Ольга Коротаева – Семь невест некромага (страница 43)

Я же ощутила себя немного «экспертом», потому как недавно удалось краем глаза заглянуть в тёмное нечто, которое пропитывает этих не живых и не мёртвых существ.

– Ты сказал, – громко произнесла я, – что некромаг – жених без права жениться. Меня тревожит эта фраза…

– А что? – тут же съязвил Генрих, отключил вызов на сотовом и скривился: – Замуж вдруг захотелось?

– Захотелось, – не отрывая от него хитрого взгляда, отозвалась я, и, когда лицо Генриха помрачнело, мягко добавила: – За одного не в меру колючего инститора… если не прибью его до свадьбы, конечно!

Забава, прижав руки ко рту, хихикнула, а Генрих напрягся и, не сводя с меня застывшего взгляда, прошептал:

– Что?..

Щёки мои ожгло, и я, смущённо потупившись, упрямо продолжила:

– Что-что? Говори, почему некромаг «жених без права жениться»? Я нервничаю, думая об этом. А как же «истинная любовь»? Та некромагиня тоже была лишь невестой?

Генрих сунул сотовый в карман и, избегая смотреть на меня, резко поднялся. Подошёл столу Забавы и, с силой задвинув один за другим все ящики, проговорил:

– Вот у своего жениха и спроси.

Я осторожно встала, посмотрела на его хмурые брови и легонько прикоснулась к руке инститора.

– Так я и спрашиваю…

Генрих стряхнул мою руку и, отвернувшись, проворчал:

– Хватит шуток, Мара! Аноли не отвечает, нам нужно немедленно найти её… Нельзя упускать неожиданный шанс.

Я покосилась на его широкую спину и подумала, что, наверное, даже прикосновения причиняют ему боль. Поклявшись себе в том, что сегодня же уничтожу проклятый договор с Олдриком, – а если понадобится, то и самого Олдрика, – подхватила свою сумку и весело проговорила:

– Я готова! А ты будешь брать с собой свои жуткие приспособления?

Генрих на мгновение замер, размышляя, а в офис ворвался инкуб.

– Мара! Аноли похитили!

Я растерянно посмотрела на бледное лицо брата, его расширенные глаза, дрожащие руки и растерянно спросила:

– Что?

Лежик, не в силах говорить, лишь махнул рукой. Покачиваясь, он прошёл к стулу Забавы и устало рухнул на него. Генрих быстро приблизился к инкубу и потряс за плечо:

– Как это произошло? Когда?

– Час назад, – с трудом проговорил Лежка. – Мы только успели добраться до столицы, как он напал на меня. Когда я очнулся, волки были мертвы… – Он подумал и мрачно усмехнулся: – Окончательно мертвы. А Аноли исчезла!

– Кто же сумел похитить хранителя? – высоким голосом спросила Забава.

Мы с Генрихом переглянулись:

– Некромаг!

Глава 10. Ловушка на охотника

Генрих ударил по тормозам, и машина резко остановилась у большого красивого дома. Я, зная, как водит инститор, заранее вцепилась в поручни, поэтому избежала очередной шишки на лбу, а вот Забава покачнулась и ударилась лицом о сидение. Прижимая ладонь к окровавленному носу, русалка пробубнила нечто нелицеприятное, но инститор и не посмотрел в её сторону, он выскочил из автомобиля и бегом бросился к Олдрику, который только что распахнул перед Генрихом ворота.

Я повернулась к русалке и сочувственно тронула её плечо:

– Ты как?

– Вроде не сломан, – прогнусавила она.

Я выудила из сумки салфетки и предложила подруге.

– Значит, ночное представление не отменяется, – ехидно прокомментировала я, – и твои заскучавшие поклонники будут довольны!

Воспоминание о предстоящем развлечении мгновенно улучшило настроение Забавы, она было заулыбалась, но потом снова нахмурилась:

– Как ты думаешь, до вечера Аноли найдётся?

– А что? – хмыкнула я. – Так беспокоишься о птичке? Или планировала по ночному парку голышом в дуэте побегать?

– За Лежку переживаю, – вздохнула Забава и снова приложила салфетку к носу: – Изведётся весь!

– Действительно, – помрачнела я. – Не узнаю брата… Он так боялся её, а теперь места себе не находит, еле домой отправила. У него жёны не тисканные, дети не считанные, а он об Аноли переживает… Ненормальный инкуб!

– Послушать тебя, – хитро покосилась Забава, – так ты рада, что некромаг похитил Аноли!

– Разумеется, – кивнула я. – Мне эта синеглазка никогда не нравилась!

– Мара! – Забава осуждающе покачала головой и, шумно высморкавшись, тихо добавила: – Ты же не всерьёз?

– Не нравится мне всё это, – пробормотала я, наблюдая за Генрихом и Олдриком: мужчины, казалось, мрачнели с каждой минутой, и у меня от дурного предчувствия засосало под ложечкой. – Знаешь, не выходит из головы фраза про бесправного жениха. Это беспокоит меня больше, чем похищение Аноли. Между прочим, злобная птичка никогда не производила впечатление беспомощной особы…

– Но она молила о пощаде! – воскликнула Забава.

Я покосилась на подругу и, ощутив укол ревности, резко спросила:

– Действительно о ней беспокоишься? Так сразу скажи! Зачем прикрываться Лежкой?..

– Прости, Мара! – Щёки Забавы очаровательно зарделись. – Мне кажется, тебе не нравится моя дружба с Аноли…

– Тебе не кажется, – спокойно ответила я и примирительно улыбнулась: – Но я потерплю. Ради тебя… ну и братца моего чокнутого! – Скрестила руки на груди и нехотя добавила: – В конце концов, она Лежке жизнь спасла. – Забава непонимающе посмотрела на меня, а я перевела взгляд на двухэтажный дом Аноли и вздохнула: – Может, оно и к лучшему… Переедет Лежка со всем своим гаремом сюда, и у меня перестанет голова болеть по кредиту за дом!

– Мара! – возмущённо вскрикнула Забава.

Я рассмеялась и посмотрела на подругу:

– На шее Лежки ранки не заметила? А зря. Думается мне, Аноли умоляла того, кто напал на инкуба, отпустить его. Если это был некромаг, он, скорее всего, вынудил хранительницу следовать за ним в обмен на то, что оставит Лежку в живых. Этот гад обожает использовать шантаж… вспомни себя в колодце. И если Аноли с ним… – Я хищно усмехнулась: – То я не позавидую некромагу! Она к зелью добавит ещё парочку своих фокусов, и…

– Забава, – перебил меня Генрих, – выходи! Останешься с тремдишевскими ведьмами. Если мы до ночи не вернёмся…

– То, – перебила я, делая такое же строгое лицо, как и у инститора, – всё равно не смейте бегать обнажёнными по парку всемером!

Генрих недовольно замолк, а Забава вылезла из автомобиля и проворчала:

– Вот чёрт! А у меня уже воображение разыгралось! Умеешь ты, Мара, и идею хорошую подсказать, и удовольствия сразу лишить!

– Мара права, никаких шабашей! – строго предупредил Генрих, и мы с Забавой, не выдержав, расхохотались, а инститор добавил громче: – Дом не покидать, пока не приедет Олдрик или Аноли.

– Аноли? – тут же отозвалась Забава, она вцепилась Генриху в руку и потрясла её: – Она спаслась? Мара, ты была права!

Генрих вопросительно посмотрел на меня, и я рассказала о ранке. Инститор нахмурился:

– Почему промолчала в офисе?

Я пожала плечами:

– Тогда не удалось бы Лежку домой отправить, наверняка, за нами бы увязался… А ему и так досталось, удивляюсь, как ходит ещё. Так что с Аноли? Нашлась?

Генрих кивнул и задумчиво постучал кончиками пальцев по дверце:

– Она написала сообщение Олдрику, – отрывисто произнёс он, – что у неё проблемы с телефоном. Как купит новый, перезвонит. Сейчас направляется в Крамор…

– Я так рада! – воскликнула русалка.

– Напиши Лежке, пожалуйста, – попросила я её, – чтобы не волновался.

– Конечно! – весело ответила Забава и по просьбе инститора направилась к дому, из которого вышел Олдрик.