Ольга Коротаева – Пышка из другого мира, или Как у(с)покоить дракона (страница 35)
«Это не мой мужчина, – напомнила себя, едва дыша в проклятом корсете, невесть как снова оказавшемся на мне. – Эстэши Лавлейс! А я – Стеша, попаданка из другого мира, которая думает о другом мужчине. О бравом генерале Луине!..»
Осознав, что не могла вспомнить фамилию генерала, я похолодела от ужаса. И поняла, что мысленно называла Терса кузиной, а чету Лавлейсов – своими родителями. И с каждым мгновением жизнь в другом мире казалась странным сном.
Инвалид, прикованный к колясочке? Кажется, у той девушки была сестра… Или брат? А, может, кузен? Тяжело дыша, я щипала себя на руку, и на коже оставались красные следы, но воспоминания Стеши таяли быстрее, чем воск свечей.
Жрец странно косился на меня, а потом кивнул родителям Эстэши, и госпожа Лавлейс подскочила к дочери.
– Милая, тебе дурно? Ох, я же говорила, не стоит так затягиваться. Ты и без корсета прекрасна!
Слова неприятно кололи, будто я с размаха рухнула в заросли чертополоха. И я ухватилась за это ощущение, которое не давало раствориться в излучающих любовь глазах Сата Новэрса. Казалось, ещё несколько секунд, и я полностью утрачу воспоминания Стеши. Сольюсь со своим «аватаром» и навсегда останусь Эстэшей Лавлейс.
Может, в этом состоял план богини? Вытащить из другого мира неприкаянную душу и, пообещав ей исполнение заветной мечты (подарить сестре Ангелине семейное счастье), заменить душу, которую отдала сама Эстэша.
Девушка желала генералу Дэнверу страдания и гибель, и она добилась своего.
И теперь мне придётся доживать её жизнь. Ощущать её счастье. Принять чужую судьбу…
«Несправедливо!» – завопила изо всех сил.
Но вместо отчаянного крика услышала свой собственный голос:
– Согласна!
И, – о, ужас! – улыбнулась Сату и приняла из его рук букет иккензора. Молодой человек встал радом со мной и повернулся к жрецу.
– Согласен ли ты, – тут же начал тот, – господин Сан Новэрс, принять в свой дом и в своё сердце барышню Эстэшу Лавлейс?
– Я мечтаю об этом, – пылко ответил тот и, взяв мою руку, на миг прижал к своим губам. – Моя милая, любимая Тучка, я буду заботиться о тебе всю жизнь. Прошу, никогда не меняйся и будь такой, какой я полюбил тебя.
Мои губы сами собой расплывались в улыбке, на глаза наворачивались слёзы, но в груди что-то неприятно кололо. Я не понимала, что это. Кажется, какое-то слово мне не понравилось. Или же это обычное волнение новобрачной? Оно уже растаяло.
Мама говорила, что в своё время тоже тряслась от страха перед алтарём, ведь тогда впервые увидела моего отца. Но мне нечего бояться! Я выхожу замуж за человека, которого всегда любила, отдала свою невинность и сердце. Небольшое волнение – это ничего. Главное, что впереди нас ждёт долгая и счастливая жизнь.
В залитом солнечным светом храме установилась тишина, лишь потрескивали огоньки свечей и щебетали птицы, чьи песни доносились через распахнутые окна. Длинные полупрозрачные занавески развевались на сквозняке, открывая вид на умопомрачительную зелень сада.
Вейлин сдержанно кашлянула, этим намёком призывая меня к ответу, и я благодарно улыбнулась доброй тётушке, в поместье которой проводила немало времени. И именно там, вдали от городской суеты и пыли влюбилась в самого потрясающего мужчину.
– Любимый, – пролепетала я, глотая слёзы счастья, – обещаю быть верной супругой, бережливой хозяйкой поместья Новэрсов и хорошей матерью наших детей…
Внезапно горло сжал спазм, и я замолчала. А в мыслях проносилось снова и снова:
«Наших детей. Наших детей. Наших детей».
Жрец, полагая, что клятвы произнесены, приступил к завершающей стадии брачной церемонии. Выступив вперёд, он воздел руки и торжественно произнёс:
– Во славу пресветлой Сельвии я объявляю вас мужем и…
– Г-х-р-р-р! – не имея возможности дышать, прохрипела я.
Колени подогнулись, и я осела на пол.
– Тушка! – испуганно вскрикнул Сат и кинулся мне на помощь, но не сумел поднять. – Что с тобой?
Родители поспешили к нам, и меня подхватили под руки. Я хрипела, и перед глазами уже плясали радужные пятна.
– Пресветлая Сельвия! – воскликнула матушка. – Моя дочь не дышит. Помогите… Помогите!
– В сторону, – раздался суровый голос Вейлин.
Тётушка подскочила ко мне и маникюрными ножницами перерезала тугую шнуровку корсета. Я судорожно втянула воздух в пылающие лёгкие, проклиная себя за упрямство. Желая выглядеть как можно стройнее, сделала только хуже и испортила самый прекрасный день в своей жизни.
– Ой, – пролепетала Вейлин и выронила ножницы. – Я её случайно поранила…
– Кровь! – ахнула Терса, указывая на моё платье.
Я похолодела. О, нет! Испачкать белоснежное платье невесты – это самая дурная примета, какая только может быть.
Глава 53
Сат выпрямился и крикнул срывающимся голосом:
– Целителя! Скорее!
– Вейлин, от тебя одни неприятности, – злобно прошипела матушка. – Как будешь расплачиваться за сорванную свадьбу?
– Эстэша, милая, тебе больно? – всхлипывала тётушка.
– Мне…
Я прислушалась к себе, не понимая, что происходит. С одной стороны, ситуация была хуже некуда, мой самый счастливый день испорчен. С другой стороны, мне хотелось улыбаться, хотя любая другая на моём месте рыдала бы и рвала на себе волосы. Может, всё из-за корсета? Он слишком сильно сдавил мне рёбра, а теперь мне стало…
–…Хорошо.
Живот расправился, и все складочки развернулись, сильно натянув ткань платья.
– Расступитесь, – велел твёрдый голос.
Надо мной склонился суровый мужчина. Седые волосы схвачены в хвост, тёмный костюм без единой вышивки. Даже контрастного канта не было. Человек выглядел, как огромная чёрная клякса. Я догадалась, что это городской целитель. Едва глянув на меня, он сразу заявил:
– Нужны священные прижигания. Кто заплатит?
– Я, – торопливо отозвался отец и суетливо отцепил от пояса кошель. – Сколько нужно?
– Услуги целителя в Гилдиаре такие дорогие, – недовольно проворчала матушка, и из-за неё я не услышала цену прижигания. – Надеюсь, он будет делать это не здесь?
Мне вообще не хотелось никаких прижиганий, но сейчас я могла лишь сипеть, уповая, что головокружение вскоре пройдёт, и я выйду за Сата. Надо лишь встать на ноги!
– Вынесите пострадавшую из храма, – получив деньги, потребовал целитель.
– Да кто же Тушку поднимет-то? – услышала ворчливый голос спутника Вейлин. – Разве что выкатить можно.
Дядюшка всегда был язвителен. А ещё он вполне мог исполнить свою угрозу, и я засипела, махая руками. Но меня спас жрец.
– Окажите помощь невесте в храме, и мы закончим ритуал венчания, – попросил он и поднял взгляд на безмолвную статую. – Да поможет несчастной пресветлая Сельвия!
– Принесите ширму, – распорядился целитель. – Гости, отойдите на несколько шагов, родственники могут остаться. Так-так…
Он снял в шеи кулон с изображением богини и опустился передо мной на одно колено. Захрипев, я попыталась отстраниться, но не смогла. Накатившая после избавления от корсета слабость никак не отступала.
– Хм… – раздвинув окровавленную ткань, нахмурился мужчина. – Только что здесь была ранка, но сейчас я её не вижу. Как такое может быть? Вообще никаких повреждений!
– Чудо… – всхлипнув, пролепетала Вейлин и рухнула на колени перед статуей: – Спасибо, пресветлая Сельвия.
– Богиня исцелила невесту, – громогласно подхватил жрец. – Настоящее чудо!
– Значит, священные прижигания Эстэше не нужны? – тут же подскочил отец и требовательно протянул ладонь: – Прошу, верните деньги.
– Прижигания-то не нужны, – заюлил целитель. Глазки его забегали. – Но я порекомендовал бы священное кровопускание…
– Что?! – воскликнули хором родители.
– Она только что потеряла немного крови, – ахнула тётушка Вейлин. – Разве этого не достаточно?
– Разумеется, не достаточно, – вкрадчиво проговорил целитель. – Посмотрите на девушку! Красное лицо, тяжёлое дыхание. Она даже подняться не в силах! Явный переизбыток тёмной крови. А на платье кровь яркая, её пролитие не облегчит состояние невесты, потому пресветлая Сельвия исцелила её. Поверьте моему опыту!
Нависла тяжёлая тишина, и я замерла, едва дыша. Голова ещё кружилась, подняться на ноги не могла, но верить городскому целителю почему-то не хотелось. Подумалось, что чрезмерная потеря венозной крови может привести к гипотензии.
«Что такое гипотензия?» – удивилась странному слову.