Ольга Куно – Институт идеальных жен (СИ) (страница 20)
– Никогда их не читаю, особенно перед обедом.
– Зря! Так вы не сможете испортить себе аппетит и потолстеете!
– Не волнуйтесь, – процедил граф сквозь зубы. – Вы легко справитесь с моим аппетитом и без газет.
– Да, но я не всегда буду рядом! – проявила заботу я. – И в любом случае, общая постель – плохое решение. По ночам на меня что-то находит, и я начинаю отчаянно толкаться локтями. Боюсь, я просто сброшу бедняжку Мейбл на пол.
– В таком случае почему бы бедняжке Мейбл не лечь у стены?
Мейбл не сводила с нас непонимающего взгляда, видимо недоумевая, в какой именно момент она оказалась бедняжкой.
– Я предлагаю другое решение, – заявила я. – Мейбл занимает одну кровать, а я – другую. И мы спим, как полагается приличным незамужним дамам.
– Простите за бестактный вопрос, но где же в таком случае буду спать я? – осведомился Ренье. – На коврике?
– Ну почему же? У вас есть прекрасный сундук!
Мы с Мейбл невольно хихикнули, несмотря на неловкость ситуации.
– О, благодарю! – не то язвительно, не то уязвленно отозвался собеседник. – Я лучше запихну туда одну из вас. Он нахмурился и угрожающе двинулся в нашу сторону.
– Хорошо, хорошо, – затараторила я, не желая вновь оказаться в темноте. – Конечно, было бы предпочтительнее устроить вас в одной из комнат, но поскольку, как вы сами сказали, свободных нет, вам придется лечь на сеновале!
– То есть как? – удивилась моя бывшая – и кажется, нынешняя – соседка по комнате. – Там же неудобно, и труха…
– Ну, если нет свободных комнат, то что ж поделать? – пожала плечами я. – К тому же если расстелить плотный плед, то будет вполне сносно.
– На сеновале, между прочим, свободного места тоже не осталось, – проворчал граф Ренье. – Разве что Гарри потеснится.
– Это мы завсегда пожалуйста! – услужливо послышалось из-за двери. – Сдается мне, и вам, хозяин, там спокойнее будет. А то мало ли кто здесь покусится, покамест вы спите…
– Вот и отлично.
И я подтолкнула смирившегося со своей участью графа к выходу. По дороге он прихватил с собой пару вещей. Но в дверях остановился.
– Леди де Кресси, только один вопрос.
– Да-да, конечно.
– Это правда, что вы сбежали от жениха?
Такой поворот показался мне немного странным, но я все же ответила:
– Правда.
– Странно, – протянул Ренье. – Я ожидал бы, что это скорее жених сбежит от вас.
И, подхватив со спинки стула сюртук, наконец удалился.
Я выдохнула, испытывая чувство, крайне близкое к счастью. Покосилась сперва на ширму, за которой можно было скрыться с глаз Мейбл, а затем на вожделенную ночную вазочку, призывно выглядывавшую из-под кровати все это время. Если Ренье не соизволил догадаться, что после столь долгого пребывания в сундуке она мне понадобится, и хотя бы ненадолго покинуть комнату, это на его совести. Пускай теперь ночует на сеновале.
Граф Рейнард Аттисон стоял у ворот пансиона Святой Матильды и вот уже целых десять минут размышлял, стоит ли ему входить и вновь просить свидания со своей невестой. Здравый смысл просто вопил, предлагая бежать прочь сломя голову. Интуиция же подсказывала, что задержаться все-таки не помешает. А граф Аттисон слишком много времени проводил при королевском дворе, чтобы научиться не пренебрегать интуицией.
К тому же, и он прекрасно отдавал себе в этом отчет, Рейнарду хотелось еще раз увидеть свою невесту. Что-то было такое в этой невысокой темноволосой девушке с золотистой кожей и темными, как спелые вишни, глазами, в глубине которых плясали искорки смеха. Рейнард даже предположил, что подобные мысли – действие магической клятвы, навеки связавшей его с юной соседкой по поместью, и, чтобы прояснить этот вопрос, отправил письмо придворному магу.
Ответ он получил сегодня утром. Почтенный старик в витиеватых выражениях уверял графа Аттисона, что магическая клятва лишь препятствует нарушению данного семьей жениха обещания и к чувствам отношения не имеет. Приходилось признаться самому себе, что его просто тянет к этой девчонке.
Рейнард вздохнул и вновь посмотрел на дверь пансиона. Говоря откровенно, ему было любопытно, что эта абсолютно непредсказуемая девушка придумает на этот раз. Похоже, он даже начал получать определенное удовольствие от пикировок с невестой.
К примеру, граф готов был поклясться, что, пока Амелия разглагольствовала о своей смерти, ее глаза сверкали от тщательно сдерживаемого смеха. Рейнард вспомнил, как был ошарашен столь буйной фантазией, и расхохотался. Наверняка именно поэтому все соседи так старательно отводили глаза при расспросах и мямлили, что Амелия де Кресси – чуґдная девочка.
Похоже, достопочтенные лорды неправильно ставили ударение. Или же они просто не могли оценить всю силу полета фантазии юной леди. Рейнард вновь усмехнулся, вспомнив собственное недоумение, и протянул руку, чтобы позвонить в колокольчик.
Дверь сразу же распахнулась, выпуская из недр пансиона уже немолодую женщину в сопровождении тучного мужчины, в котором граф Аттисон узнал любителя юных девушек мистера Годфри. За ними со слегка встревоженным видом следовала директриса пансиона, не то провожая, не то выпроваживая.
– Это ужасно! – пронзительно воскликнула женщина, разворачиваясь к директрисе. – Это просто вопиющее безобразие! Вы обязаны отыскать мою падчерицу!
– Действительно! – вторил ей мистер Годфри. – О какой репутации можно говорить, если у вас воспитанницы сбегают буквально одна за другой!
– Госпожа виконтесса, это просто недоразумение, – лепетала почтенная дама. – Уверяю вас, мы обязательно разберемся…
– Будьте так добры! Я заплатил немалые деньги, чтобы получить угодную себе жену, и что в результате? – пробасил мистер Годфри.
Его спутница лишь кивала и прикладывала к глазам носовой платок, изображая скорбь.
– Мы непременно разберемся. Возможно, мисс Фэйтон просто переволновалась перед свадьбой. Ну знаете, как это бывает…
Рейнард презрительно скривился. Он был в курсе слухов, которые ходили о мистере Годфри, торговце, желающем обрести через брак дворянский титул, и изо всех сил сочувствовал девушке, которую вынуждали выйти замуж за это ничтожество.
– Как я понимаю, Амелия де Кресси тоже переволновалась? – язвительно отозвалась дама. – Не зря же она тоже сбежала?
Рейнард нахмурился и поспешно шагнул в тень, чтобы не привлекать внимания.
– Откуда вы знаете? – директриса побледнела еще сильнее.
– Я видел ее недавно. В «Оазисе», – сообщил мистер Годфри. В голосе толстяка сквозило снисходительное превосходство. – Юная леди уверяла меня, что сбежала от ненавистного жениха и собирается выйти замуж за графа Ренье. Девушка была спрятана в сундуке, чтобы соблюсти тайну! Слышали вы когда-нибудь о таком падении нравов?
При упоминании имени покровителя Амелии Рейнард сжал кулаки. В висках застучала кровь. Но он взял себя в руки и весь обратился в слух.
– Они даже живут в одной комнате! – все еще возмущался мистер Годфри. – При этом мальчишка имел наглость угрожать мне шпагой!
Граф Аттисон с удивлением понял, что странный звук – это скрежет его собственных зубов. Он с трудом сдержался, чтобы не выскочить из тени и схватить толстяка за воротник, дабы вытрясти полную информацию. Сделав над собой усилие, он дождался, пока мистер Годфри и леди Фэйтон удалятся на значительное расстояние, и лишь затем резко дернул веревку колокольчика.
Дверь медленно, словно нехотя, отворилась. Решительно отстранив привратника, граф Аттисон шагнул внутрь, легко догнал директрису и тоном, не терпящим возражений, произнес:
– По-моему, нам с вами необходимо поговорить о моей невесте.
Глава 6
Утро вечера мудренее
Как только за Этьеном захлопнулась дверь, Амелия коршуном кинулась к ночному горшку с воплем:
– Ну наконец-то!
– Уборная – в конце коридора, – на всякий случай проинформировала я соседку.
– Ты – святая! – Она тотчас же исчезла за дверью, а я опустилась на кровать и задумчиво подперла голову рукой. События развивались слишком стремительно, и я окончательно запуталась, что же теперь делать.
К тому же получалось, что именно я способствовала побегу Амелии из пансиона. И хотя то, что мы сбежали вместе, придавало происходящему хотя какое-то подобие респектабельности, последствия могли оказаться весьма плачевными для обеих.
– Ох, Мейбл, как здорово, что мы с тобой сбежали! – Амелия вновь появилась в комнате. Ее лицо просто сияло от радости. – Будет что рассказать девочкам, когда вернемся!
Такая перспектива меня не обрадовала.
– Знаешь, мне кажется, что для меня возвращение – не лучшая идея, – призналась я.
Соседка задумалась и кивнула.
– Это верно, – со вздохом согласилась она, присаживаясь рядом. – Этот толстый старик не отступится, у него на лице все написано.
– Да и мачеха… – Я махнула рукой. – Нет, мне лучше продолжить свой путь. А вот тебе, конечно, необходимо вернуться, пока слухи не достигли ушей твоего жениха.
– Графу Аттисону все равно. – Настала очередь Амелии отмахнуться. – И мне кажется, что он с удовольствием расторгнет помолвку со мной.
– Но твоя репутация пострадает, – возразила я.
– Не думаю. Я – богатая наследница, и если сбежала с подругой, чтобы помочь ей добраться до… кстати, а куда ты собиралась добраться?