Ольга Коротаева – Пышка из другого мира, или Как у(с)покоить дракона (страница 34)

– Эстэша больше злилась на Сата, который не взял на себя ответственность, трусливо поддавшись давлению родителей и общества. Это он нанёс незаживающую рану! Забрал самую большую ценность барышни Лавлейс, а после высмеял чувства девушки.

Туман вокруг стал плотным, как камень, и я заметила, что в стене, то тут, то там, начали выступать белоснежные лица, похожие на лик статуи богини. Их становилось всё больше и больше, а потом все эти Сельвии одновременно распахнули глаза.

Вздрогнув, я в панике вцепилась в брошь, точную копию той, что украшала лацкан генерала, и вдохнула аромат иккензора. Страх отступил, и я упрямо заговорила снова:

– Эстэша не могла ненавидеть его, потому что искренне любила, но ярость и обида требовали выхода, вот генерал и подвернулся под руку. Верно, что его поступок со стороны выглядит ужасно, но Луин спас сотни жизней! Если бы Эстэша дождалась объяснений, она бы поняла это.

Выговорившись, я повернулась к безмолвной статуе, у которой глаза всё ещё были закрыты. Смотреть на неё было не так страшно, как на множество копий, прожигающих нас жуткими взглядами со всех сторон.

Дэнвер, ощутив моё состояние, приблизился и сжал мою ладонь.

– Что бы ни случилось, – шепнул мужчина, – я с тобой.

Внезапно статуя Сельвии шевельнулась, а все лики пропали.

– Ты исполнила договор, – мягко проговорила каменная дева, снисходительно глядя на нас сверху вниз. – Генерал Дэнвер влюбился в тебя, и ты отказала ему у алтаря.

– Да, – с невыразимым облегчением выдохнула я и радостно посмотрела на Луина. – Всё, как и было велено. Я всё это сделала! Отпусти нас…

– Но слёзы Эстэши ещё не исчезли, – сурово перебила богиня и указала на стеклянные шары: – Эти дары.

– О, это легко исправить, – оживилась я и потянулась к магическим батарейкам. – Я сделаю крем, соус, и вы их больше не увидите. Одного шара хватает на день!.. Погодите. Вы сказали «слёзы»?

– Верно, – кивнула статуя. – Эти дары – слёзы и боль Эстэши, которая отдала мне душу за исполнение желания. Если они не исчезли, значит, сделка не завершена.

– Если бы знала, делала крема, пока не упаду от усталости, – в отчаянии пробормотала я. – Может, и отказывать генералу бы не пришлось.

И с надеждой посмотрела на Сельвию:

– Можно их просто разбить?

– Не выйдет, – богиня отрицательно покачала головой. – Пока в дарах запечатаны боль и обида, их не уничтожить.

– Один раз у меня уже получилось, – спокойно возразила я. Подхватив один из шаров, покрутила в пальцах и задумчиво добавила: – Только в тот раз я немного поранилась…

Вспомнив, как меня накрыло ощущением страха и надвигающейся беды, замолчала. Именно из-за этого давящего чувства тогда и осмелилась рассказать генералу правду о себе. А началось всё с того, что я случайно раздавила шар богини, когда Дэнвер меня крепко обнял.

Решительно заявила:

– И всё же я попробую!

Размахнувшись, швырнула шар себе под ноги, но он, отскочив, будто мячик, полетел мне в лоб. Охнув, я зажмурилась, но удара не последовало. Открыв глаза, поняла, что генерал перехватил дар до того, как он врезался в меня.

– Спасибо, – с искренней благодарностью выдохнула я.

– Осторожнее, Стеша, – предупредил Луин и раскрыл ладонь, рассматривая шар. – Как я понимаю, мы отсюда не выйдем, пока эти шары не исчезнут? Скажи, как тебе удалось разбить подобный?

– Не помнишь? – я лукаво улыбнулась. – Мы его раздавили, когда ты прижал меня к себе на кухне. Ещё порезался, но ранка быстро затянулась.

– Драконья регенерация, – кивнув, пояснил он и предложил: – Может, обнимемся?

Глава 51

Генерал властным движением привлёк меня к себе и вжал в своё тело так, что стеклянный шарик, который оказался между нами, треснул. Дэнвер радостно улыбнулся, а меня снова кольнуло ощущение надвигающейся беды.

– Ещё один? – предложил Луин и подхватил с алтаря другой дар.

– Погоди, – попыталась остановить его, но генерал резко привлёк меня к себе. – Ох!

– Не бойся, – шепнул мне на ухо. – Ты не поранишься. Я окутал шар своей магией.

От этой информации мне стало ещё больше не по себе.

Я уже пыталась обмануть судьбу и обвести вокруг пальца богиню, наивно полагая, что обиженной душе Эстэши будет достаточно спектакля. Но не получилось. Да, мы дословно исполнили требования богини, но главного не достигли. Девушка желала одного – чтобы генерал страдал.

– Стой, – схватила руку мужчины. – Не нужно. Мне нехорошо от мысли, что эти шарики лопаются, стоит нам прикоснуться друг к другу. Не к добру это.

– Это действие силы наших чувств, – возразил мужчина и потянул меня к себе. – Стеша, остался ещё один. Иди же ко мне.

– У меня дурное предчувствие, – неуверенно сопротивлялась я.

Во-первых, мне хотелось прижаться к нему, чтобы тревожное чувство рассеялось в лучах его мужской харизмы. А во-вторых – что может остановить боевого генерала на пути к цели? Не мои килограммы точно!

Последний стеклянный шар лопнул от нашей любви, и я затаила дыхание.

Что же будет?

– Стеша, – позвала богиня, и я оглянулась на статую. Мне совершенно не понравилась улыбка, которая тронула каменные губы. – Что ты делаешь?

– Я? – непонимающе нахмурившись, я снова повернулась к Луину и замерла не дыша.

– Стеша, – продолжала звать богиня. – Отпусти алтарь.

Смаргивая слёзы, я осознала, что обнимаю не генерала, а холодный камень. Отпрянув, торопливо огляделась, но Дэнвера нигде не было. Только белёсый туман, алтарь и статуя. Кинулась к ней с криком:

– Где он? Где мой жених?

Пресветлая Сельвия посмотрела на меня сверху вниз и ответила:

– Там, где и должен быть. Погиб на поле боя.

– Как? – в ужасе попятилась я.

– Его дракона настигло проклятие, – охотно пояснила богиня. – Генерал не вернулся из похода. Это было три месяца назад.

– Как же так? – с горечью прошептала я и глянула на Сельвию снизу вверх. – Ты снова поменяла прошлое?

– Это твоя плата за счастье сестры, – прошелестел голос, и туман начал рассеиваться. – Будь счастлива, Стеша!

– Нет!

Но статуя обрела неподвижность, и ощущение божественного присутствия исчезло. Ноги подкосились, и я вцепилась в алтарь, чтобы не упасть. Голова кружилась, сердце колотилось, как сумасшедшее.

– Проклятые дары, – глотая слёзы, пролепетала я. – Надо было использовать их как батарейки для миксера. И тогда… тогда… Почему я их берегла? Вот дурочка! Генерал…

Он не мог погибнуть. Не мог! Даже в новой реальности он выжил. Я верила в это. Наверняка скрывается, чтобы его дракон, вышедший из-под контроля, никому не причинил вреда. Я отыщу Дэнвера и подарю ему новую брошь с маслом иккензора. Буду делать ему массаж с ароматным маслом и кормить соусом от Стеши. Помогу усмирить дракона!

– Нужно найти Луина, – приняв решение, выдохнула я.

Отпустив спасительный алтарь, на который опиралась в ужасе от произошедшего, сделала шаг к выходу. Как вдруг двери распахнулись, и на пороге возник сияющий Сат. В руках молодой мужчина держал букетик цветков иккензора, а за женихом шла светящаяся от радости Терса и раздавала всем гостям по вязаному цветочку.

Только теперь я заметила гостей. Их было так много! Отец и мать Эстэши стояли совсем рядом. Они улыбались мне, как и родители Сата. Милен поддерживал Леверу под локоть, а на женщине сверкали настоящие драгоценности.

Подруги этой женщины сидели на скамейке. А рядом, прижимая к векам платочек, счастливо всхлипывала Вейлин. Тётушку успокаивал мужчина средних лет, во внешности которого я уловила сходство со старшим господином Лавлейсом. Самого дедушки в храме не было. Видимо, в этой реальности он остался жить в столице.

– Барышня Эстэша Лавлейс! – громогласно проговорил жрец. – Согласна ли ты войти в дом господина Сата Новерса и открыть ему своё сердце?

Я попятилась.

Глава 52

Что же получается? Неужели Сат решил взять на себя ответственность за то, что забрал у Эстэши невинность? А его родители вовсе не были против полной и не очень богатой невестки? И господин Новэрс, судя по настоящим драгоценностям, что украшали шею и ушки его супруги, вовсе не был заядлым игроком?

Иная реальность!

Даже Терса не имела проблем с кожей и, посматривая на одного из друзей Сата, краснела от смущения. Моей дорогой кузине уже не хотелось попасть на бал дебютанток. Зачем? У неё уже был поклонник.

Мне и самой уже не хотелось на тот бал, ведь ко мне по проходу между скамьями неторопливо шёл мужчина всей моей жизни. Сат нежно улыбался и бросал на меня восхищённые взгляды, и каждый раз моё сердце сладко замирало.