Ольга Куранова – Нулевой Архетип (страница 40)

– О, дальше будет намного интереснее. Под руку с большим талантом всегда ходит огромная гордыня. Девочка возомнила себя неуязвимой, провалилась на экзаменах и стала по-настоящему уродливой, разочарованной в жизни сукой, которая не может жить без миражей. Но знаете, чем она так и не стала? Слабой, – Хаузер повела ладонью в воздухе, оставляя красный след, как кровавую линию. – Мастресса или нет, но у меня есть сила. И неужели вы думаете, что я дала бы папе умереть, так ничего и не попытавшись исправить? Конечно, нет. Мы прилетели под Грандвейв, к точке расщепления, в Город, где мертвецы и тени. И знаете, ничего хорошего из этого не вышло.

Атрес мог себе это представить. Города едва ли можно было назвать безопасным местом, даже с таким уровнем силы, которым обладала Эрика.

К тому же, на поверхности очень большое влияние имела сама схема Земли.

– Вы не знаете, что это такое, оказаться здесь, слышать спирит, бесконечную, сладкую песню, которая зовет окунуться глубже. Тысячи дверей, за которыми скрыты тысячи миров, – она говорила и улыбалась. – Вот только кошмаров здесь тоже хватает. И один из главных я создала сама.

– Расщепление не сработало.

– А вы догадливы, настолько, что хочется вас чем-нибудь наградить. Хотите печеньку?

– Воображаемую? Нет.

– Очень в вашем стиле, – она рассмеялась, запрокинув голову к выбросу. – Оказалось, что Мираж действительно не способен никого спасти. Спирит или нет, но без нулевого архетипа схематики превращаются в призраков. Папа умер у меня на глазах, за считанные минуты, он смотрел на меня и говорил, что ему очень страшно. Вам тоже будет, поверьте. Все боятся смерти, а если и не смерти, то того, что следует за ней. Знаете, он превратился в фантома. И он был очень голоден.

Атрес ни разу не сталкивался с фантомами лично, но слышал про тех, которые поглощали другие схемы и прорастали в людей. Он мог представить себе, чем стал Вольфган Хаузер после неудачного расщепления.

Эрика продолжила, невидяще глядя перед собой, вероятно, заново переживая те события:

– Я сбежала. Конечно, сбежала. Я ведь не могла уничтожить его полностью, он же был совсем как живой передо мной. Совсем как мой папа. Он просто очень хотел меня съесть. Но, знаете, убежать от него оказалось намного проще, чем забыть. Смешно, правда? Это я во всем виновата, и именно мне он снится. Говорите, глупо возвращаться к прошлому? Значит, вы просто не знаете, каким оно бывает. Значит, вы просто не просыпались с криком, задыхаясь и не зная, куда от него убежать. Значит вы просто, – она рассмеялась снова, – никогда не сходили с ума.

В этом она была права. Атрес никогда не сходил с ума и никогда не жалел о прошлом. Он смотрел на мир со стороны схематика, и это ему грозила смерть. Он не оставлял за собой ни сожалений, ни людей, которые будут просыпаться с криками по ночам.

– Почему вы не вернулись под Грандвейв одна?

Хаузер пожала плечами:

– Потому что не могла. Из-за схемы Земли. Вам, наверное, сложно понять, но это песня, от которой невозможно отвернуться, тем более, если пришел к ней снова. Приди я в одиночку, я очень быстро превратилась бы на поверхности в овощ.

– Значит, – подытожил Атрес, – вам нужен проводник.

– Мне? – Эрика улыбнулась, и шрамы на ее щеке исказились. – Это вам нужен проводник. А мне просто по пути. И я просто могу спасти вас от голодного фантома, который ждет возле точки расщепления. В конце концов, это я его породила. Знаете, – она снова рассмеялась, – как говорится: «я породила, я и убью».

От последних этажей уцелели только железные перекрытия, которые со всех сторон продувались ветром, над ними, совсем невысоко, метрах в пяти-десяти колыхалась плотная пелена Сонма, которая все еще посверкивала отголосками выброса. Должно быть, еще несколько дней схемы могло лихорадить.

Джек цеплялся за покосившуюся балку, которая совсем не казалась надежной, а Кейн держалась за него. Город лежал перед ними как на ладони, и только некоторые участки были скрыты облаками спирита, плотными клубами схем.

Вдалеке плыл неровный темный шар, на котором стояла одинокая человеческая фигура. С такого расстояния не получалось рассмотреть подробнее.

– Это гибрид? – предположила Кейн.

– Ага, – Джек вглядывался в него, наверное, пытаясь понять, грозило ли это им чем-нибудь. Или гибрид просто пролетал мимо и не видел их. – Твари слишком хорошо чувствуют людей.

– Он может обнаружить нас с такого расстояния? – в это верилось с трудом, но проверять не хотелось.

– Понятия не имею. Ты у нас училка, а не я, – Джек осторожно перелез на другую металлическую балку, которая угрожающе скрипнула под его весом, Кейн последовала за ним, стараясь не смотреть вниз. Они были высоко, так высоко, что кружилась голова, и при мысли о падении слегка подташнивало.

Где-то на пределе слышимости схема Земли звала отпустить руки и погрузиться в нее целиком.

Кейн игнорировала ее голос.

– Эй, видишь, вон там? Похоже на корабль, – Джек указал в противоположную от гибрида сторону, и действительно, там, почти полностью скрытый в спирит-облаке, был виден нос корабля – старого, полуразрушенного.

– Он слишком крупный, если там не осталось хотя бы частей работающей схемы, я не смогу ее воссоздать, – разочаровала Кейн. – Мне просто не хватит сил.

– Никто и не просит тебя это делать. Ни черта, конечно, не видно, но это похоже на пассажирский корабль. А значит, внутри должны быть спасательные шлюпки.

– Думаете, это спасательный корабль здесь еще со времен Первой Катастрофы? – жутко было думать, что он так и застыл между шпилей, как бабочка на булавке.

– Не похож, кажется. Нос как у одного из «ВиндВингс». Пойдем, проверим?

В Цитадели ходило множество слухов об авариях на пассажирских дирижаблях, но с трудом верилось, что один из них был в Городе, совсем рядом.

Кейн представила, как корабль потерял управление и погрузился под Грандвейв, и ей стало не по себе.

Что произошло с пассажирами? Превратились ли они в фантомов или были поглощены гибридами?

На самом деле, ей совсем не хотелось знать.

Но с другой стороны, оставаться в Городе дольше необходимого ей не хотелось еще больше. Время играло против них с Джеком. В первую очередь потому, что внизу не было ни еды, ни воды.

– Давайте посмотрим поближе, – решилась она наконец, и Джек протянул ей руку. Он уже знакомым жестом прижал Кейн к себе, и она так же привычно обхватила его руками за шею.

Спускаться действительно оказалось быстрее, чем подниматься.

Глава 7

Они спустились по наружной части здания, ближе к обвалившемуся козырьку центрального входа. Разломанные потрескавшиеся ступени вели на небольшую площадь, в центре которой был неработающий фонтан. В нем безмолвными фигурами застыли потемневшие бронзовые скульптуры. Было в них что-то жуткое.

Спирит-осколков на площади почти не было, те, что оставались, висели в воздухе на уровне шестого-седьмого этажа зданий или поднимались еще выше, к Сонму. Если Кейн правильно определилась с направлением, чтобы попасть к кораблю, нужно было пересечь площадь и идти по одной из примыкающих к ней широких улиц вперед.

Джек наверняка запомнил дорогу лучше, но все же он не спешил, остановившись на ступенях.

Это немного нервировало и заставляло напрягаться от любого случайного шороха.

Кейн очень хотелось перенести Точку Смещения к себе поближе, и приходилось постоянно помнить, что это опасно.

Даже теперь, когда звучание спирита доносилось отголосками, очень хотелось погрузиться в схему Земли целиком. Погрузиться и больше ничего не бояться.

Красное яблоко лежало на бортике старого, почерневшего фонтана и притягивало к себе взгляд. Ничего не стоило бы протянуть руку и увидеть его в своей ладони.

– Мы пойдем по широкой улице? – спросила Кейн, когда молчание затянулось.

– Паршивый вариант, но мелкие улицы вроде почти все засыпаны, слишком долго будет идти, – ответил ей Джек, напряженно к чему-то прислушиваясь.

– Но узкие улицы лучше?

– Не все гибриды в них помещаются, сбежать проще.

Кейн представила гибрид, который не помещался на улице, и ей совсем не понравился этот образ:

– Чем быстрее мы пойдем, тем быстрее окажемся на месте. После выброса прошло не слишком много времени, если гибриды все еще наверху, надо этим воспользоваться.

– Если гибриды наверху, оттуда им открывается отличный обзор, – ответил Джек, и все же двинулся вперед, стараясь не отходить далеко от зданий. Кейн последовала за ним.

Ей было не по себе, покосившиеся шпили Города нависали сверху, полуразрушенные стены осыпались, и казалось, что в любой момент обломки полетят сверху. Она старалась держаться поближе к Джеку, но все равно отставала – платье мешалось, путалось в ногах, и Кейн уже не первый раз думала о том, чтобы оторвать подол.

На то, чтобы пересечь площадь, ушло минуты три, а потом Джек снова замер, вслушиваясь в спирит.

На таком расстоянии даже Кейн ее услышала – странную свистящую мелодию, в которой звуки словно бы цеплялись один за другой. Должно быть, для Джека она звучала очень громко, так что он морщился, пытаясь разобрать что-нибудь за ее пределами.

Спирит-аномалия, определенно очень сильная.

Достаточно сильная, чтобы вблизи нее можно было не бояться голоса Земли, и Кейн рискнула приблизить Точку Смещения, расслышать получше.