Ольга Куранова – Мирное время (страница 13)

Она нажала индикатор на стене, и массивная дверь техблока начала медленно опускаться вниз, отгораживая Вернера. Он еще только поднимался, а нижняя часть с глухим звуком вошла в пазы сцепления с полом и застыла. Наконечник имплантата разбил панель замка так, словно та была игрушечной, заблокировав механизм открытия.

***

Служебный скайлер был припаркован неподалеку, но Йеннер все равно перешла на бег, не желая терять время. Она отпустила контроль над симбионтом, и плети помогали ей двигаться – цеплялись за стены и потолок, придавали дополнительное ускорение. Приятно было наконец-то перестать бояться, перестать одергивать себя и просто действовать. Ей этого не хватало.

Разумеется, Вернер позвонил почти сразу. Йеннер перевела режим связи в аудио-формат и ответила:

– Не отвлекайте от работы.

– Выпорю, – мрачно пообещал ей Вернер. – На развилке возле энерго-блоков сверни к конденсационным платформам. Там есть технический транспортный проход, можно добраться до беспилотников быстрее.

– Сделаю. Спасибо.

Йеннер поправила маршрут на собственной навигационной схеме, и заложила скайлером крутой вираж, сворачивая направо.

Конденсационные платформы, заполненные голубым неоном конденсата, матово светились и едва не сливались в сплошные полосы – Йеннер выжимала из скайлера все, что могла.

– Вернер, пока я лечу за беспилотником, попробуйте найти Фелиз сами. Может быть, что-то появится на датчиках системы безопасности.

Разумеется, показания датчиков выводились и на виртуальный экран перед Йеннер, она получила бы предупреждение, если бы система засекла Фелиз. Но Вернер мог не просто следить за уведомлением, мог лично проанализировать мелкие нестыковки в показаниях сканеров, если Фелиз от них пряталась.

– Пока ты летишь, я тут пытаюсь выбраться из собственного блока. Спасибо большое, что расхерачила дверь, к слову.

– Вернер, это я вас выпорю. Сидите смирно и займитесь полезным делом.

– Да поищу я твою подружку, расслабься. Одно другому не мешает.

На визоре вспыхнуло красным уведомление о еще одном взрыве, на сей раз в сейф-блоке, где хранились все игрушки Вернера, и Йеннер едва подавила желание застонать:

– Вернер, скажите мне, что это не вы.

– Это не я, это мой боевой дроид.

– Я вижу. «Автономный модуль YNR-2»?

– Ну да, я назвал его в честь тебя.

В фильмах подобное всегда воспринималось романтичнее. Или же под угрозой Фелиз Йеннер просто не могла оценить широту жеста.

Справа мелькнул технический проход, и она направила скайлер туда. Проход – широкая круглая шахта уходила на следующий ярус станции и действительно могла существенно сократить путь.

Подобные технические проходы строили ремонтники – модульное устройство ремонтных блоков позволяло тасовать пространство по желанию, расширяя одни отсеки и сужая другие. Изменения отображались только на схемах ремонтников и службы безопасности.

Откуда-то Фелиз тоже о них знала – беспилотники сменили курс и нырнули в проход с другого конца. Йеннер видела на схеме, как они приближались.

В узком транспортном туннеле у них было преимущество перед скайлером, и Йеннер опустила машину вниз.

Несколько секунд ушло на то, чтобы выскочить наружу и раскидать виртуальные окна вокруг себя так, чтобы они не загораживали обзор.

– Ты с ума сошла? – судя по голосу, Вернер был в ярости. – Там пять беспилотников. Вали оттуда!

– Не отвлекайте, – отозвалась Йеннер. Плети рванулись вверх, имплантаты-наконечники впились в стены туннеля, и ее дернуло вверх. Напряглись нити симбионта под кожей, компенсируя перегрузку мышц.

Во время войны Йеннер привыкла перемещаться так, рывками. Используя симбионт больше, чем собственные руки и ноги.

Боевые плети были пластичными, могли переходить в развернутую форму – так их длина составляла четыре роста носителя. При этом они, разумеется, теряли в толщине и прочности, но для перемещения это не имело критического значения.

Йеннер укрепилась двумя плетьми и освободила остальные, застыв в воздухе.

Беспилотники появились через пять секунд.

Их действительно было пять – обтекаемых белых модулей, с агрессивно светящимися прицелами портативных дезинтеграторов. Где бы Фелиз ни достала их, там не экономили на качестве.

Плети рванули Йеннер в сторону, выдергивая из под первого заряда, хлестнули наружу, совсем немного не дотянувшись до ближайшего беспилотника, и бросили в сторону. Сбоку просвистел серебристый оружейный заряд, потом еще один и еще.

Было так просто довериться симбионту и позволить ему делать все, для чего он был предназначен. Эйфория была почти наркотическая – и от возможности размять плети на полную, и от скакнувшего вверх синхрона. Всего шестьдесят, но как же классно.

Беспилотники перестроились в боевую формацию клином и дали еще один залп.

Йеннер увернулась, проскальзывая внизу, ударила плетью вверх, пробивая белое механическое брюхо имплантатом.

Следующий беспилотник зашел справа, дал залп из бокового оружия, и заряд прошел в нескольких сантиметрах от лица Йеннер.

Она отпустила плети, почувствовала, как искусственная гравитация потянула ее вниз, воздух зашумел в ушах.

Оставшиеся четыре беспилотника перестроились у нее над головой – обтекаемые крылатые тени.

Йеннер ударила плетьми вверх, пока беспилотники еще не начали маневр и не успели развернуть орудия. Четыре плети – одновременно. Остриями имплантатов вверх.

Инерция бросила Йеннер вперед, закрутила в воздухе.

Беспилотники рухнули вниз, утягивая за собой, и пришлось уцепиться нижними плетьми, чтобы освободиться. Спину неприятно дернуло – мышцы отвыкли от использования симбионта.

Йеннер опустилась на пол, рядом с грудой, в которую превратились боевые машины – имплантаты били без промаха, всегда в управляющую плату – и активировала сканер.

– Вернер, вы здесь? Можете определить, куда мне?

– Ты нормально? – его голос звучал напряженно, словно он ожидал, что Йеннер как минимум окажется при смерти.

– Да, – Йеннер подошла к ближайшему беспилотнику, дернула пробитую защитную пластину на себя, поморщившись – металл был горячим. – Вы ловите сигнал?

Основной процессор был мертв, разумеется, но маячок и приемник сигналов на таких машинах делали автономными – чтобы можно было потом обнаружить сбитый беспилотник и получить доступ к черному ящику дистанционно.

– Слабо. Можешь его повернуть? Давай сначала в сторону главных доков, где был взрыв.

Йеннер сделала, как он просил.

– Холодно. Похоже твоя подружка уже на станции. Пройдись по кругу, только медленно.

Вернер остановил ее, когда она повернулась в сторону ремонтных техблоков:

– Горячо.

И Йеннер поняла, что Фелиз было нужно:

– Вернер, убирайтесь оттуда.

Связь оборвалась.

***

Запрыгивая в скайлер, Йеннер пыталась понять, откуда Фелиз узнала. Не только о Вернере – как раз о нем мог рассказать и информатор со станции. О транспортном проходе ремонтников, о том, куда направить беспилотников Йеннер на перехват.

Ответ в голову приходил только один – очень неприятный.

У Фелиз был прямой доступ к управлению новой системой безопасности. Ко всей сразу – к камерам, протоколам поведения модулей, частотам маячков и схемам станции. К линиям связи.

И к оружию.

На повороте у ближайшего прохода Йеннер резко ушла вниз, и плазмозаряд прошил воздух в том месте, где секундой назад был скайлер.

Ей повезло, что модуль безопасности в проходе был всего один – так близко к защищенным центральным блокам станции усиливать систему безопасности дополнительно не имело смысла.

Фелиз наверняка об этом знала, намеренно увела Йеннер к беспилотникам, изначально понимая, что они не справятся с боевым симбиотиком.

Фелиз было мало просто убить. Хотя это как раз Йеннер не удивляло. Фелиз ненавидела предателей.

«Она не убьет его сразу, – сказала себе Йеннер. – Так не интересно. Так не весело. Она захочет сделать больнее».