Ольга Коротаева – Скандальный магазинчик брошенки, или Развод с драконом (страница 23)

– Что такое совесть? Штука, с помощью которой контролируют народ? Нет, спасибо. Мне такого добра не надо.

– Тогда не жалуйтесь, – рыкнул он и, стиснув горячими ладонями мою талию, приник к губам.

Глава 35

Ох, как же хорошо целовался этот герой-любовник! Знамо, почему не женился. Наверняка тренировался в местном доме терпимости в перерывах между своими тайными делишками. Впрочем, почему в перерывах? Не отходя от графика работы! Не удивлюсь, если узнаю, что те женщины подрабатывали информаторами.

Да, я намеренно провоцировала себя, напоминая неприятную историю со своим третьим мужем. Но что-то внутри меня отчаянно сопротивлялось и не хотело признавать, что Финвальд Лунарис похож на Юрия Гусева.

Совсем не похож! Ни капельки.

«Ещё несколько секунд, и я его оттолкну, – пообещала себе. – Три, два, один…»

Внезапно раздался стук в дверь:

– Господин канцлер?

Сейчас дверь откроется, и кто-то увидит, что леди целуется с… леди! Представив это, я вздрогнула и отпрянула, но Финвальд лишь сильнее сжал ладонями мою талию, не желая отпускать добычу.

– Стучат, – сурово сообщила ему.

– Дверь на магическом замке, – пожирая меня взглядом, хрипло напомнил мужчина, явно желая продолжить приятное занятие.

– А вы единственный маг во дворце? – выгнув бровь, сухо поинтересовалась я.

– А? – масленый взгляд мгновенно изменился, царапнул дверь. – Не единственный.

И рявкнул так сурово, что сердце пропустило удар:

– Я занят!

Нехотя разжал руки, отпуская меня, а потом задумчиво признал:

– Вы правы, леди. Далеко не единственный. А насчёт вашего плана я вынужден признать, что все ваши труды напрасны. Не понимаю, как согласился сбежать в таком виде и оставить вместо себя служанку. Немыслимо! Видимо, был под чарами ваших прекрасных глаз.

Я подняла указательный палец и хитро прищурилась:

– Вы – важная персона! И у вас наверняка много тайных дел. Верно?

– Разумеется, – коротко кивнул Финвальд.

– А магические ритуалы присутствуют среди этих важных дел? – продолжала допытываться я.

– Безусловно, – настороженно ответил мужчина.

– Так вот, – я указала на письменные принадлежности. – Напишите, что проводите важный ритуал и вас нельзя отвлекать никому, кроме короля. А его величество уже сегодня приходил и вряд ли захочет прогуляться в это крыло дворца ещё раз. Ведь, насколько я поняла, такие визиты – редкость. Я права?

Канцлер нахмурился и моргнул, но всё же медленно кивнул:

– Правы. Сказать честно, теперь мне ваш план нравится больше. Любой из магов сумеет понять, что в кабинете кто-то есть, но мои силовые щиты не позволят узнать, кто именно. Вы всегда были такой сообразительной?

– Увы, – театрально вздохнула я. – Только после того как пробудилась моя драконица. Иначе я вряд ли связала бы себя узами супружества с лордом Драконаром.

Финвальд одобрительно ухмыльнулся, приблизился к столу и, подхватив длинное и узкое чёрное перо, быстро набросал несколько строк. Один заполненный лист отложил в сторону, а другой протянул мне:

– Пропуск для вас и служанки… – осёкся, поймав мой предупредительный взгляд. – Прошу прощения, для помощницы. Вообще-то я говорил о нас с вами, поскольку ещё предстоит вернуться. Но, к слову, эта женщина способна забыть то, что видела здесь?

– За Пелли ручаюсь, – твёрдо произнесла я и взяла бумагу. Свернула её и спрятала в карман. – Позову её.

Когда вошла в уборную, заметила пунцовые щёки камеристки. Пелли прятала смущённый взгляд, и я догадалась:

– Всё видела? – похлопала её по плечу. – Прости, не хотела тебя смущать. Случайно вышло. Побудь, пожалуйста, здесь. Но ничего не трогай. Я вернусь с новой одеждой, и вы снова поменяетесь. Хорошо?

Она кивнула и, робко улыбнувшись, тихо спросила:

– Хозяйка… Вам нравится канцлер?

Я удивлённо моргнула:

– Что заставило тебя так думать?

Она пожала плечами:

– Он жив.

Я порадовалась её словам, которые доказывали, что в глазах Пелли леди Драконар перестала быть жертвой. Этой доброй женщине годами приходилось заботиться об изнеженной и хрупкой жене неверного лорда. Может, теперь, когда эта необходимость отпала, моя помощница займётся своей личной жизнью?

Первый шаг – уверенность в себе. Она её обрела с помощью «магии» моей подвязки. На самом деле Пелли весьма привлекательна, но ей было некогда это демонстрировать. Второй шаг – свобода. В эту минуту камеристка сознательно или подсознательно, но признала, что я вполне способна позаботиться сама о себе. Третий шаг – желание.

– Ты говорила, что тебе тоже кое-кто нравится, – вспомнила я и щёлкнула пальцами. – Обсудим это позже. Хорошо?

Пелли покраснела ещё сильнее, но кивнула. А потом опасливо покосилась на дверь и шепнула:

– Можно, я останусь здесь? Мне страшно смотреть в глаза канцлеру.

– Вроде он не кусается, – мягко поддела я, но вспомнила его яростный поцелуй и смущённо хмыкнула: – Разве что немного.

Камеристка снова отчаянно покраснела, и я оставила стеснительную женщину в её убежище. Вышла к канцлеру, который, глядя в зеркало, осторожно поправлял клинья собранной из кусков юбки. Заметив меня, недовольно проворчал:

– И всё же мне кажется, что ваша идея провальная.

Похоже, Лунарису не понравилось собственное отражение.

– Не дёргайте ткань, и всё будет хорошо, – спокойно посоветовала я.

– Меня выдаст обувь, – упрямо констатировал мужчина. – Женщины сапог не носят.

– Где указано, что им запрещено их носить? – лукаво уточнила я.

– Женщины предпочитают украшенные бантиками туфельки на изящном каблучке, – резонно парировал он.

– Вижу, вы обращали внимание лишь на то, что носят леди, – уколола его ехидным взглядом. – Если бы соизволили посмотрели на ножки простых служанок, то смогли бы заметить, что это далеко не так. Но если вам не нравится, что сапоги без бантиков, то…

Подхватив тут самую подвязку, которая зацепилась за ножницы, я опустилась на корточки перед канцлером и ловко надела аксессуар на лодыжку мужчины. Глянула снизу вверх и с улыбкой уточнила:

– Так лучше?

Финвальд, балансируя на одной ноге, гулко сглотнул. Судя по взгляду, мужчине очень хотелось испариться на месте, но от применения магии его останавливало то, что я могу воспринять исчезновение своего оппонента за постыдное бегство.

– Лучше, – выдавил мужчина и поднёс руку к шее, чтобы привычно дёрнуть за ворот, которого сейчас на Лунарисе не было. А потом радостно встрепенулся: – Кадык! У женщин их нет. А ещё у меня щетина. Вы же сами заметили…

Я отпустила его ногу и, поднявшись, молча вернулась к корзинке.

– Нет! – возмущённо воскликнул Финвальд. – Я не стану надевать это на шею!

Видимо, это была та самая пресловутая последняя капля терпения.

– И не нужно, – я пожала плечами и показала кружевную маску, похожую на ту, что подарила любовнице мужа. – Модная повязка на лицо скроет и несовершенства кожи, а заодно и вашу шею. То есть, кадык.

Подошла к канцлеру и, приподнявшись, аккуратно надела аксессуар. И, поймав взгляд мужчины, тут же утонула в его тёмных глазах. Возникло ощущение дежавю, но в этот раз Финвальд не поцеловал меня. Мешала маска. Видимо, Лунариса посетили те же мысли, потому что он глухо спросил:

– Почему вы не дали мне пощёчину, леди Драконар?

Минуту я молча смотрела на него, осознавая, что Пелли права. К сожалению, этот мужчина с каждой встречей нравился мне всё больше и больше. А потом ответила:

– Зовите меня по имени, Финвальд. И… нам пора.

Шагнула к двери, но канцлер удержал меня за локоть.