Ольга Куранова – Нулевой Архетип (страница 71)

Реннар не стал спорить, и через переговорное устройство в шлюпке связался с «Алой девой».

Какая-то часть Кейн все еще ждала подвоха, когда Реннар поднялся к грузовому отсеку своего корабля – залпа из главных орудий, или же использования Жертвы, но опасения не оправдались.

Реннар просто забрал Дейна и снова спустился к ним.

– Капитан Атрес… рад, что вы живы, сэр.

Дейн смотрел с неприкрытым восхищением. Точно так же он смотрел несколько дней назад на «Сильверне», до того, как появилась «Алая дева».

Странно было понимать, что для него ничего не изменилось.

Кейн эти дни на многое заставили посмотреть иначе.

Атрес едва заметно усмехнулся – беззлобно и немного устало – и ответил:

– Взаимно, Дейн.

– Отлично, – с изрядной долей пренебрежения фыркнул Джек. – Теперь еще оближите друг друга. Счастливое воссоединение.

Возможно, он по какой-то причине хотел спровоцировать Атреса, но слишком плохо его знал.

Атрес проигнорировал и слова, и самого Джека, предпочел вместо этого обратиться к Реннару:

– У нас не очень много времени. Если вы хотите идти с нами, идемте сейчас.

– Разве я спорю, сын мой? – Реннар первым направился в сторону Узла.

Кейн почти ждала, что подол длинной рясы станет цепляться за торчащие из Земли кристаллы, но священник двигался легко, словно бы ходил этим маршрутом уже много раз.

Кейн нагнала его, поравнялась и спросила:

– Вы действительно готовы создать дополнительный Узел над Грандвейв?

– Почему вы спрашиваете, дочь моя? В прошлый раз это казалось вам безумием.

– Это все еще кажется мне безумием.

Но теперь она намного лучше понимала мир под Грандвейв.

– Но теперь вы готовы его обсудить, – с улыбкой заметил Реннар. – Хоть и не готовы быть его частью.

Эрика подошла к ним ближе, беззаботно забежала вперед перед тем, как поравняться.

Свечение ее кожи, настолько же неестественное, насколько красивое, казалось жутким.

– А вы настоящий проповедник, папочка, пытаетесь обработать как можно больше прихожан, – она склонила голову, будто прислушиваясь, и в ее следующих слова прозвучал голод, настоящая одержимость. – Хватит болтовни. Сейчас мы все хотим слушать музыку.

– Эрика, это опасно, – как можно мягче обратилась к ней Кейн. – Земля может свести вас с ума.

– Разве? Единственная сумасшедшая здесь вы, мастресса Анна. Вы слышите то же, что и я. Знаете, что оно настоящее. Намного более настоящее, чем наши дурацкие жизни наверху. И считаете, что это опасно? Знаете, что на самом деле опасно? – она рассмеялась, и в звук просочились миражи, тонкие, ломкие звуки крошащегося стекла. – Вернуться наверх и всю жизнь убеждать себя, что это того стоило.

Кейн промолчала – не потому, что нечего было ей ответить, а потому, что понимала, насколько это бесполезно. Все вещи, ради которых Кейн хотела вернуться, не имели для Эрики никакого значения.

– Мне жаль, если вы действительно в это верите.

– Не стоит жалеть меня, мастресса Анна. Это раздражает.

Реннар слушал их разговор молча, и Кейн не могла отделаться от ощущения, что для него это был момент выбора.

Что именно сейчас Реннар смотрел и решал, кого именно он хочет видеть Жертвой.

От этого ощущения холодок прошелся вдоль позвоночника.

– Вы бы шевелились побыстрее, – неожиданно сказал Джек, и чувство опасности пропало. – Не на прогулке.

Может быть, он заговорил просто так, может быть, почувствовал напряжение в воздухе и решил вмешаться, но Кейн была ему благодарна.

Рядом с ним все вещи, которые казались сложными, становились намного проще.

Узел находился в естественном углублении, в воронке – там, где поток спирита пробил землю и деформировал ее. На кромке воронки спирит-кристаллы росли сплошным ковром, и казалось, что тонкий, едва слышимый звон пронизывает пространство вокруг.

Воздух был холодным, вырывался изо рта белесыми облачками пара.

Реннар спрятал ладони в рукава рясы и остановился на краю. Кейн подошла ближе и замерла, глядя вперед.

Она представляла себе Узел иначе, но в одном она не ошиблась – ни разу в жизни ей не приходилось видеть ничего красивее.

Кристаллический спирит заливал внутренность воронки сплошной плоскостью, как ледяная гладь, как стекло, и внутри сияли линии Земли. Они звучали как дом и счастье, и долгожданный отдых после долгой и страшной дороги.

Кейн с трудом заставила себя отвести взгляд, посмотрела на Атреса и на Джека.

– Хотите спрятаться, дочь моя? – с улыбкой спросил ее Реннар. – Или убеждаете себя, что это все ложь? Морок и иллюзия?

– Нет, – Кейн сцепила пальцы в замок, вывернула до боли. – Я знаю, что это настоящее.

Эрика молчала, и сквозь ее кожу светился спирит, делая ее похожей на фантома.

– Подумайте только – величие, счастье и бесконечный покой совсем рядом с вами, – Реннар говорил легко, словно на него схема Земли не действовала совсем. – И все же вы все равно хотите вернуться наверх. Что держит вас?

– А вас? – спросила Кейн.

– Я должен исправить свои ошибки, – Реннар пожал плечами. – Только это.

– А я просто люблю свою жизнь, – ответила ему Кейн. – Обычную. Без величия и бесконечного покоя.

– Несовершенную.

– Если бы она была другой, я не любила бы ее.

Реннар рассмеялся и с любопытством посмотрел на Джека:

– Вот как, – потом он повернулся к Эрике. – А вы что скажете, дочь моя?

Эрика вздрогнула, словно очнулась, ее выдох превратился в дым, свился кольцами:

– Я скажу, что нам пора, папочка. Нас ждут.

Это была обычная фраза в ее стиле, и все же что-то в словах заставило Кейн зацепиться, услышать за ними нечто большее.

Эрика не пыталась играть словами и превращать их в миражи. Она говорила прямо, абсолютно прямо.

Их ждали.

Кейн не знала, откуда вдруг взялась эта уверенность. Просто восприятие снова сместилось, и некоторые вещи стали совершенно очевидными.

Земля их ждала.

Планета была живой, Кейн знала об этом и раньше. Слышала в звучании ее схемы, видела в спирит-изломах линий.

Даже Реннар говорил об этом.

И все же, Кейн только теперь почувствовала это до конца. Не просто приняла как факт, не уложила его в голове, а почувствовала всем телом, почувствовала собой – сознание намного древнее, намного могущественнее нее.

Намного больше любой человеческой жизни.

Кейн сделала глубокий вдох и пошла вперед.

Она ощущала присутствие Реннара у себя за спиной, как тень.