Ольга Кунавина – Сумеречный гость (страница 8)

– Я только отведу Бориса Никифоровича в кабинет мужа и вернусь, – сказала она. – Мне нужно с вами поговорить по одному очень важному делу.

Ожидая возвращения Марианны, Варя встала у окна, выходящего в парк, чтобы полюбоваться розами. Внезапно по стеклу забарабанил дождь. Изольда подошла к Варе и тоже принялась смотреть в окно, а затем неожиданно вздохнула.

– Какое скучное лето в этом году, – грустно произнесла она. – В прошлом году мы целый месяц плавали на яхте по Средиземному морю. Наша яхта называлась «Изольда». Она была названа в честь меня. Жаль, папа её продал. Яхта была такая красивая! А маме она казалась маленькой. Она говорила, что не может пригласить в плавание с нами всех тех, кого ей хочется. А новую яхту папа ещё не купил. И наверное, не скоро купит. Он сказал, что ему нужны деньги для нового предприятия. Зато я готовлюсь к конкурсу красоты, – с гордостью сказала она. – Хореограф ставит мне сольный танец.

– Давай что-нибудь почитаем, – предложила Варя. – У меня с собой журнал со стихами Пушкина на французском языке. Он написал их, когда учился в лицее. Мне очень нравятся «Стансы».

– Ой, а мы с мамой вчера смотрели Пушкинский бал, который прошёл в Москве! – воскликнула Изольда. – Там было очень много известных людей, точнее, их детей. Мне очень понравилось платье на ведущей! А у хозяйки бала было невероятно красивое украшение на шее! Мама решила заказать такое же, только лучше. Хотите, я вам покажу запись?

– О нет! Спасибо! – сказала Варя, но Изольда, не слушая её, бросилась к туалетному столику, на котором лежал планшет.

Хорошо, что в этот момент вернулась Марианна.

– Ступай в танцевальный класс. Приехал педагог по хореографии, – сказала она Изольде, а затем, когда дочь вышла, обратилась к Варе с неожиданным предложением: занять должность гувернантки. – У Изольды несколько лет была гувернантка, и мы были ею очень довольны. Педагог с большим стажем, много лет проработала в театральном училище, прежде чем пришла к нам. Именно она указала мне на то, что учительница английского языка манкирует своими обязанностями. – При слове «манкирует» Варя невольно вздрогнула. – К сожалению, наша бывшая гувернантка серьёзно заболела и была вынуждена покинуть нас. Эмма Андреевна не только контролировала весь учебный процесс Изольды, но и обучала её основам этикета, правилам ведения домашнего хозяйства, а также навыкам рукоделия: моя дочь, например, освоила некоторые виды вышивания.

«Марианна придерживается основ дворянского воспитания? – с изумлением подумала Варя. – Не иначе она планирует выдать дочь за какую-нибудь особу из королевской семьи или принадлежащую высшей аристократии. Впрочем, управлять таким поместьем – это целое искусство, и к этому надо, наверное, готовиться с детства».

– Мы, конечно, не требуем от вас подобного. Вряд ли вы умеете вышивать гладью или шёлком, – снисходительно произнесла Зотова. – Вам придётся каждый день составлять расписание моей дочери, созваниваться с педагогами и директором школы, следить за выполнением домашних заданий, совершать с Изольдой ежедневные прогулки, сопровождать её на дополнительные занятия или в модельную школу, где она занимается, а также устраивать и организовывать для неё праздники. Ваши услуги будут хорошо оплачиваться. Очень хорошо оплачиваться, – подчеркнула Зотова. – У вас будет один выходной день в неделю, а еще вы будете свободны в те дни, когда мы будем уезжать за границу, но жить вам придётся в поместье, ведь я доверю вам своего ребёнка. Комната, в которой вас поместят, расположена напротив комнаты Изольды. В отличие от слуг, которые пользуются общим санузлом, у вас будет отдельная ванная комната. Завтракать, обедать и ужинать вы можете с нами, но только не в те дни, когда у нас гости или приёмы. – Марианна Зотова ненадолго задумалась, а затем произнесла:

– Кажется, я ничего не забыла и сообщила вам все условия.

Пока она говорила, в Вариной голове промелькнули не только одна за другой три сестры Бронте, но и все описанные в литературе гувернантки. Её ужаснула будущая судьба.

– К сожалению, я не могу принять ваше предложение, – произнесла Варя.

– Как? Почему? – В голосе и на лице Марианны Зотовой отразились искреннее удивление и непонимание.

«Наверное, она полагала, что я, как в старых романах, брошусь к её ногам и со слезами стану осыпать её руки поцелуями за все предложенные мне благодеяния», – подумала Варя.

– Я привыкла жить дома, а не в чужой комнате.

– Мы сделали в комнате ремонт, после того как Эмма Андреевна уехала от нас, – пожала плечами Марианна. – Там новая кровать и новое постельное бельё. Вы можете передвинуть мебель по своему усмотрению. Или, если вам понадобится что-то из обстановки, вы можете заказать необходимое. Мы оплатим ваш заказ и не станем вычитать эту сумму из вашей заработной платы.

Варя решительно покачала головой.

– Ну хорошо. У вас будет один выходной в месяц, когда вы сможете ночевать не здесь, а где захотите, – с неудовольствием, отразившимся на лице и в голосе, произнесла Марианна.

– Увы, но даже эта уступка не изменит моего решения, – твёрдо произнесла Варя.

– Это ваш окончательный ответ?

– Да.

– В таком случае мы вынуждены отказаться от ваших услуг.

– Воля ваша, – сказала Варя.

– Шофёр не сможет доставить вас сейчас до остановки, – надменно произнесла Зотова. – Он должен отвезти мою портниху и её помощниц, так что в машине не будет свободного места. Вам придётся самой добираться до остановки.

«Какая мелкая месть, – насмешливо подумала Варя, бросив взгляд на залитое дождевыми струями окно. Непогоды она не боялась, так как в сумке у неё всегда лежал полиэтиленовый плащ-дождевик. – Неужели те, кто раньше жил в этой усадьбе, были такими же мстительными людьми?» Она ничего не ответила Зотовой и вышла из комнаты.

Завадская с неодобрением отнеслась к решению, принятому Варей.

– Многие мечтают о том, чтобы попасть в дом к таким сверхбогатым людям, как Зотовы, – укоризненно произнесла она. – Вы лишили себя уникального шанса, я говорю не только о материальной стороне.

Варя хотела ей возразить, но Дина Васильевна сделала знак рукой, означавший ничего не говорить, и Варя промолчала, а Завадская продолжила:

– В отличие от вас я не вижу ничего унизительного и недостойного в должности гувернантки. Вам же предлагали не только заработную плату, но и полный пансион. Да, жить под чужой крышей никто не любит. Но вы бы жили не в простом, обычном доме, а во дворце. Конечно, о личной жизни пришлось бы позабыть, но ведь игра стоит свеч. У вас имелась бы всего одна ученица, за которую платили бы столько, сколько не получает рядовой учитель в школе при удвоенной нагрузке! Нет, я бы ещё поняла ваш отказ, если бы у вас кто-нибудь был на иждивении: больная мама или ребёнок…

– Наверное, мы с вами по-разному понимаем, что такое достоинство, – наконец произнесла Варя.

– Да бросьте, – махнула рукой Завадская. – Мы всю жизнь кому-то прислуживаем, перед кем-то унижаемся. – Она устало вздохнула. – Идите, Варвара Владимировна. Идите, готовьтесь к занятиям. Потом вы пожалеете о своём решении и вспомните меня. Жаль, конечно, что мы потеряли таких богатых клиентов. Их положительные отзывы могли бы привлечь к нам других учеников и упрочить репутацию школы.

Едва Варя вошла в свой кабинет, как к ней заглянула Рита Семёнова, преподававшая китайский язык.

– Я слышала, ты щёлкнула по носу саму госпожу Зотову, – засмеявшись, произнесла она. – Надеюсь, они предлагали тебе платье синего цвета с золотом, собственный выезд и ложу в театре, как это было принято при дворе?

– Нет. Во-первых, синих платьев у них не носят. У прислуги форма коричневого цвета. Во-вторых, меня и так забирали с остановки и доставляли туда же, так что собственный выезд был исключён изначально. А что касается театра, то он скоро будет построен прямо в поместье. Меня пытались соблазнить личной ванной комнатой, ведь остальной прислуге приходится довольствоваться общим санузлом.

– Какой, однако, скачок сделала современная цивилизация в области комфорта! Помнится, во времена Екатерины II об этом можно было только мечтать. И всё-таки жаль, что им не нужна гувернантка со знанием китайского или японского. Французский – это же прошлый век.

– Позапрошлый, – улыбнулась Варя.

– И всё же ей не помешало бы не только оглядываться назад, но и посматривать вперёд.

– Её целеустремлённости можно только позавидовать.

– Ну, ещё бы, – хмыкнула Рита. – Сначала она усиленно делала фасад, потом принялась приводить в порядок внутреннее содержание. Не знаю, правда, насколько её хватит. Доказывать мужу, что ты интеллектуально превосходишь своё окружение, лишь бы удержать его возле себя, – какое же это, должно быть, страшное напряжение! Боюсь только, что, невзирая на все ухищрения, для неё всё равно это закончится печально.

– Что ты имеешь в виду? – удивилась Варя.

– Большому бизнесу всегда нужен наследник.

– У них же есть дочь.

– Я сказала: наследник, а не наследница. Зотов очень тщеславный человек. В первом браке у него было три дочери, но он оставил их в надежде на то, что Марианна родит ему мальчика. Увы, природа смеётся и над богатыми. Марианна оказалась способна произвести на свет только Изольду.