Ольга Коротаева – Семь невест некромага (страница 42)

– Те, кому ты можешь доверять, – прокомментировал Генрих, и, когда я недовольно скривилась, внимательно посмотрел на меня: – Какие бы отношения не связывали тебя с этими людьми, они никогда не пойдут против Комитета. Но многие инститоры, и даже некоторые хранители, как попугайчики повторяют каждое слово Джерта. Ужесточают получение лицензий, увеличивают взносы… А потом искренне удивляются, почему нелегальных ведьм становится всё больше, как и работы у инститоров. Им уже некогда заниматься порядком применения магической силы. Расследовать крупные преступления попросту некому: инститоры в мыле гоняются за слабенькими, но юркими знахарками!

Генрих написал на листе с именем Джерта несколько имён и вздохнул:

– Самые ярые и непробиваемые! Чтобы показать им последствия, я хотел предоставить доказательства неправильной политики Комитета…

– В смысле? – я растерянно моргнула: – Что может доказать этим индюкам кучка перепуганных бывших ведьм?

Инститор ткнул пальцем в имя Вукулы и мрачно произнёс:

– То, что в столице растёт оппозиция, и чем больше будет недовольных, тем быстрее Комитет прекратит своё существование.

– Не понимаю! – раздражённо воскликнула я.

– Я поспешил с выводом о твоих умственных способностях, – саркастично ухмыльнулся Генрих, и я едва сдержалась, чтобы не запустить в него бутылочкой из-под любовного зелья. Но улыбка быстро исчезла с его лица, и инститор сурово спросил: – Как ты думаешь, к кому идут те, кто не смог получить лицензию и вынужден ежедневно рисковать своей жизнью?

Спина похолодела: до меня, наконец, дошло, что Генрих имеет в виду.

– Всего лишь организация, – прошептала я и быстро посмотрела на инститора. – Пришло время перемен! Это точно слова Вукулы. Стражи охраняли чужие тайны, а теперь они охраняют тех, кто остался без лицензии.

– Хотите сказать, – пролепетала бледная Забава, – что в Дубовой роще собирается армия недовольных Комитетом ведьм?

– Не только ведьм, – серьёзно кивнул Генрих. Он пристально посмотрел на меня и проговорил: – Я получил сообщение от Ханка, что уже прошёл слух об исчезновении силы у последней из даймоний. Сначала, я хотел отвезти тебя и девушек в Крамор, собрать Комитет и, предоставив доказательства, раскрыть хранителям коварный план Вукулы, но потом передумал.

– Почему? – опередила меня Забава.

– Потому что это длинный путь, который может как укрепить Комитет, так и окончательно его развалить. Я подумал, что проще и быстрее дать Вукуле надавить на хранителей и, когда он будет уверен, что победа за ним, поймать волколака!

– Проще всего поймать охотящегося зверя, когда всё его внимание сосредоточено на жертве, – хитро проговорила я, и у Генриха на лице появилось растерянное выражение: – Он не заметит, что сам угодил в ловушку. – Невинно похлопала ресницами и мягко спросила: – Правильно поняла?

Инститор коротко кивнул, но взгляд его стал колючим, и я, поёжившись, пожалела о своей выходке.

– Раз слух распространился в Краморе, – задумчиво проговорила Забава, – значит, кто-то из инститоров уже на стороне Вукулы. Привези ты Мару, это сразу стало бы известно в Дубовой роще, так?

Генрих сухо кивнул, а я потёрла гудящие виски и уточнила:

– Так значит, нам остаётся только ждать, что произойдёт? Но если Вукула действительно рискнёт напасть на Крамор? Он ведь может потребовать голосования за новый Комитет и, некоторые инститоры поддержат волколака. Он даже может стать новым Главой!

– Скорее, он попытается стереть Крамор с лица земли, – усмехнулся Генрих. – Уничтожить всю систему лицензирования.

– Полное отсутствие контроля, – пробормотала я. – С одной стороны – мечта! С другой – беспредел и хаос… – Я подняла глаза и, с надеждой взирая на инститора, спросила: – Ты же не допустишь этого?

– Разумеется, – мягко улыбнулся Генрих и серьёзно добавил: – Главное заманить Вукулу на территорию Крамора, и там убить.

– Но у тебя нет лицензии, – воскликнула я и вновь прижала руки к губам, проклиная свою несдержанность: Генрих может догадаться о моих новых способностях, и тогда не смогу помочь, поскольку инститор не допустит, чтобы я использовала свою силу без лицензии. – Так ведь? Ты говорил, Джерт почти перестал их выдавать.

– Правильно, – отозвался Генрих, и я облегчённо выдохнула: кажется, на этот раз он ничего не заметил. – В этот момент в игру вступит наш некромаг! Я обещал, что он собственноручно прикончит Вукулу. – Инститор жёстко ухмыльнулся: – Некромагу не требуется лицензии. Он утолит свою жажду мести и заодно спасёт Комитет…

– Идеальный план! – восхищённо выдохнула Забава.

Генрих огляделся:

– А где наш будущий герой?

– Э, – протянула я, ощущая, как вспыхнули щёки.

– Улетел! – Ответила за меня русалка, и брови Генриха поползли на лоб, а Забава торжественно добавила: – На крыльях любви!

Генрих оглянулся на дверь и понимающе усмехнулся:

– Что ещё ожидать от ведьмы? – Генрих перевёл взгляд на меня, и улыбка его стала натянутой, а взгляд колючим: – Чем же ты его так напугала? Потребовала немедленного исполнения обязанностей жениха?

– Генрих! – возмущённо воскликнула Забава.

Инститор перевёл взгляд на русалку, и она сжалась и побледнела так, словно тот окатил её холодной водой.

– Я прекрасно знаю, какая Мара невоздержанная. Раз не удалось оседлать меня, так переключилась на некромага. Он же идеальный вариант! Жених без права жениться.

Едва сдерживая ярость, я изо всех сил сжала зубы. О! Как хотелось всё высказать Генриху! А лучше, – огреть бы чем-нибудь потяжелее… Если бы не горечь в его словах. Сердце дрогнуло, и я спрятала горящее лицо в ладонях. Похоже, отказом выйти замуж обидела его сильнее, чем могла представить. Эти пропахшие нафталином ритуалы казались совершенно излишними, но для инститоров, которым с детства прививались подобные ценности, они были необходимостью. Отказ же был сродни разрыву отношений. Да ещё этот треклятый договор с Олдриком! Как же Генриху было больно и горько…

От осознания вины на глазах выступили слёзы. И в то же время я была зла на себя и свою новую возможность: если бы не эти проклятые руки, никогда бы не ощутила то, что испытывает инститор! Оставалась бы в беззаботном неведении и творила бы что хотела…

Не поднимая лица, невесело усмехнулась: похоже, с этого момента нам обоим придётся учиться отношениям заново. Мне стоит больше доверять Генриху, чтобы он, ощутив это, перестал осыпать меня словесными колючками, а ему, похоже, предстоит понять, что со своей любимой девушкой надо общаться нежнее… и вообще, надо общаться! Делиться планами, чувствами, – даже страхами! – а не пытаться оградить от всего на свете, выдавая колючую проволоку ограничений за искреннюю заботу.

Молчание затянулось, и Забава осторожно притронулась к моему плечу:

– Мара? – Голос русалки стал сварливым, когда она проговорила: – Генрих, зачем ты так? Доволен? Довёл-таки Мару до слёз…

– До слёз? – растерянно отозвался инститор. – Разве Мара умеет плакать?

– Она что, по-твоему, железная? – взвилась Забава. – А ну, извиняйся!

Ощутив лёгкое прикосновение к макушке, я медленно подняла глаза на инститора, осторожно отвела его руку и тепло улыбнулась:

– Ух ты! Даже не за шиворот… Не ожидала, Генрих, что ты можешь быть настолько ласковым. Постарайся запомнить это: девушкам гораздо больше нравится, когда их гладят, нежели когда пытаются придушить.

– Ах, актриса! – расхохоталась Забава, а Генрих отдёрнул руку и нахмурился.

– Я не плакала, а думала, – серьёзно проговорила я. – Мне кажется, в словах Генриха есть смысл.

– Да ладно? – фыркнула русалка и ревниво покосилась на меня: – Хочешь сказать, что заинтересовалась некромагом? Мало того, что этот идиот выдул любовное зелье, втюрился в Аноли, а теперь ещё и ты, подруга? Добить меня хочешь?

– Если продолжишь мечтать о свидании с некромагом, он справится и без меня, – иронично усмехнулась я.

Генрих схватил меня за запястье:

– Некромаг выпил любовное зелье?! Как такое могло случиться?

– Это, – я пыталась сдерживаться, но, глянув на обеспокоенное лицо инститора, невольно задрожала: – Понимаешь, твоя бывшая пыталась опоить Лежку, но на него такие штуки не действуют. Одна из бутылочек, которые передала Аноли, всё ещё осталась в офисе, и некромаг решил запить вискарик…

– Аноли?! – расхохотался Генрих, и я нервно дёрнулась, ожидая чего угодно, но инститор вдруг весело добавил: – Так это же замечательно!

– Да неужели? – растерянно спросила я. – И чем это?

Генрих скрестил ноги и, положив локти на колени, слегка наклонился в мою сторону: изумрудные глаза его сияли, а губы то и дело подрагивали в довольной улыбке.

– Я никак не мог придумать, как же мне провести некромага в Крамор. После того, как Джерт наотрез отказался собрать Комитет, это стало… затруднительно. Но теперь проблема решена! Главное, чтобы Аноли оказалась в Краморе, а уж очарованный некромаг наверняка проберётся к ней. Но нужно поспешить. – Он достал сотовый и прижал к уху. – На некромагов зелья действуют иначе… если вообще действуют! Неизвестно, как быстро он освободиться от любовных чар…

– Освободится? – хмыкнула Забава. – Судя по дозе, это ему не грозит… Во всяком случае, быстро.

– И с каких пор ты стала экспертом по некромагам? – холодно спросил Генрих, и русалка снова стушевалась. Ещё раз набрал номер и прижал телефон к уху: – Почему она не отвечает?