчивого к спириту сплава. Это была страховочная мера на случай выброса из Грандвейв или попадания в аномалию – чтобы внешний спирит не мог среагировать с исследуемыми схемами. Дополнительно ставили усиленную защиту на сами лаборатории. В том числе использовали изоляционные двери.

Но не в обычных коридорах.

– Запирается механически, – оглядев замки, сделал вывод Джек.

– Основные замки и засовы снаружи, с нашей стороны, – заметил Дамин. – Ее установили, чтобы запереть что-то внутри. Но по планам здесь не должно было быть никакой двери.

– Первая экспедиция? – угрюмо спросил Дэвид.

– Нет, – ответила ему Кейн. – Установить изоляционную дверь требует времени, и для этого нужны профессионалы.

– Ну да, у придурков, которых послали до нас, вряд ли нашлась свободная минутка, – Джек подошел вплотную, прищурился. – Можешь дать больше света? Хочу осмотреть получше.

Кейн создала светящуюся сферу и поместила над его левым плечом. Свечение выхватило из полумрака детали, обрисовало профиль Джека серебристой каймой.

– Часть замков, похоже, взломаны. Скорее всего, ее недавно открывали.

– Члены первой экспедиции? – предположил Дамин.

– Больше вроде бы некому. Открыли, чтобы пройти внутрь, насмотрелись на то, что там спрятано и ломанулись прочь. Впопыхах закрывать нормально времени уже не было. Далеко, правда, не убежали.

– Ты сможешь открыть? – спросила Кейн.

– Да. На сложные замки у них времени не было, – он открыл сумку, снова принялся деловито копаться среди инструментов, которые взял с собой. – Забавная получается картинка, да? На платформе авария, а персонал двери переустанавливает, защитные системы делает.

Дамин ничего не ответил ему, потому что наверняка уже успел понять и сам.

Авария на «Марие» не была аварией. Люди из лабораторий сами затопили платформу и все, что было на ней.

Дверь заставила их задержаться – ее невозможно было сломать спиритом или просто выломать грубой силой, и замки на ней образовывали сложную систему, которую полагалось открывать и закрывать в определенном порядке. Члены первой экспедиции, уходя, не думали о том, чтобы закрыть ее правильно. Просто отгораживались от того, что было внутри.

Полумрак и бесконечный плач «Марии» давили, мягкие и тяжелые. И в голову лезли глупые мысли – Кейн почти ждала, что в коридоре появится монстр, фантом или аномалия.

Сбивчивое дыхание Дэвида казалось навязчиво громким – он стоял к Кейн ближе всего.

Джек и Дамин пытались открыть дверь.

Они крутили вентили замков, и что-то внутри двери щелкало вхолостую.

Это заняло много времени – два часа, может быть три. Дэвид терял сознание, потом приходил в себя снова. Бинт на его руке пропитался кровью.

Ожидание тянулось, как бесконечная пытка.

Кейн приближала и отдаляла Точку Смещения, и раз за разом прокручивала в голове предположения, страхи и мысли – что ждало дальше.

– Птичка, уймись. Сядь и отдохни, успеешь еще наволноваться, – в конце концов сказал ей Джек, не отрываясь от работы.

– Я волнуюсь не потому, что мне это нравится. Просто не умею иначе.

– Ну, тогда отвлекись. Сделай защиту. Все равно глупо будет соваться дальше, не подготовившись.

– Этой подготовки может оказаться недостаточно, – ответила она.

– Мы в Городе, здесь никакой подготовки не достаточно. Может быть, если бы те первые идиоты это понимали, вернулись живыми.

– Или нет, – вставил Дамин.

– Ну, или не вернулись бы.

Джек повернул ручку еще раз, и что-то внутри щелкнуло, застрекотало с тихим механическим звуком.

– Отлично. Еще четыре замка и откроем.

Кейн в очередной раз приблизила Точку Смещения и потянулась зачерпнуть нулевого архетипа – немного, чтобы оставались силы на то, что ждало дальше – и сплести из него защиту.

Она была готова почти одновременно с тем, как щелкнул последний замок.

Когда с замками было покончено, дверь поддалась легко, Джек открыл ее, и плач спирита, который преследовал Кейн в коридорах «Марии», накатил оглушающей, грохочущей волной.

Кейн вскрикнула, отшатнувшись назад, инстинктивно отдаляя Точку Смещения.

Коридор за дверью был темен и пуст, завален обломками и припорошен пылью.

Облупившаяся краска облетала хлопьями.

Почти сразу в конце коридора возникли светящиеся формы – округлые с длинными лентами-отростками снизу, они напоминали медуз. И состояли из спирита.

Они… звучали почти нормально, но их голос – тихий и однообразный – терялся в реве и криках. Что-то огромное и страшное было в лабораториях «Марии», и оно выло от боли.

Реннар часто говорил Кейн, что архетипы могут звать людей и менять их, как делала это Земля.

Но спирт на «Марии» не вел и не предлагал пути.

Он выл, умоляя о помощи.